Нет покоя в "корейских лесах". (Шаг третий) (СИ)

В гостиную вернулась ХёнДжу. Как раз из-за неё мне и пришлось отправить ДжэДжуна на кухню. Сомневаюсь, что он стал бы выбирать, в которую из ванных комнат залететь, чтобы опорожнить кишечник. А вдруг она дверь не закрыла? Это был бы «номер». Вот тогда наверняка всем бы «весело» стало.
— А где…? — начала было говорить ХёнДжу, как с кухни долетели небезызвестные звуки, а затем и голос СонМи:
— Буэ-э-э!..
— Аккуратнее, ДжэДжун. Держи салфетку.
Подруга сестры сморщила носик.
— Фе-е-е! Какая гадость, — поделилась она своим отношением к происходящему и передёрнула плечами.
Спорить не стал, потому что был полностью на её стороне.
— «Гадость» — ещё «какая».
 Глава 13 
Место действия: одна из улиц города
Время действия: двадцать девятое октября. Поздний вечер
Прогулочным шагом по тротуару мимо закрытых в подавляющем большинстве своём магазинов и ресторанчиков с кафешками идут трое: чуть впереди СонМи в лёгком пуховике и сапожках ему в тон, сразу за ней следует ДжэДжун в тёмных джинсах и куртке поверх толстовки, рядом с братом семенит Лалиса в пуховике ниже колена, чёрных джинсах и кроссовках. Старшая родственница размышляет на ходу, куда бы им сейчас направиться. Вкусно покушав в одном из заведений «средней руки», троица приняла решение, то есть СонМи, будучи самой старшей, что нужно прогуляться. Мимо «снуют» немногочисленные разномастные корейцы всех возрастов.
— Говорила тебе, что она быстро успокоится, — тихо произносит Лалиса, обращаясь к брату. — А ты не верил…
— Понял я уже. Чего ты начинаешь нудеть как хальмони какая-то?
— «Ой, Лалиса!» — прижав ладошки к щекам пародирует ДжэДжуна девчонка. — «А вдруг она родителям расскажет?»
Парень морщится, но благоразумно молчит, стараясь не отставать от СонМи, набравшую приличную скорость.
— «А если харабоджи…? Мы пропали тогда!» — продолжает тем временем «провокаторша», ничуть не смущаясь окружающих людей.
— Заканчивай… а, — наконец не выдерживает ДжэДжун и останавливается. — Я же уже извинился.
— Так ведь скучно, — делится мыслями Лалиса, притормозив рядом. — Топаете молча, будто на эшафот собрались.
— «Скучно» ей, видите ли…
— Эй! — окликает парочку СонМи. — Не отставайте!
— Скучно… — подтверждает девчонка.
ДжэДжун шёл молча, потому что эти два дня выдались крайне сложными. Мало ситуации, в которую он попал, оказавшись в гостях у младшей сестры, так ещё дома что-то непонятное намечается. Харабоджи заговорил о том, что желает посетить их тренировку и посмотреть на его друзей. Нужно как-то подготовить данное событие, чтобы чего не вышло. А то мало ли что получится, при наличии там Лалисы.
Свернув на очередном перекрёстке, троица добралась до спортивной площадки. По виду детской… СонМи, с заигравшим в попе детством, пошла к парным качелям, находящимся в сторонке. Положив сумочку на небольшую тумбу, девушка уселась на сидение и начала раскачиваться.
— Присоединяйтесь! — предложила она спутникам.
— Я первая! — выпалила младшая сестра и запрыгнула на вторую сидушку прикреплённую к перекладине цепями.
ДжэДжун встал рядом с одной из четырёх металлических опор, что держали всю конструкцию, прислонившись к ней плечом. Расположился он поближе к СонМи, чтобы было удобнее разговаривать.
— Как думаешь, нуна, они сильно разозлятся, когда узнают про нас?
СонМи медленно раскачивающаяся туда-сюда нахмурилась и прикусила нижнюю губу. Вопрос был не праздный, и девушка крепко задумалась.
— Сразу прибьют! — жизнерадостно выпалила Лалиса, амплитуда движения которой значительно превосходила движение сестры.
— Да прям уж… — с сомнением произнёс ДжэДжун, глядя на младшую сестру. — Ты ведь говорила, что хальмони тебя любит больше всех.
— А я и не про себя… — как ни в чём не бывало продолжила «мелкая». — Они вас прибьют. Мне, конечно, тоже достанется… но что-то подсказывает, — выживу. Впрочем, вам-то подобное не светит.
Две пары круглых глаз и два открытых рта. Вот и всё что было ответом на сей «пассаж». ДжэДжун немного погодя икнул и прикрыл рот.
 
— Тогда я тебя лучше прямо сейчас прибью! — соскочила на землю СонМи и было дёрнулась к сестре, как та, «ласточкой» слетев с места и еле касаясь земли, за пару шагов оказалась в десяти метрах от «агрессорши».
— Онни, я шучу! — выпалила младшая сестра. — Это просто шутка была. Ничего они нам не сделают. Ну, поорут какое-то время скорее всего. Может быть, кредитки отберут и, возможно, дома запрут на пару-тройку недель. Пф! Подумаешь… «Великая трагедия!» Как-будто первый раз?
Присев обратно, СонМи вновь погрузилась в невесёлые мысли. Лалиса тем временем медленными и крайне осторожными шажками приблизилась к качелям, не став, впрочем, усаживаться обратно. Она по примеру брата прислонилась к стойке.
— За то у нас теперь есть оппа, — младшенькая глянула на ДжэДжуна и лучезарно улыбнулась.
Было видно, что она не юлит или лукавит, а вполне искренне радуется сему факту. ДжэДжун почувствовал толику гордости.
— Самый крутой оппа на свете! — вдруг завопила Лалиса, вскинув руки вверх. — Вообще круче всех!
— Айщь! — дёрнулась, ушедшая в раздумья СонМи. — Чего ты орёшь⁈ Напугала…
— Лалиса, расскажи лучше, как у тебя в школе дела, — вмешался ДжэДжун, понявший, что пора «выруливать» в другую сторону. — Я имею в виду после того, как ты сыграла роль в дораме. Изменилось что-то или всё по-прежнему?
— Пялятся все, — сморщилась девчонка. — Словно я какая-то дикарка, которую привезли, чтобы показывать в зоопарке. Аж дрожь иногда пробирает. Не знаю, куда спрятаться от всего этого внимания.
— Они тобой восхищаются, дурища, — поделилась авторитетным мнением СонМи.
— Это же круто, когда «восхищаются»! — изумился ДжэДжун. — Ты теперь Знаменитость. Все хотят оказаться на твоём месте.
— Ага, — скептично протянула «дикарка-дурища». — Стоят и молча смотрят, тыкая пальцами в мою сторону. А некоторые фигню всякую дарят, запакованную в разноцветные коробочки.
— Какую «фигню»? — заинтересовалась СонМи.
— Мешочки риса там… или вот ещё — туалетную бумагу подарили. На кой она мне…? Что за идиотский подарок?
— Хы! Не-е-е, ты не «дурища». Ты дурында! — хохотнула сестра и неодобрительно мотнула головой.
— С чего это? — окрысилась Лалиса, зло глянув на СонМи.
— Да, с того!..
— Подожди, нуна, — дотронулся до плеча старшей родственницы ДжэДжун, предотвращая очередную перепалку, и обратился к Лалиса: — Рис символизирует поддержку и уважение, а туалетная бумага — пожелание хорошего и лёгкого пути. Что не так?
Младшая из сестёр излишне резко захлопнула рот и уставилась на брата. СонМи смотрела то на Лалису, то на ДжэДжуна.
— Я забыла, — отвела взгляд девчонка.
— Как такое можно забыть? — удивился парень. — Это же… Чёрт! Я даже не знаю, с чем сравнить… Это, как дважды два — четыре. Все знают, что рис дарят сасэны своим кумирам. Про туалетную бумагу вообще говорить нечего.
Замолкнув на миг, ДжэДжун с вопросом в глазах уставился на младшую сестру, ожидая ответа.
— Ты ведь кореянка, всю жизнь здесь живёшь. Верно? — решил уточнить он кое-что, пока «младшенькая» молчала. — Почему тогда ты этого не знаешь?
Сёстры переглянулись. Однако, ДжэДжун заметил, как они безмолвно переговариваются, пуча глаза. Смотрелось данное действо крайне презабавно.
— Давай ты, онни… Про себя как-то неудобно рассказывать, — первой подала голос Лалиса.
— Уверена? — уточнила СонМи.
— «Угу», — кивнула девчонка. — Он ведь наш оппа. Ему нужно знать. К тому же, сложно не заметить по моему поведению, что что-то не так.
— «Ну да», — мысленно согласился со сказанным ДжэДжун, припоминая случаи из их общения и некоторые высказывания младшей сестры, что как ураган ворвалась в его жизнь. Чего, признаться, он никак не ожидал.
— Весной этого года Лалиса попала в аварию и целый месяц провела в больнице… — посмотрев на брата, заговорила СонМи.