Пепел власти (СИ)

Из дома тут же выскочила полная женщина лет под пятьдесят, принялась вытирать руки о фартук и что-то сварливо говорить старику. Я услышал лишь конец фразы:
— Неприлично, папа, так глазеть, да еще и кричать на всю улицу.
Из цветочной лавки выскочили две хорошенькие девушки лет пятнадцати, и смущенно хихикая и опуская глаза, засеменили прямо в мою сторону.
— Ты ведь Теодор? — спросила одна из них, вперив в меня большие голубые глаза.
В ответ я только кивнул.
— А это правда, что ты убил двух демонов и закрыл дыру в небесном щите? — тараторя, быстро произнесла вторая — темненькая и курносая.
— Я был не один, со мной был мой учитель, — сказал я.
— Все равно! Это же так здорово! Ты настоящий герой, Теодор! — восхищенно воскликнула блондинка и протянула мне корзину, прикрытую полотенцем: — Это тебе в знак благодарности от моей мамы.
Я принял корзину и приподнял полотенце, оттуда сразу же донесся ароматный запах свежеиспеченных пирожков.
— С вишней, — улыбаясь, сказала блондинка.
— Спасибо.
— Приходи завтра, а я для тебя пирог с рыбой испеку, — весело подхватила брюнетка. — Знаешь, какие вкусные пироги я делаю? Вместе с пальцами съешь. Я, кстати, Агнес, — она протянула руку, и я пожал.
— А я Белисса, — протянула руку вторая, и ее я тоже пожал.
Хотя мне все это показалось странным. С чего это вдруг девицам, почти на выданье, искать дружбы с десятилетним мальчишкой. Неужели и впрямь так благодарны за спасение?
Нашу беседу прервал вернувшийся Хаген.
— Идем, Теодор, — торопливо произнес он и зашагал теперь к зданию казначейства, где в это время как раз и должен был находиться на рабочем месте глава Гудраст.
Хаген усмехнулся, взглянув на корзину и когда мы отошли немного подальше, спросил:
— Собираешь плоды славы?
Я пожал плечами и вздохнул:
— Да как-то не ожидал.
— Мадам Зейнен и меня пирожками потчует каждый день, а еще она очень надеется, что ее дочь мне придется по душе.
— Холостой некро-мастер завидный жених для этих мест, — усмехнулся я.
— Как и ты, — хохотнул Хаген, заставив и меня рассмеяться.
Хотя в этом мире ничего зазорного нет в том, чтобы сватать детей и куда моложе. Через года три я вполне себе мог взять жену, хотя конечно я этого делать не собирался в таком раннем возрасте.
Мы вошли в дом, несколько работников канцелярии покосились в нашу сторону, один из них привстал даже с места.
— Глава Гудраст на месте? — сухо поинтересовался Хаген.
— Да, но он занят, — растерянно промямлил парень, но Хаген его даже слушать не стал, а решительно направился к двери, на ходу мне бросив: — Подожди тут, Тео. Я позову, когда ты понадобишься.
Я даже не подумал его слушать, поставил корзину у входа и зашагал за ним. Такое я уж точно пропустить не мог.
  
Глава 16
 
— Сколько вам должен Теодор Фел по договорной бумаге? — с порога спросил сердито Хаген, даже не заметив, как я тихо прошмыгнул внутрь и прикрыл дверь.
Глава Гудраст в недоумении округлил глаза:
— Что за тон, мастер Боуль? И к чем вообще такие вопросы? Вас это нисколько не должно заботить. Все наши долговые дела мы решим с Теодором сами.
— Да? И каким образом? Заставляя мальчишку выгребать помойные ямы и похабно приставая к его матери? — зло поинтересовался Хаген.
Глава Гудраст бросил в мою сторону злобный взгляд, а я одарил его весёлой улыбкой, тут же почувствовал, как в венах забурлил огонь. Пришлось его тут же погасить.
— Как вы смеете врываться сюда и так говорить со мной? — толстые дряблые щеки главы Гудраста затряслись от возмущения, и он привстал с места, моментально краснея.
— Отвечайте. Сколько вам должен Теодор Фел? — с угрозой в голосе потребовал Хаген. — Где договорная бумага и его долговая книга?
Глава наконец смог полностью поднять свою тучную тушу со стула, и теперь он злобно нависал над столом.
— Да вас это вообще не касается! — возмущённо, чуть ли не взвизгнув, крикнул Гудраст.
— Его, может, и не касается, но ведь меня касается, — протянул я.
 
Хаген, наконец заметив мое присутствие, бросил в мою сторону неодобрительный взгляд, а я продолжил размеренно говорить:
— И по закону я могу потребовать долговую книгу и саму договорную бумагу в любой миг. Покажите ее, глава Гудраст, будьте так любезны.
Он так шумно дышал, что я уже начал надеяться, что он попросту задохнется и все проблемы сразу решаться. Но нет, вместо этого он сверлил меня полным ярости взглядом. Наконец, сердито фыркнув, он порывисто выдвинул верхний ящик письменного стола и швырнул тонкую папку на стол.
Хаген тут же схватил ее и открыл, принявшись внимательно изучать содержимое. Я тоже подошел, привстал на цыпочки, пытаясь заглянуть внутрь, но Хаген так и не дал мне посмотреть, а резко ее захлопнул и язвительно поинтересовался:
— Неделя проживания — два дикса, питание пять аргусов? Да вы еще и приворовываете, как я погляжу. Или нарочно выбираете все самое дорогое, чтобы Теодор навеки остался вашим должником? Вы же понимаете, что поступаете омерзительно?
— Я ничего не нарушил и соблюдал все пункты договора! — истерично воскликнул глава Гудраст. — Обеспечивал ваше проживание и питание. А плату за вашу работу взяли на себя уже граф Скаргард и мастер Матиский.
— А где же сама договорная бумага? Я ее здесь не вижу, — со злым сарказмом поинтересовался Хаген.
Глава Гудраст, сцепив зубы, снова выдвинул верхний ящик и медленно достал бумагу с печатью, и так же медленно, явно не желая ее отдавать, положил на стол.
Хаген схватил ее и внимательно уставился.
— Хм, — усмехнулся учитель и многозначительно посмотрел на меня, что-то там ему явно показалось забавным.
— Вы, кстати, не выплатили награду за закрытие дыры в небесном щите ни мне, ни Теодору, — Хаген сощурил глаза. — А насколько я помню, магам обычно полагается за это пять золотых диксов. Учитывая, что мы ее закрыли вдвоем по двадцать пять аркусов на каждого. Или по три дикса — можете еще накинуть за истребление ларва-демонов.
Глава Гудраст побагровел еще сильнее, хотя, казалось, куда уж больше. И про награду я не знал, иначе бы давно заткнул этого негодяя.
— Я собирался выплатить. Просто не успел, — со сдержанной злобой сказал глава. — Половина казны ушла на оплату работы демоноборцев и вот из-за этого...
— Но вы ведь могли Теодору списать его долг, но не сделали этого, — перебил его Хаген и плюхнул долговую тетрадь на стол, а потом настойчиво велел: — Сделайте это сейчас.
Глава Гудраст тяжело уселся на место, скверно посмотрел на Хагена исподлобья, открыл тетрадь и записал.
Хаген заглянул через стол на цифры в тетради и добавил:
— И мою награду перечислите в уплату долга Теодора.
Глава снова посмотрел исподлобья, но ничего не ответил и записал.
— Сколько осталось? — весело поинтересовался Хаген.
— Тридцать два дикса и пять аргусов, — буркнул глава.
— Всего-то, — пожал плечами Хаген, достал из-за пояса мешочек и бросил, отсчитал тридцать золотых диксов, а остальное добавил серебром и медью и швырнул перед главой на стол. — Все, теперь Теодор с вами в расчете. Подпишите и сломайте печать.
— Что значит в расчете? — противно улыбнулся глава Гудраст. — Разве он окончил обучение? Или вы больше не нуждаетесь в жилье и питание?
— Нет. Обучение он не закончил. Но в оплате жилья и питания я не нуждаюсь. В вашей договорной бумаге есть графа о непредвиденных обстоятельствах, разрешающих закрыть договор раньше срока. Так вот они — эти обстоятельства. Я, как третья сторона, не участвующая в договоре, отказываюсь проживать в доме, оплаченном вами. Подписывайте же.
Глава Гудраст озлобленно уставился на меня:
— Он должен подтвердить, — буркнул он.
— Я подтверждаю, — растянул я рот в довольной улыбке.
Глава выдохнул, взял перо, макнул в чернильницу и подписал, а после надломил печать, и договорная бумага тут же вспыхнула и в секунду превратилась в пепел.