Когда мы встретились (ЛП)

Да, Сев, мои мужские части касаются женских частей Кейси. И если я когда-нибудь застану тебя с мальчиком в такой позе, я убью его.
— Папочка, слезь с нее. — Сев пристально смотрит на Кейси. — Ты можешь дышать?
— Я могу дышать, — хихикает Кейси, закрывая лицо руками.
Я люблю своих детей.
Я люблю своих детей.
Я чертовски люблю своих детей.
Кажется, я пытаюсь убедить себя в этом, но это не работает. Я хочу сказать трехлетней дочери, чтобы она перестала быть маленькой засранкой и вернулась в свою комнату.
Со стоном отодвигаюсь Кейси.
— Говорил же тебе, что девочки не останутся в своей комнате.
ГЛАВА 20
Мои дети врут для меня
Я шел к этому годами.
БЭРРОН
В понедельник утром я думаю о том, как оттянуть ремонт машины Кейси, потому что знаете что? Детали уже в пути. Я виню Лилиан за то, что она заказала их так быстро. Это все ее вина. Как мне завершить начатое с Кейси, если я отремонтирую ее машину? Мне нужно побыть с ней наедине, без детей. Интересно, присмотрел бы Морган за ними у себя дома? Нет, этому не бывать. Я до сих пор злюсь на него за прошлую ночь. Хотите знать, как на него подействовала текила? Прошлой ночью он спал в сарае. Надеюсь, он отморозил свое единственное яйцо.
Я уставился на кофе, который стоит на ящике с инструментами, и пытаюсь придумать другие варианты. Я мог бы… пригласить Кейси на свидание? Нет, это не сработает, потому что девочки тоже захотят пойти. Если упомяну о свидании, они подумают, что я и их возьму. Они сделают эти милые невинные глазки, и я сдамся. Тогда приглашу на свидание всех трех девушек.
Итак, свидание не подходит. Мне нужно немного времени, чтобы что-то придумать. Хотя у меня его нет. Я мог бы отремонтировать машину Кейси за день, и она, вероятно, исчезла бы из моей жизни навсегда. Но я вот подумал, а что, если в ее машине будет больше неполадок, то мне придется заказать запчасти, верно? И ремонт теоретически может затянуться еще больше. И в этот момент мне в голову приходит идея проколоть шины, и сказать Кейси, что нужно заменить четыре шины вместо двух.
Несмотря на свидетелей в мастерской — я имею в виду тебя, Джейс, — я должен убедить детей сделать это. Бросаю беглый взгляд на офис, где Кейси помогает Лилиан с документами и нашим календарным графиком. Я не позволю ей заплатить за ремонт машины, но она настаивает на том, чтобы помочь, так что фактически она сама нашла себе работу в офисе. И скажу вам, что она чертовски невероятно обслуживает клиентов. Если бы она искала работу, я бы нанял ее в мгновение ока, даже не за ее способности, просто чтобы мог смотреть на нее весь день.
Отвожу Кэмдин в сторону, которая все еще не ходит в детский сад из-за огромного количества снега на дорогах, и сажаю ее на свой ящик с инструментами.
— У меня есть для тебя работенка. Проколи шины, — шепчу я, указывая на машину Кейси, припаркованную возле мастерской.
У Кэмдин есть совесть. Она не может лгать или делать что-либо, из-за чего, по ее мнению, у нее будут проблемы.
— Я не работаю бесплатно, — говорит она мне, протягивая руку, её глаза лукаво блестят.
Дергаю ее за косички, свисающие с плеч.
— Я дам тебе печенье, если ты это сделаешь. — Наклоняюсь к ней ближе, и она хватает мое лицо руками, сжимая щеки.
— Десять печенюшек! — торгуется дочка.
— Хорошо. Десять.
— Договорились. — Мы пожимаем друг другу руки, но затем Кэмдин внимательно смотрит на меня. — У меня не будет проблем?
— Не-а.
В ее глазах неуверенность, и она опускает взгляд на свои руки, лежащие на коленях, ее ноги болтаются между нами. Она попадает по моим яйцами, и я борюсь с волной боли.
— Почему ты хочешь, чтобы я это сделала?
Отхожу в сторону, чтобы она снова не ударила мои причиндалы.
— Потому что я так сказал, — выдавливаю, пытаясь перевести дух.
 
— Я боюсь. Ты рассердишься, я знаю.
Слишком поздно. Я злюсь, потому что ты только что заехала по моей мошонке.
— Я прошу тебя сделать это. С чего бы мне сердиться?
— Потому что, — драматично стонет Кэмдин. — Где Сев? Она может это сделать.
— Ты не получишь печенье.
Дочка закатывает глаза.
— Я боюсь, ясно?
— Отлично. Не делай этого. Но тогда печенья не будет.
— Я его даже не хочу, — ворчит она, сползая с ящика с инструментами. Бл*дь. Что теперь?
Оглядываюсь через плечо.
— Сев? Малышка, ты мне нужна. — Я не знаю, почему прибегаю к помощи своих детей. Но могу сказать вам вот что. Нужно быть осторожным, когда впутываешь в свои дела эту малышку. Это три фута неприятностей.
Я попаду из-за этого в ад?
Да. Ответ положительный.
Меня это волнует?
Не-а.
На улице нахожу Сев возле открытых дверей сарая.
— Милая, иди сюда.
— Вообще-то у меня есть имя, — рявкает она, подбегая ко мне и держа в руках что-то, похожее на снег. Сев останавливается передо мной, ее нос и щеки ярко-красные от холода.
Бедный ребенок действительно борется с этой холодной погодой и ветром.
— Это тебе, — говорит мне дочка, протягивая горсть желтого снега.
Желтый. Снег. Мне хочется смеяться над тем, что она подобрала желтый снег на улице, но в то же время мне противно, что она держит его голой рукой.
— Сев, это мерзко.
Она смотрит на снег, а затем, прежде чем я успеваю ее остановить, съедает немного. Черт!
— Почему? Он кЛасивый.
Я выбиваю снег из ее рук.
— Он желтый, потому что это моча.
Она смотрит на снег, потом на меня, ее брови нахмурены, а затем появляются слезы.
Воет будто настоящая сигнализация из-за обписанного снега. Не могу сказать, что виню ее, но, черт возьми, какого хрена она ожидала, поедая желтый снег? Верно. Ей три года.
После того, как Сев прополоскала рот и выпила бутылку воды, держу ее на руках.
— У меня есть для тебя работа.
— Я не хочу Лаботу, — ноет она, и ее слезы начинают высыхать. — Я слишком маленькая.
— Не для этого. Я дам тебе печенье. — Открываю коробку, которую Лара Линн принесла этим утром для ребят.
Ее глаза загораются, и она судорожно дышит, всхлипывая. Я не могу устоять перед этим ребенком и ее слезами. Мое сердце тает каждый раз, когда вижу, как эти яркие голубые глаза блестят от слез.
— Они мои?
Я киваю.
— Ага. Десять штук, если хочешь.
— Что надо сделать?
— Видишь машину Кейси?
Сев смотрит на машину, затем на печенье, потом снова на меня.
— Да.
— Проколи шины, — шепчу я.
Вы можете подумать, откуда трехлетка знает, как это делать? Мы делали это раньше. Однажды вечером ужинали в ресторане, и какой-то придурок задел борт моего грузовика дверцей своей машины. Я не простил ему помятую дверь. Пока разговаривал с ним о рогатом скоте, который он вез в своем трейлере, я попросил девочек проколоть его шины.
Напоминаю, я знаю, что попаду в ад. Вам не надо говорить мне об этом.
Сев соглашается, прокалывает шины без лишних вопросов, а затем протягивает свою руку.
— Печенье.
Отдаю ей всю коробку.
— Поделись с сестрой.
— Ни за что. Это все мое. — А потом она убегает в офис.
Я следую за ней, чтобы убедиться, что она меня не выдаст. Могу сказать, что у нее нет совести, но к счастью, у нее и память отсутствует. Хотя она говорит своей сестре:
— Я ела мочу.
Кэмдин с отвращением смотрит на младшую сестру, у которой на губах крошки печенья.
— Какая гадость.
— Я знаю, — шепчет Сев, жуя печенье. — Я даже не люблю пи́сать.
Улыбаясь, киваю Кейси.
— Похоже, тебе также нужны шины.
Кейси поднимает голову, ее взгляд перемещается на дверь мастерской.
— Правда? Я думала, что с задними шинами все в порядке.
— Не-а. Спущены. — Когда Кейси поворачивается, подмигиваю Сев, в то время как она ухмыляется и прижимает мои пальцы к моим губам.