Остров Дохлого дракона. Часть третья (СИ)

Двое суток шли до реки, и хотя добрались до этой границы ещё засветло, переходить не стали, разбив лагерь на своей территории. Ночь прошла спокойно, и с раннего утра переправившись по броду на ту сторону, продолжили путь. Степь, как и две недели назад была совершенно пустынна. Тролли убрались к себе, и это вселяло надежду, на то, что не будет лишних жертв. Ехали, выслав дозоры, почти до темноты. Ничего живого, если не считать кружащихся в небе степных орлов. В эту ночь костров не зажигали. Выставили плотное кольцо охранения. Кроме того, и Ивашка и эльф прощупали степь впереди с помощью магического приёма, посылая свой разум в поисках мозга, в который можно внедриться. И возвращались назад не найдя ничего подходящего. Только мыши да птицы.
Утром Ивашка, едва проснулся (Ещё и солнце не взошло. Звёзды не все растворились в голубеющем небе.) сразу обошёл посты, а потом прошёл чуть дальше в степь и окликнул Астадамуса:
— Ей, квартирант, ты никуда не сбежал?
— Да, вроде, здесь. Куда я от тебя денусь, — сразу откликнулся маг.
— В какую сторону теперь пробираться? Где она эта башня?
Астадамус ненадолго задумался.
— Скорее всего, нужно пока ехать на запад, — но уверенности в этом ответе Ивашка не услышал, или, вернее, не почувствовал, всё-таки они не голосом говорили.
— И далеко ехать? — просто так спросил, уже понимая, что башню самому придётся разыскивать. Ивашка ужеприкинул как.
— Давай до полудня ещё поедем на запад, — ещё более неуверенно откликнулся Астадамус.
— Хорошо.
Позавтракав, отряд на хорошей скорости тронулся дальше, гномы и кони за ночь отдохнули. Ивашка поделился с эльфом тревогой, что не знает точно, где находится Чёрная башня.
— Вот так-так. А куда же мы едем? — удивился Золт.
— В полдень остановимся. Я перенесусь в мозг орла и посмотрю на степь с большой высоты, сориентируюсь, — успокоил его адмирал.
— Ты делаешь успехи Вандермаст, — вместо эльфа ответил у него в голове квартирант.
В полдень Ивашка, сразу как расположились на привал, отошёл чуть в сторонку, чтобы не мешали, и сосредоточился на парящем прямо над ним степном орле. Войти в контакт с его мозгом оказалось легко, и Ивашка стал описывать круги, поднимаясь, всё выше и выше. Земля так же кругами уходила вниз. Астадамус оказался прав. Они и на самом деле почти дошли до башни. При очередном повороте Ивашка заметил её зоркими глазами птицы. Он тут же камнем пошёл вниз и вбок, в сторону башни. Башня оправдывала своё название — была черна как ночь. И в то же время слепила глаза, отбрасывая от почти зеркальной поверхности солнечные зайчики.
  
Глава 9
 
Ивашка вышел из разума птицы и вновь оказался в своём теле.
— Ну, как, нашёл дорогу? — подступил к нему Толстун.
Ивашка посмотрел на небо, орёл, предоставленный самому себе, поднимался вверх, продолжая прерванную охоту.
— Вон, орла видишь, — указал на него адмирал, — вот туда и править надо. К вечеру должны добраться, — прикинул расстояние Ивашка.
— А троллей не видно?
— Нет. Степь пустая и сверху на море похожа. Так же волны бегут, только по траве. Цвет, правда, жёлто-серый.
Остаток дня гномы спешили, гнали коней, чтобы засветло добраться до башни. Хотя в последние время гномы и попривыкли немного к колдунам, но это были свои колдуны: Ивашка, Толстун, даже и Золт, хоть он и эльф, тоже был почти свой. А тут им предстояло ночевать у подножия башни, которой пугали у гномов детей — «Чёрной башни» Западных Пустошей. Так что лучше до неё добраться пока ещё светло, чтобы спокойно разбить лагерь чуть в отдалении и поужинать. Так и получилось. Солнце ещё не зашло, и башню-то увидели, потому что от неё лучи отразились, вспышки чёрного пламени вдали полыхнули. Проехали ещё с километр и решили сделать привал. Теперь башню уже хорошо было видно — тёмный силуэт на фоне фиолетового неба.
Готовили ужин и ели, всё время, оглядываясь на зубчатую вершину исполина. Взошедшая луна нарисовала на её гладкой поверхности ровную дорожку, лишь кое-где прерываемую провалами окон и бойниц.
 
Ивашка не спал, он сидел у костра и делал вид, что читает книгу с заклинаниями, а на самом деле разговаривал с Астадамусом.
— Где там, в этой башне, пластины? — спросил он первым делом у древнего мага.
— Я не был в ней тысячу, а может и больше лет. Боюсь, что очень многое там изменилось. В любом случае нам придётся всю её обшарить. Мало ли еще, какие сокровища хранятся в ней. Там должны быть мои книги, если они не истлели от времени.
— А как хоть туда входить? Там есть дверь? — перебил Астадамуса Ивашка.
— Нет, нужно проходить сквозь стенку. Но это не сложно, я научу тебя заклинанию, — успокоил его маг.
— Я ведь не один пойду. И эльф, и Толстун тоже захотят со мной идти.
— Значит нужно учить заклинание и им. В общем, и правильно, если они пойдут, быстрее управимся. Пока ты будешь колдовать над моим телом, они могут поискать пластины и книги. В башне, насколько я помню, тринадцать этажей, и на каждом этаже по шесть комнат. Так что, есть, где разгуляться.
Ивашка ещё несколько раз повторил заклинание по созиданию тела, пока не выучил его наизусть.
— Теперь нужно выучить ещё одно, — напомнил ему Астадамус.
— Как проходить стены?
— Нет, это ерунда. Утром все трое потренируетесь с полчасика, и получится, — отмахнулся (мысленно конечно) древний маг. — Нужно выучить заклинание, как передать мой разум в тело, созданное тобой. Вся сложность в том, чтобы не расстаться и со своим разумом. Нужно вовремя захлопнуть свой мозг, в тот момент как я окажусь в новом теле.
— Хватит меня пугать, а то ещё и на самом деле не получиться, — остановил мага адмирал, — говори заклинание.
Маг стал читать нараспев одно из своих стихов на тарабарском языке. Ивашка с первого раза смог едва первую строчку повторить.
— А нельзя чтобы ты его читал, — прервал гном Астадамуса, когда тот начал повторять заклинание.
— Можно. Но тогда не мой разум, а твой окажется в новом теле, — захихикал квартирант.
— Ну, хорошо, — сдался Ивашка, — давай учить.
С переменным успехом это занятие отняло времени у моряка до самого утра. Астадамус не давал ему покоя, пока эта тарабарщина не стала у Ивашки от зубов отскакивать, и он не смог её повторить с любого места, да ещё и под бубнение мага.
Ивашка всё-таки успел в этот день даже поспать часок. Пока лагерь просыпался, гномы готовили завтрак и готовились подобраться к башне поближе, адмиралу удалось урвать немного времени и после бессонной ночи забыться крепким сном.
Разбудил его Толстун:
— Хорош спать, завтрак остынет. Я специально для тебя огромную чашку крепкого кофе сделал, и хлеб под огнём поджарил.
Выпив горячий бодрящий напиток, Ивашка почувствовал себя отдохнувшим и готовым к действиям.
Через час добрались до подножия Чёрной башни. Вблизи она просто подавляла своим величием. Ивашка даже не решился её задеть. Гладкая чёрная поверхность напоминала стекло, и ещё холодом веяло от неё несмотря на то, что день уже разгорался, солнце во всю уже светило и чёрная поверхность башни должна была давно нагреться.
Гномы из отряда арбалетчиков вообще к ней близко подходить не стали, остановились за сотню метров. Ивашка вернулся к ним, так и не решившись, притронуться к башне.
— Разбивайте тут лагерь, — скомандовал он, — будьте готовы, если вдруг появятся тролли, дать им отпор. Мы с Толстуном и эльфом войдём внутрь, так что какое-то время вам придётся полагаться на самих себя.
Гномы занудили встревожено, не очень, то им улыбалось оставаться одним, без магов, у этой проклятой башни, да ещё и в глубоко тылу у троллей.
— Мы будем не долго, — крикнул Ивашка, стараясь пересилить поднявшийся шум, — сегодня же к вечеру выйдем назад. Занимайте оборону. Я думаю тролли сюда и не сунуться.
Арбалетчики ещё для порядка поворчали, но команду выполнили, разбив новый лагерь в непосредственной близи от башни.