Ты задолжал мне любовь (СИ)

Я же покачала головой: 
— Нет.
Тогда Демидов, кивнув головой, посмотрел на тетку и холодно проговорил: 
— Раз Эмилия отрицает это, то, значит, это сделала не она. Факт. Поэтому тебе лучше предъявить доказательства, иначе, если ты еще хоть раз прикоснешься к ней, то, прости, но вежливости с моей стороны ты не дождешься. 
Вероника недоверчиво посмотрела на него. Женщина была так зла, что даже попросту не могла выдавить из себя ни слова: 
— Руслан, какой же ты остолоп. Вся семья Архиповых мертва, а среди живых лишь я и она знаем об этом. Думаешь, что я могла бы чернить саму себя? 
Лицо мужчины же в данный момент было лишено и толики эмоций: 
— Тогда предъяви хоть какие-нибудь доказательства своих слов, а после уже и беспокой ее. 
Сказав это, мой супруг вытянул меня из кухни и повел прямо в спальню. Я в свою очередь взяла аптечку, что дала мне Таисия, и последовала за ним. 
В спальне.
Опустив голову, я очистила рану на руке Руслана. Некоторая кровь уже свернулась, а некоторая, наоборот, потемнела и запеклась на ране. 
— Болит? – пальцы же так близко связаны с сердцем, поэтому рука все-таки считается самым чувствительным к боли местом, не говоря уже о том, что он-то поранил свою ладонь. 
Мужчина покачал головой и слегка улыбнулся: 
— Сердечко болит за меня? 
Я в ответ поджала губы и слегка вздохнула: 
— Не будь таким импульсивным в следующий раз. 
— Глупышка моя! – Демидов поднял руку и коснулся моего лица, взгляд его казался глубоким. — А ты в следующий раз научиться уклоняться. Ты же прекрасно понимаешь, насколько ценно лицо для его обладательницы. Ладно? 
Я кивнула. Наклонив голову, чтобы перевязать его рану, я невольно вздохнула: 
— Похоже, кто-то решил сунуть свой нос в дела Вероники. 
Глаза мужчины моментально потяжелели, из-за чего стали казаться несколько бездонными: 
— Не беспокойся об этом. Дела Архиповых никак не касаются нас, а с Вероникой я разберусь. 
Я же поджала губы, однако так и не согласилась. Честно говоря, смерть Архипова хорошо так ударила по мне, и как бы я ни хотела, я не могла преодолеть это. А вот к Веронике я не чувствую и капли жалости
Наоборот, думаю, что это ее заслуженное возмездие.
Единственное, чего я не могу понять, так это то, что по факту тех, кто знают об этом, немного. Так зачем же разглашать об этом и еще все так подробно расписывать?
Оба старики из семьи Людмилы никак не могли владеть подобной информацией. Так кто же еще, кроме меня и Демидовой, знает об этом?
Но думая об этом, я так в итоге ничего и не добилась в своих размышлениях. Подняв глаза, я просто посмотрела на Руслана:
— С «Demigroup» все в порядке?
В последнее время мужчина стал казаться все более и более изможденным.
Он слегка улыбнулся, покачал головой и ответил:
— Компания расширяется, поэтому, понятное дело, столкнулась с некоторыми трудностями. Но все это решаемо, не переживай.
Казалось, Демидов не хотел, чтобы я волновалась, поэтому и я тоже не сала ничего припоминать. Просто лишь произнесла:
— Думаю, мне придется поехать в Германию на поиски Маши с Ильей. Возможно, меня не будет дома в течение некоторого времени.
Супруг нахмурился:
— Но ведь совсем скоро Новый Год. Разве ты не можешь подождать, пока мы его отметим, а потом уже ехать?
Я вздохнула:
 
— Я просто слишком волнуюсь за них. Ты, помнишь, говорил, что Виктор в Германии? Но когда я попросила его присмотреть за теми двумя, он до сих пор ничего мне так и не сообщил.
Когда я перевязала рану Руслану, мужчина потянул меня, чтобы я села рядом, а после спокойно проговорил:
— Давай сядем и спокойно обсудим этот вопрос, хорошо?
Надо же, редко когда у него хватало терпения вот так поговорить со мной. Поэтому я моментально кивнула и посмотрела на него:
— Давай.
— В Германии сейчас как минимум на десять градусов прохладнее, чем в Москве, а ты только вот-вот поправилась. Понимаешь, что сейчас все-таки не самое лучшее время для поездки туда?
Я кивнула.
Он обнял меня и продолжил:
— Кроме того, Владимир намерен устроить для тебя церемонию по вступлению в родословную. И это определенно случится до конца этого года. Кроме того, ты так долго все организовывала касательно Сорокиной, и, кажется, что все будет успешно.
Не думаешь остаться и понаблюдать за итогом?
Услышав подобное, я буквально оцепенела на пару секунд. Затем, подняв свои удивленные глаза, я посмотрела на мужчину:
— Ты... все это время знал?
Руслан слегка улыбнулся, поднял руку, потер мой нос и рассмеялся:
— А иначе, думаешь, Арина, у которой в столице ни двора, ни кола, смогла бы получить ту информацию, которую даже у тебя нет возможности завладеть?
Я моментально замерла. Но в ту же секунду в моем сердце возникло какое-то неописуемое чувство теплоты. Казалось, он знал о моих планах с самого начала, и никогда не останавливал меня, всегда по-своему помогая мне.
Когда эта самая теплота пронеслась по сердцу, я обняла его и прислонилась к его груди. Голос казался хрипловатым:
— Спасибо, Руслан!
Мужчина же поцеловал меня в лоб и сказал:
— Что сегодня тебе сказала Саша, когда приходила?
— О ее матери, – ответила я. Живот, конечно, не так сильно болел, но силы все равно словно покинули меня.
Супруг произнес: — Я попросил Олега отправить ее в Германию, чтобы ей там тоже хорошо жилось.
— Хорошо, – проговорила я, а мои эмоции, казалось, были прохладными.
Прочувствовав мое настроение, Демидов поднял руку и подцепил мой подбородок так, чтобы я смотрела на него:
— Злишься?
— Нет, – я покачала головой и вздохнула. — Руслан, я знаю, что с того самого момента, как ты дал обещание Платону, ты никак не можешь снять с себя эту ответственность. Но жизнь все-таки длинная штука, мы не можем сказать, что будет в будущем, поэтому все, что мы должны делать – это жить хорошо сейчас.
Дедушка моего супруга являлся отставным военным, сам же мальчик был на воспитании у него, поэтому дед привил ему идею того, что чувство долга и ответственности должны быть жизненными убеждениями. Поэтому на протяжении многих лет, даже если Демидов и не питал к Саше особых чувств, он все равно не жалел усилий, чтобы заботиться о ней.
Что ж, стоит сказать, что Платон и правда выбрал достойного тому, чтобы можно было доверить жизнь свое сестры человека.
***
Вероника же решила, что это я рассказала репортерам об Архиповых, поэтому теплила в сердце желание подпортить мне жизнь.
Руслан уехал в командировку, а я же, когда осталась на вилле, меня постоянно теснила Вероника, из-за чего я подумала прямиком направиться в «Arhitech», намереваясь посмотреть на темпы роста «Аспекта».
Однако, я даже еще не успела выехать из коттеджного поселка, как наткнулась на Сорокину. В Москве сейчас вовсю бушевала зима, поэтому было невероятно холодно. А женщина же была одета стильно и тепло: черные длинные сапоги и стильный пуховик белого цвета длиной до колена.
Когда Татьяна увидела, что я выхожу, она вышла из Лэнд Ровера, сняла солнцезащитные очки, поджала губы, посмотрела на меня и сказала: