Пепел власти (СИ)

  
Глава 1
 
Я смотрел на черноволосую женщину. Странно, казалось, я смотрю так на нее уже довольно долго, и только сейчас это осознал. Словно бы я все это время находился под гипнозом, а затем вдруг очнулся.
Стоит признать, таких красивых женщин я никогда не видел — идеальное лицо без единого изъяна, большие раскосые зеленые глаза, которые, казалось, светились изнутри. Она что-то серьезно говорила, но ни единого слова я не понял.
Я открыл было рот, чтобы спросить ее, кто она такая, но вместо этого послышался лишь младенческий лепет. Странно, но это меня почти не удивило, скорее лишь слегка смутило. Я вдруг вспомнил, как еще недавно валялся с сердечным приступом на полу своего кабинета, и однозначно, после такого я бы вряд ли выжил. Значит...
Я попытался выпутать руки и взглянуть на них, чтобы подтвердить свою догадку, но руки были чем-то крепко скованные. Перевел взгляд на рыжую девушку с красными от слез глазами, в ответ она посмотрела на меня настороженно и даже где-то испуганно. Именно она держала меня на руках.
Лица обоих женщин казались неестественно большими, и это навело на мысль, что все потому, что я сам слишком мал. И теперь сомнений не было — я очутился в теле младенца.
И еще, по всей видимости, учитывая странные наряды женщин — они выглядели как древнегреческие богини, — это не мое время, а учитывая незнакомый язык — возможно, даже и не мой мир. Ну не зря же об этом столько снимали и писали, значит, правы были буддисты — реинкарнация существует.
Я повернул голову, чтобы взглянуть, куда подевалась та черноволосая женщина и нашел ее стоявшей посреди комнаты. Женщина вскинула руки, закрыла глаза и принялась что-то быстро шептать. Выглядела она напряженной и крайне сосредоточенной, ее вид завораживал, словно бы она делала что-то удивительное, хотя она просто стояла и шептала.
Вдруг напротив женщины прямо посреди комнаты распахнулась овальная темная дыра. А темноволосая тут же рухнула на пол.
Рыжая громко всхлипнула, подхватила что-то с пола, что я не успел увидеть, а затем вместе со мной она шагнула внутрь дыры.
Честно говоря, переход через врата удивил меня куда больше, чем осознание, что я переродился в теле младенца. Потому что это значило, что здесь есть магия. С ума сойти! Я попал в магический мир!
Как только мы вышли из врат, рыжая резко обернулась, и я успел увидеть, как захлопнулся портал. И схлопнулся он так резко и агрессивно, словно был пастью хищника, проглотившего добычу.
Там, где мы оказались, было прохладно и темно, пахло хвоей, где-то вдали ухал сыч. Рыжая сделал несколько шагов, и послышался шорох сухой листвы под ее ногами.
Сейчас ночь и мы в лесу — что и так очевидно. Осталось понять, что происходит. Кажется, мы от кого-то убегаем.
Рыжая что-то мне сказала, судя по интонации, кажется, пыталась успокоить и подбодрить, но судя по тому, как подрагивал ее голос, ей и самой не мешало бы успокоиться.
Рыжая отпустила меня на землю, прямо на сухую листву, наверное, здесь сейчас осень. В этом положении мой обзор заметно расширился, и теперь я мог получше разглядеть свою спутницу: она была очень юна, на виде не больше шестнадцати, на ней было тонкое струящееся голубое платье, явно не по погоде и не для прогулок по лесу, еще у нее густая длинная рыжая коса, и большой круглый живот.
Ветви деревьев надо мной были слишком густые и не видать ни звезд, ни луны — вообще ни единого источника света. Но при этом я отлично все видел, разве что цвета были тусклее, чем при свете. Значит, я вижу в темноте, и вон — даже цвета различаю. Интересно, это все местные так умеют, или такой дар только у меня?
И кое-что я понял еще. Рыжая явно не моя мать. Я слишком мал, а значит, родился не так давно. Рыжая никак бы не успела родить меня, а после забеременеть снова. Ну если только они тут не плодятся как кошки.
И учитывая это, назревает другой вопрос: а где тогда мои родители?
Рыжая вдруг уселась рядом и громко зарыдала. Настолько громко и отчаянно, что мне и самому стало не по себе. Я даже не заметил, как и сам начал надрывать горло и рыдать. Я попытался успокоиться и прекратить это непотребство, но ничего не выходило, тело словно само по себе жило. Я рыдал вместе с рыжей, злился на себя, что не могу контролировать этот рев и от этого рыдал еще больше. Твою ж мать! Вот это подстава.
 
Рыжая вдруг резко перестала рыдать, видимо, что-то там для себя решив, подхватила меня на руки и начала покачивать.
От нее приятно пахло, а ее объятия были теплыми и успокаивающими. Мой приступ рева тут же прекратился. Я даже мысленно выдохнул с облегчением.
Но зато я выяснил, что я хоть и взрослый, но тело все же младенческое, и чтобы контролировать его, придется учиться.
Тем временем рыжая начала говорить что-то убаюкивающее на этом непонятном языке. Несколько раз я услышал слово «Тео», в какой-то миг рыжая даже ткнула в меня пальцем и произнесла это слово по слогам, явно давая понять, что это мое имя.
Мне оно понравилось. Было в его звучании нечто такое, на что откликалось в сердце. Значит, я Тео и про Максима теперь придется забыть. Макс умер там за рабочим столом, так и не закончив дело всей своей жизни. Ну и черт с ним. Странно, но меня это больше не беспокоило. Я про прошлую жизнь теперь можно забыть, теперь нужно сосредоточиться на новой. И чувствую, будет не так уж и просто. Но когда трудности меня останавливали?
От покачивания и тихих баюкающих слов меня начало неумолимо затягивать в омут сна. И такое это было непреодолимое ощущение, что я сдался и заснул.
Черт его знает, сколько времени я так проспал, но разбудило меня странное чувство. Я бы даже сказал, очень нехорошее тревожное чувство. Оно буквально вопило во мне о надвигающейся опасности. В прошлой жизни мне никогда не приходилось подобного испытывать.
Открыл глаза и увидел перед собой спящую рыжую, мы спали прямо на листве под большим раскидистым деревом. Казалось, вокруг тихо и спокойно, но чувство опасности все не покидало меня.
Я ощутил, как снова подкатывает тот мерзкий приступ рева, и даже уже было открыл рот, чтобы зареветь, но резко прекратил. Весь набранный в легкие для крика воздух я выдохнул и замер. Потому что в этот самый миг совсем близко я услышал чье-то шумное дыхание. Так дышат большие собаки. Именно из-за этого дыхания я ощущал тревогу.
Я попытался осторожно перевернуться, чтобы посмотреть. Но тело по-прежнему плохо слушалось, да и еще эта тряпка изрядно мешала.
Перед глазами вдруг что-то промелькнуло. Большое и лохматое.
Плохи дела, очень плохи наши дела. Я быстро сообразил, что нас окружает стая диких животных. И они здесь явно собрались, не для того, чтобы с нами поздороваться.
Их поблескивающие глаза, их лохматые хвосты мелькали перед взором. Я насчитал не меньше шести животных. Те, что сумел рассмотреть, очень напоминали волков — только слишком крупных и лохматых. Они кружили вокруг нас, словно исполняли какой-то ритуальный танец перед жертвоприношением. Не припомню, чтобы земные волки так себя вели. Хотя чего уж там — мне никогда не приходилось с ними встречаться.
Нужно было срочно что-то делать. Нужно срочно разбудить эту глупую рыжую, которая не додумалась даже костер разжечь или найти место для ночевки побезопаснее. Единственный способ, каким я мог ее разбудить — это зарыдать. Но я опасался, что резкий крик подействует на местных волков как призыв к атаке.
Я начал быстро перебирать руками и ногами, желая подкатиться к рыжей поближе. Приблизиться или толкнуть ее у меня не вышло, зато получилось выпутаться из тряпок. Я перевернулся на живот и теперь видел стаю.
Они больше не кружили, они стояли вокруг нас и не сводили с меня хищных взглядов. Они скалили острые зубы, их тела были напряжены — все указывало на то, что они вот-вот набросятся.
Один из них, самый крупный, тихо и угрожающе зарычал.
Рыжую разбудил этот рык. Она так внезапно вскочила и так резко заорала, что несколько волков даже дернулись назад. Жаль, конечно, что не все. Да и те, что дернулись, через несколько секунд снова заняли свои позиции и, кажется, теперь это еще больше распалило в них охотничий инстинкт.