Наследница в его постели

Более голодный, чем заинтригованный, Дикон проследовал в столовую.
У буфета стояла Виола, накладывая себе яичницу с ветчиной.
– Закрой дверь! – прикрикнула она. – А то собаки разбегутся.
– Виола! – воскликнул он, отбиваясь от бросившейся к нему своры. – Ты вернулась! Наконец-то.
– Как видишь, – приветливо отозвалась Виола, бросив кусочек ветчины собакам. – Ты, конечно, помнишь мисс Рэмплинг, – добавила она, обратив внимание брата на худенькую особу, сидевшую за столом. – Я останавливалась у них, когда была в Гемпшире.
– Как поживаете, мисс Рэмплинг? – учтиво произнес Дикон, прежде чем переключиться на сестру. – Это бишон? – недоверчиво спросил он.
– Да, ее зовут Бижу. Хочешь подержать ее?
– Конечно! – нетерпеливо произнес он, выхватив собачку из рук сестры. – У меня сто лет не было бишона! Где ты ее взяла?
Со щенком под мышкой Дикон направился к буфету.
– Когда ты вернулась? – спросил он. – Мне ничего не сказали.
Виола села за стол и принялась за еду.
– Было очень поздно. Ты уже лег спать, – объяснила она.
– У меня есть радостные новости, – сказал Дикон, присоединившись к ней за столом. – Я нашел замечательного молодого человека, который может занять место Бамфа.
– Да, я знаю, – рассмеялась Виола. – Он рассказал мне об этом.
– Вот как?
– Да. Он сказал, что ты получишь особое разрешение для нас.
– Значит, ты довольна? – воскликнул Дикон с облегчением.
– Я в восторге, – сказала Виола.
– Значит, все решено, – заявил Дикон. – Мы можем отравляться в Йорк, как только ты скажешь.
– В Йорк? – сказала Виола. – Зачем нам ехать в такую даль? Мы можем пожениться завтра в девять утра. Боже! У меня столько дел!
– Но ты говорила, что хочешь обвенчаться в Йоркском соборе, – напомнил он сестре.
– Верно, – сказала Виола. – Но ведь Йоркский собор в Йорке, а я в Лондоне.
– Понятно, – кивнул Дикон.
Дверь открылась, и в комнату вошла Мэри Эндрюс.
– Миледи! – в изумлении воскликнула она.
– Моя дорогая мисс Эндрюс, – сказала Виола. – Как приятно снова видеть вас. Это моя подруга, мисс Рэмплинг.
Люси сердечно поздоровалась с девушкой.
– Вы, очень хорошо выглядите, – заметила Виола. Мисс Эндрюс и в самом деле расцвела. Ее волосы были просто, но элегантно причесаны, серо-голубое платье было модным, хотя и вполне приемлемым для молодой женщины ее положения.
– Спасибо, миледи, – выдохнула она. – Мисс Доббинс позаботилась обо мне.
– Доббинс с вами? Отлично, – сказала Виола, вычеркнув что-то в своем списке. – Она единственная, кто может справиться с моими волосами. А теперь, мисс Эндрюс, мы должны решить, что станет с вами, – продолжила она. – Боюсь, о жизни с теткой не может быть и речи. У вас есть мнение на этот счет?
– Да, миледи, – сказала Мэри, с надеждой глядя на герцога.
– Мы думали об этом, Виола, – сказал Дикон. – Я решил удочерить мисс Эндрюс. Только если ты одобришь, конечно, – поспешно добавил он.
Виола ненадолго задумалась.
– Неплохая идея, – решила она. – Когда я выйду замуж, супружеские обязанности будут отнимать у меня много времени. Я бы не хотела, чтобы ты чувствовал себя одиноким.
– Я не буду чувствовать себя одиноким, если у меня будет дочь.
– Конечно. Пожалуй, тебе следует удочерить мисс Эндрюс.
От облегчения Мэри расплакалась. Виола была так тронута, что обняла девушку, а затем подошла к брату и чмокнула его в лысую макушку.
– Ты прекрасно со всем справился, Дикон. Я горжусь тобой. Знаешь, мне кажется, что часть ума деда передалась тебе.
Дикон покраснел, польщенный. Виола взяла свой список.
– Пойдемте, Люси, – скомандовала она от двери. – Вы завтра выходите замуж, а вам нечего надеть.
– Мисс Рэмплинг тоже выходит замуж? – удивился Дикон.
– Да, у нас будет двойная свадьба, – откликнулась через плечо Виола.
Когда они ушли, герцог взял руку Мэри.
– Я был бы очень одинок без тебя.
– Спасибо, ваша светлость, – сказала Мэри, промокая платком глаза.
– Пожалуйста, зови меня «папа». – Да папа, – отозвалась Мэри.
Войдя в половине девятого в столовую, Пердита тут же выскочила назад. Ее сердце бешено колотилось.
 
– Это смешно, – сказала она себе. – Тони здесь нет. С чего бы ему находиться здесь? У меня разыгралось воображение.
Набрав в грудь воздуха, она снова вошла в комнату и, вопреки здравому смыслу, снова увидела своего мужа. Он по-прежнему держал в руках серебряные щипцы, накладывая себе еду.
– Пердита! – воскликнул он, выронив щипцы.
– Что ты здесь делаешь? – осведомилась она. – Ты что, преследуешь меня?
– Я первый приехал сюда. Тебе отлично известно, что мы с герцогом вместе учились в школе.
Пердита раздраженно скривилась.
– Ты здесь не останешься!
– Почему? – возмущенно отозвался он.
– Потому что меня пригласила леди Виола.
– А меня пригласил Дикон.
Пердита подумывала о том, чтобы гордо удалиться, но ей слишком хотелось, есть, чтобы проявлять принципиальность.
– Булочки еще остались? – холодно спросила она.
– Нет.
– Видимо, это ты все слопал, – заявила она обвиняющим тоном.
– Даже не пробовал! – запротестовал Тони. – Здесь полно тостов и мармелада.
Несколько смягчившись, Пердита села и начала намазывать тост маслом.
– Где дети? – спросил он.
– Джордж и Филипп в Итоне, Артур в Харроу, – ответила она. – Странно, что ты забыл, куда посылаешь чеки.
– Я имел в виду младших детей, разумеется, – резко произнес он, – Генри, Элизабет и Ханну.
– Ты еще помнишь их имена! Как мило. Они наверху, в детской, и вполне довольны жизнью.
– Как я понимаю, ты приехала в Лондон, чтобы добиваться развода?
– Я еще не обсуждала этот вопрос с отцом, – чопорно отозвалась Пердита. – Сегодня женятся мои братья. Я не хочу портить им этот день. Но, можешь не сомневаться, Тони Чевиот, я разведусь с тобой.
– Как? – поинтересовался он, выпятив челюсть. – Ты ничего не докажешь.
Пердита рассмеялась.
– Она беременна, болван! У нее уже заметен живот.
– Не от меня, – сердито отозвался Тони.
– А леди Виола видела тебя с этой особой в роще. Отшвырнув салфетку, она вылетела из комнаты, прежде чем он успел заметить, что ее глаза наполнились слезами.
Виола и Люси, одетые для выхода, спускались по лестнице.
– Вот вы где, Пердита, – сказала Виола, натягивая перчатки. – Вы не могли бы обсудить с маэстро музыкальную программу? Я хочу, чтобы все... – Она резко замолкла при виде лица леди Чевиот. – Что случилось? – обеспокоено спросила она.
– Ничего, – ответила Пердита. – Конечно, я поговорю с маэстро.
– Я бы сделала это сама, но у меня столько хлопот перед свадьбой, – сказала Виола. – К тому же у меня нет слуха.
– Я с удовольствием помогу, – пообещала Пердита. – А вы, девушки, отправляйтесь за покупками.
– Жаль, что здесь нет Чевиота, – вздохнула Виола. – У него отличный слух, и я доверяю его вкусу.
– Вы! – вскричал лорд Чевиот, появившись из столовой.
Пердита изумленно уставилась на мужа. Она никогда не видела его таким разгневанным. Он был просто в бешенстве, побледнев до синевы.
– А, Чевиот! – воскликнула Виола, оживившись. – Вы поговорите с музыкантами?
– Как вы смели показаться мне на глаза? – рявкнул он.
Виола в замешательстве огляделась.
– С кем он разговаривает? – удивилась она. – Чевиот? С кем вы разговариваете?
– И вы еще спрашиваете! – прорычал Тони, направляясь к ней.
– Со мной? – изумилась Виола.
– С вами! – заявил он, выпятив челюсть. – Что это вы наговорили моей жене насчет того, что видели меня в роще с мисс Шипли?
Виола опешила.
– Но я действительно видела вас в роще с мисс Шипли, – указала она. – Вы представили ее мне. Это что, секрет?
– Я не говорю, что меня там не было, – сердито отозвался Тони. – Но я не обнимал ее!