Жажда скорости (ЛП)

— Как ты там себя чувствуешь?
Я не смог бы солгать, даже если бы захотел.
— Чертовски удивительно.
— О, да?
Улыбка на моем лице была настолько нелепой, что я был рад маске, которую носили все летчики.
— Да. Это было...
— Лучшая поездка всей твоей жизни?
Высокомерный.
— Чертовски близко.
Соло накренил самолет вправо, направляясь обратно к базе.
— Хм. Держись за меня, и, может быть, я покажу ее ближе к вечеру.
Впервые с тех пор, как я вернулся в кабину пилотов, я почувствовал, что мое тело полностью расслабилось, когда Соло начал спуск, и как раз в тот момент, когда он собирался посадить самолет, и мы были бы окружены нашими товарищами-стажерами, я сказал:
— Или, может быть, сегодня вечером я сам покажу тебе твою лучшую поездку.
  
Глава 22
 
Соло
— Вот об этом я и мечтал. — Я растянулся на шезлонге с откидной спинкой около бассейна, где наши товарищи-стажеры купались в знойный выходной день. Я только что вышел, и капельки воды на моей коже уже начали исчезать, не то чтобы я возражал. Жар, казалось, был в моей крови, словно притягивая подобное.
— Кому принадлежит этот дом? — Гуччи сидел на краю шезлонга рядом со мной, держа в руке большой тюбик солнцезащитного крема, которым он покрывал каждый дюйм своего массивного тела.
— Он принадлежит другу Пантеры, который за границей.
— Ха. — Гуччи опустил солнцезащитные очки и посмотрел на меня.
— Ты бывал здесь раньше?
— Нет.
— Тогда откуда ты знаешь, что это дом его друга?
— Я подслушал, как он говорил это Хлысту, когда она приехала сюда. — Я потянулся в сторону, чтобы взять свою бутылку пива, но когда я поднял ее, она была пуста. — Иди принеси мне пива.
Гуччи вытер остатки солнцезащитного крема о свои шорты и фыркнул.
— Я что, выгляжу как твоя сучка?
— Ну как посмотреть, ведь на днях я заставил тебя нюхать пыль от моего самолета.
— Да пошел ты, — проворчал он, поднимаясь на ноги. — Тебе просто повезло.
— Это не из-за везенья. Я просто слишком хорош. — Я ухмыльнулся ему, моя глупая улыбка явно проникла ему под кожу из-за того, что он начал ругаться.
— Я чему-то помешал? — спросил Пантера, отбрасывая на меня тень и давая временное облегчение от солнца. Он посмотрел между нами, прежде чем остановить свой взгляд на мне. — Что ты сделал на этот раз?
У меня отвисла челюсть.
— Я? Почему это всегда моя вина?
— Потому что от тебя одни неприятности. — Когда Пантера ухмыльнулся, Гуччи кивнул.
— Не прикидывайся таким невинным. Даже Пантера понимает это, и Бог свидетель, он сидел в первом ряду, разбираясь с твоим дерьмом.
— О, иди займись чем-нибудь полезным, задница. — Когда Гуччи рассмеялся и ушел, Пантера занял место на шезлонге рядом со мной и протянул мне свежее пиво. — Я не знаю, как мы стали друзьями, клянусь.
— Потому что он называет вещи своими именами, и ты это уважаешь.
Я хмыкнул и сделал большой глоток ледяного напитка. Краем глаза я заметил, как Гуччи совершал набег на огромный холодильник, и когда он увидел полную бутылку пива в моей руке, он указал на Пантеру и одними губами спросил: «Кто теперь твоя сучка?»
Отмахнувшись от него, я сел ровнее и выпил еще, в то время как Пантера оставался тихим и задумчивым рядом со мной, хотя и более расслабленным, чем когда-либо. Неделя началась тяжело, но после нашего тандемного полета он, казалось, вернулся к своим обязанностям. Как будто он помнил о том, что мы делали, и сосредоточился на этом, а не на прошлом. По крайней мере, я надеялся, что это так. Последние несколько дней он самостоятельно совершал полеты, и я не видел никакого беспокойства на его лице. Не говорю, что он вылечился, потому что, разве такое когда-нибудь забудешь? Я чертовски уверен, что никогда не забуду, и именно это подталкивало меня каждый раз, когда я поднимался наверх.
— Еще одно? — спросил Пантера, его голос ворвался в мои мысли, и когда я посмотрел вниз, то понял, что прикончил пиво.
 
— Черт. Наверное, меня мучала жажда. — Я поставил пустую бутылку рядом со своим стулом и заметил, как солнце блестит на коже Пантеры, вызывая у меня желание облизать каждый дюйм его тела. Не то, чтобы я мог видеть все, что хотел; он надел майку с шортами, чтобы скрыть оставшиеся синяки, которые, хотя и поблекли, все еще были там, чтобы служить напоминанием.
— Меня тоже мучает, — сказал он, и когда я посмотрел на все еще полную бутылку пива в его руках, он покачал головой. — Но не жажда.
Ну, привеееет. Мой член мгновенно проснулся, и мне пришлось податься вперед и упереться локтями в колени, чтобы скрыть похоть, которую эти слова зажгли во мне.
Как будто он точно знал, что сделал, Пантера усмехнулся.
— Дом мой в любое время, когда я этого захочу. Ночи... выходные...
— И ты говоришь мне это только сейчас?
— Он уехал только в среду.
— Он только уехал… Просто кто этот парень?
— Друг из средней школы.
— Ммм. — Я снова потянулся за своим пивом и выругался, когда оно оказалось пустым. — Это друг с привилегиями? Бывший, ставший другом? Друг, который хочет трахнуть тебя и просит переспать с ним в постели под видом друга, который присматривает за домом?
Пантера рассмеялся, как будто это была нелепая идея, но это было не так, потому что смотрел ли он в зеркало? Должен был быть след из разбитых сердец от средней школы до каждого места, где он когда-либо был в своей жизни.
— Я не знаю, почему ты смеешься.
— Потому что эта твоя ревнивая сторона мне незнакома. Мне это нравится.
— Ты все еще не ответил на вопрос.
— Тут нечего отвечать. Я, эм, не совсем в его вкусе, и он определенно не в моем.
— О? — мои уши навострились. — Так какой же твой тип?
Пантера покачал головой и посмотрел на Фантома и Юту, устанавливающих волейбольную сетку поперек бассейна. Да, хорошо, прекрасно. Не совсем тот разговор, который стоит вести с кучей любопытных ублюдков вокруг.
Как будто это могло меня остановить.
Я наклонился немного ближе к Пантере, и он выгнул бровь.
— Отвечай на вопрос, Пантера.
Глаза Пантеры опустились на мой рот, и когда я облизнул нижнюю губу, он заерзал на своем сиденье.
— А если я не отвечу?
— Если ты не ответишь, я притворюсь, что не понял твоего не очень тонкого приглашения, что ты хотел бы, чтобы я провел здесь ночь — и уйду.
Пантера усмехнулся, растянулся на шезлонге и заложил руки за голову.
Затем он взглянул на меня и тихо сказал:
— Ты действительно собираешься отказаться от возможности провести тут ночь?
Иисус. Казалось, новообретенная уверенность Пантеры распространялась на все аспекты его жизни, и я должен был сказать, что у меня не было с этим ни одной проблемы.
Вскочив на ноги, я повернулся спиной, загораживая себя и Пантеру от остальной команды, и бросил свои авиаторы на шезлонг, который я только что освободил. Затем я позволил себе осмотреть тело Пантеры так, как оно того заслуживало.
— Отвечай на вопрос, — повторил я, и на этот раз Пантера облизнул губы.
— Какой мой тип?
Ублюдку слишком нравилось дразнить меня. Я заставлю его заплатить за это позже.
— Хм... — Пантера посмотрел на меня, как будто пытаясь решить, с чего начать в первую очередь. — Мой тип — высокий, самоуверенный, чертовски безрассудный, и у него татуировка на задней стороне бедра, от которой мой член стал твердым с тех пор, как он вышел сюда в шортах сегодня днем.
Ладно, черт, я не ожидал, что он будет таким прямолинейным.
— Не хочешь повернуться, чтобы я мог еще раз взглянуть?
Я посмотрел вниз на свою очень заметную эрекцию, а затем снова на него.
— Если ты не хочешь начать объяснять, почему у меня внезапно встал перед всеми здесь, тебе нужно отдать мне это полотенце позади тебя.
Пантера сел и взглянул на него, прежде чем ухмыльнуться.