Каллгира. Дорога праха (СИ)

Воздух загустел, пропитался запахом страха, крови, горячего металла. Каз отшатнулась, чтобы пропустить Ариана. Он едва переставлял ноги, держался за бок, где на белой рубашке тоже расцветала краснота. Будь воля Казимиры, она бы и сама всадила в него несколько кинжалов и прокрутила, лишь бы заговорил, лишь бы ответил так, как она хочет.
— Он не... — Ариан грузно опал на ступени перед своим троном.
— Не смей, — произнесла Каз одними губами, не оборачиваясь к нему. Зажмурилась до белых пятен перед глазами, сжала рукоять бестолкового меча так, что пальцы отнялись. Всё. Блять. Бестолку.
Какая польза от меча, которым никого не защитить.
Какая польза от убийцы, который никого не может спасти.
— Каз, мы ничего не успели сделать, — ответил Ариан сквозь слёзы. Он смотрел на неё снизу вверх, упрямо, зло и опустошённо. — Это было похоже, на... На то, что сделали в Авроре, тот взрыв. Вег толкнул меня на лестницу и...
Она не смогла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Горло не просто сжало, словно десяток ножей пронзили. Ещё пара в грудь, в колени, чтобы подогнулись, в руки, чтобы отнялись и выпустили оружие.
— Нет, нет, ты ошибся. — Вырвался нервный смешок, но слёзы уже покатились по щекам. — Ты ошибся, он выбрался.
Не может это быть правдой. Не должно. Не будет. 
Каз прикрыла глаза, отёрла щёки всё ещё влажным предплечьем. Возьми себя в руки. Это Ариан. Он что угодно скажет, пока ему это выгодно.
— Покажи мне тело, — велела Казимира. — Я не верю.
Ариан отнял руки от лица, убрал назад волосы, шмыгнув носом. Красные затуманенные глаза не оставляли сомнений. Он, может, и актёр, но не такой хороший.
— Потолок рухнул, — отсёк Ан холодно. — Часть лестницы обвалилась. Туда даже не спуститься. Тела ты не найдёшь.
— Отведи меня! Я не поверю, пока сама не увижу!
— Нет! — Ан рванул вперёд. Крик пронёсся по залу и затерялся в пустынных коридорах. Где все солдаты, где люди Габии, где хоть кто-то, кто докажет, что это реальность, а не очередной кошмар, после которого Казимира проснётся с криками?
— Нет, — повторил Ариан, затухая. — Это слишком, Каз. — Он открыл рот, всё не мог произнести этого вслух. Пока он не скажет, это не станет правдой. — Вегард мёртв.
Помутнело в глазах, в висок вгрызлась боль, бедро обожгла какая-то рана. Все старые шрамы взвыли стройным хором, чтобы разорвать тело изнутри. Будто из неё вырвали кусок и швырнули под ноги. Смотри, тянись скрюченными пальцами, попытайся затолкать обратно в себя. Колени заныли после удара о плиты — она не заметила, что сидит на полу, давя всхлипы и задыхаясь.
Не осталось сил даже на то, чтобы бросить в Ариана «сукин сын». Ни одного врага Казимира не ненавидела так, как Валлета сейчас. Ссутулившегося, сжавшегося, готового принять её удары. Но в чём его винить, это всегда был выбор Вегарда. Так же, как это был выбор Клаудии. Так же, как это был выбор Ясмины. Так же, как это был выбор Казимиры, быть сейчас здесь.
Со второй попытки она поднялась, приблизилась к нему и села рядом, уронив руку на плечо. Ан вздрогнул беззвучно плача. Каким бы он ни был человеком, Вегард звал его своим братом, и этого Каз не может просто забыть. И только он может понять её, забыв о разногласиях во внешнем мире. Здесь и сейчас они не враги, а потерявшие самого дорогого люди.
— У меня больше никого нет, — через несколько бесконечных секунд шепнул Ариан. — Никого не осталось. — Он поднял голову и посмотрел куда-то в дальний конец зала.
Казимира не могла отвести взгляд от громоздких замков на куртке Вега. Даже это бы его не спасло.
— Ты не можешь уйти, — вдруг выпалил Ан и повернулся к Казимире. — Ты не можешь меня бросить.
Всё ещё немного заторможенная, она отшатнулась, будто Ариан окатил её из помойного ведра.
— Мне нечего здесь делать. — Каз попыталась встать, опираясь на его плечо, но ноги ещё не слушались, и перед глазами всё плыло.
Ариан удержал её за рукав и потянул к себе, вниз.
— Пожалуйста, — сказал он надтреснуто, еле слышно. — Каз, я потерял всех.
 
— Я тоже, — глухо отозвалась Казимира. Не попыталась сбросить его руку, только успокаивая положила пальцы на запястье.
— Мы есть друг у друга. — Ариан попытался заглянуть ей в лицо, но Каз не встретила его взгляда. Слёзы ещё застилали глаза. — Послушай, — позвал Ан. — У меня не осталось никого кроме тебя. Ты не можешь... просто всё это забыть. Прошу.
— Это ты виноват, что никого не осталось, — не станет она смягчаться для него, пусть знает, что Каз думает. — Мне здесь нет места. — Казимира высвободила руку и снова поднялась, чтобы сделать нетвёрдый шаг прочь.
Только после этого Ариан бросил ей в спину:
— Конечно, не со мной же. — Тон, признающий поражение вызвал у Каз желание врезать ему. — И плащ я тогда Вегу отдал, от меня бы ты не приняла...
Она точно ослышалась. Что-то не так поняла. Он же не... Он же не стал бы...
— Чего?
— Этот плащ. — Ариан указал на её верхнюю одежду, пропитанную кровью, грязью, пылью каллгирских дорог. — Помнишь в Мехшеде Вегард подарил его тебе, когда ты собиралась уйти? — Его лицо разгладилось от горя, только уставшие глаза смотрели из-под полуопущенных ресниц. Ан поджал искусанные губы. Истощённый и проигравший Ариан Валлет, каким она и хотела его видеть, но уж точно не такой ценой. — Глупо, но это всё, что я тогда смог придумать. — Он пожал плечами, и красная куртка съехала, звякнули по кафелю цепочки. — Хоть так удержать тебя. Говорю же, знал, что от меня бы ты подарка не приняла, и отдал Вегу.
Поверить не могу, что ты говоришь об этом сейчас. 
— Каз, я делал всё, что мог, лишь бы ты оставалась с нами. На моём месте другой бы давно прогнал или приказал убить.
— Ты и грозился.
— Это было до... — Он осёкся. Эта странная, такая неуместная, точно причудившаяся нежность в его голосе. — Это было по началу. Я не хотел тебя терять. И сейчас не хочу.
Хлопок разнёсся по залу, отскочил от стен и колонн. Ариан отдёрнулся, держась за щёку, но ни капли не выглядел удивлённым. Будто ждал. Если бы Каз так не трясло от ненависти, она бы залепила ещё одну пощёчину, а лучше врезала железным кулаком.
— Закрой. Рот.
На плиты упал ремень с пустыми ножнами, следом серая ткань с красным подбоем. Рукав с треском надорвался, когда Казимира сорвала с себя плащ. Подарок она швырнула Ариану под ноги и плюнула сверху.
— На, подавись.
— Возьми хотя бы плату, — попросил Ариан уже более отстранённый. — Куда ты пойдёшь без гроша?
— Справлюсь. — Она зашагала к выходу, с каждым футом чувствуя всё большую тяжесть в теле. Нужны последние слова, чтобы потом не мучиться, что не сказала что-то пока ещё был шанс. Если и будет следующая встреча, то только с её ножом у его кадыка. Казимира обернулась, встретила взгляд уже поднявшегося на ноги Ариана. — Надеюсь, тебя убьёт тот, кто будет достоин этого трона.
На секунду Ан закрыл глаза, а когда снова посмотрел на неё, в чёрноте клокотала злость. Точно как при их первой встрече. Ничего не изменилось, Казимира всё это себе придумала.
Вниз по лестнице из особняка она уже почти бежала. Не видела ничьих лиц, не слышала ничьих голосов, взгляд выцепил бесхозный мотоцикл, поваленный на брусчатке. Заведётся — будет Казимириным.
Мотор взревел, рукояти завибрировали в ладонях. Прочь. Прочь из Каллгиры по дороге, покрытой прахом. И никогда не оглядывайся.
* * *
Она бросила плащ княжеского убийцы, будто тварь ядовитую. Этого он и ожидал, поэтому помалкивал в Мехшеде и после. Пусть в её памяти Ариан останется лгуном и предателем, пусть будет для неё убийцей собственного брата.
Он выдохнул, вытер щёки и глаза.
Если бы это не пришлось использовать против неё, Ариан бы никогда не рассказал. Правда о Фахуруне тоже не должна всплыть раньше времени, эх, если бы всё шло по плану.
Ариан подошёл к трону и провёл кончиками пальцем по выпуклой лепнине подголовника. Тёмно-зелёная бархатная подушка примялась после обскурного зада, что посмел сюда забраться. Уже неважно. Валлет смахнул пылинки и сел на своё законное место, откинув голову на высокую резную спинку.