Иллюзорна мгла. Часть первая. Довакина нет, но вы держитесь (СИ)

– О Джулианос! Я богата!
Жрец устало выдохнул.
– То есть… хотела сказать, мы богаты, – похоже, золото вернуло меня к жизни.
Эрандур оставил посох в сундуке.
– Вернёмся сюда позже и возьмём всё, что необходимо, – благоразумно заметил он.
Не соглашаться было бы глупо, учитывая, что от голода я уже готова была грызть септимы.
Свобода ослепила солнечным светом и белизной снега. Свежий воздух пьянил сильнее, чем брага. Казалось, что я не видела неба целую вечность, словно провела в Храме Призывателей Ночи не несколько часов, а несколько дней, и шла, еле переставляя отяжелевшие от усталости ноги.
Стражники и жители Данстара, завидев нас, замирали в ужасе – ряса Эрандура выглядела так, словно принадлежит не жрецу Мары, а мяснику, который всю прошлую ночь разделывал туши.
Когда мы переступили порог таверны «Пик Ветров», игра барда резко смолкла, голоса затихли, пьяницы оторвались от кружек. Вытянувшиеся лица посетителей и владельца таверны выражали безмолвный ужас. Наверное, оценили мою несколько поредевшую прическу в стиле лохматого болотного тролля и боевую раскраску на лице: «я у мамы маньяк-убийца».
– Где Ворстаг? – спросила я, оседая на слабеющих ногах.
Никто не ответил и не подошел, чтобы помочь. Наёмник тоже не откликнулся.
– Где Ворстаг?! – в глазах резко потемнело, словно огонь очага начал стремительно гаснуть.
– Госпожа… – выдохнул трактирщик, глядя то на меня, то на Эрандура.
Показалось, что очаг потух, а таверна погрузилась во тьму.
Очнулась я оттого, что на лоб положили влажную холодную ткань.
– Что происходит? – прикосновение этой тряпки было настолько раздражающим, что по телу побежали мурашки.
– Выпей, – мягкий голос жреца вынудил открыть глаза и приподнять голову. Он поднёс к моим губам кружку с горьким травяным пойлом. После первого же глотка меня перекосило от отвращения.
– Что это?!
– Травяной отвар из лилового горноцвета. Поможет прийти в чувство, – данмер улыбнулся уголком рта.
– А где Ворстаг?
– Сейчас скажу Торингу, чтобы принес тебе поесть. Не вставай. Отдыхай, – Эрандур ушёл от ответа и из комнаты.
Я лежала укрытая шерстяным одеялом, раздетая и чувствовала себя крайне паршиво. Ещё и этот раздолбай как сквозь землю провалился! Наверное, увивается за очередной данстарской красоткой!
Долго отдыхать в одиночестве мне не позволили – трактирщик принёс в комнату поднос с едой.
– Вот, госпожа Октавия, это вам! Всё за счёт заведения для спасителей Данстара! – он лучезарно улыбнулся.
– Спасибо, но можно просто Джулия.
На подносе с краю лежал ломоть пышного ароматного свежего хлеба, и мне не удалось справиться с искушением. Захлебнувшись слюной, схватила еду и жадно впилась зубами в золотистую хрустящую корочку.
Торинг просиял, глядя на мой зверский аппетит. Хорошо хоть не рычала как голодный саблезуб.
– Поешьте, я зайду попозже. Нужно поговорить о вашем друге.
Этой фразой трактирщик разжёг неистовое любопытство. Я, не жуя, проглотила мягкую сочную крольчатину и солоноватый жареный лук и запила сладчайшим медом с тонкими нотками пряностей. Когда приятная сытость наполнила живот, я обнаружила, что нигде в комнате нет моей одежды. Стало так неуютно, словно оказалась обнажённой посреди оживлённой городской улицы. Ничего не оставалось, кроме как ждать возвращения Торинга или Эрандура и разузнать, что происходит и где мои вещи.
Данмер от объяснений происходящего, судя по всему, решил скрыться, а хозяин таверны вернулся за посудой довольно скоро. Я поблагодарила Торинга за еду, а он сделался вдруг невообразимо мрачным прямо как жрец.
– Джулия, с тобой был человек по имени Ворстаг, – трактирщик присел на стул.
– Что значит «был»? – недоуменно спросила я. – Куда он делся?
– Дело в том, что он увёл нашу Иви.
– Увёл?
– Да, они уплыли вместе сегодня утром на корабле до Виндхельма.
– Уплыли?! – я резко села, покрывало съехало, Торинг стыдливо отвёл глаза.
– Их видели утром на пристани.
Я прикрыла грудь, подтянув одеяло, и некоторое время молчала, пытаясь придумать какое-нибудь оправдание то ли для себя, то ли для Ворстага.
 
– Дело в том, что вас не было два дня, и, по всей видимости, он решил, что вы погибли вместе с Эрандуром, пытаясь снять проклятье.
– Два дня?
– Вы ушли ночью восемнадцатого числа, сейчас вечер девятнадцатого, – трактирщик принялся показательно загибать пальцы, словно сам подсчитывал, сколько времени я отсутствовала. – Утром Ворстаг собрал вещи, заплатил за комнату и ушёл. Незадолго до вашего возвращения. Тогда же мы в последний раз видели Иви.
– Погодите, он что, обокрал меня?
– Обокрал? Не думаю, – нахмурился владелец таверны. – Просто он разуверился в том, что вы живы, и решил продолжить путешествие. Может, вы сможете нагнать его в Виндхельме… И попросить, чтобы Иви вернулась домой! Не знаю, чего ей наобещал ваш друг, она такая милая и добрая девушка, и ко всему прочему – моя внучатая племянница! Я беспокоюсь о ней, как о родной дочери!
От осознания того, что у меня похитили пять сотен кровно заработанных монет, голова закружилась посильнее, чем от перерасхода магической энергии. Я рухнула на кровать и укрылась одеялом с головой.
– Мне надо подумать, – простонала я, сдерживая слёзы обиды. Мало того, что стала убийцей, так ещё и голая во всех смыслах!
– Что ж, хорошо, – трактирщик встал и направился к выходу из комнаты. – Но если вы вернете домой нашу Иви, я хорошо заплачу!
– Я должна всё обдумать! – все мысли мгновенно перепутались. Чересчур много информации, так сразу и не разберёшься. Неясно теперь с чего начать действовать – с поиска одежды или ночной вазы? Интересно, а комната запирается?
Дверь слегка скрипнула. Шаги гостя были практически неслышны, несмотря на старые рассохшиеся доски, устилающие пол. Я откинула с лица покрывало, узрев рядом эльфа со свёртком ткани в руках.
– Вот, – Эрандур развернул свёрток, оказавшийся льняным платьем, и педантично смахнул прилипшую ниточку. – Это на смену, пока прачки заняты твоей одеждой.
Ряса данмера выглядела подозрительно чистой, и я решила, что это, должно быть, запасное одеяние.
– А кто меня раздел? – перед глазами поплыли картинки разной степени пошлости.
– Нас осматривала Фрида – целительница из «Ступки и пестика», она же приготовила для тебя отвар, – успокоил Эрандур, и у меня камень с души свалился.
– Ты же никому не рассказал, что именно случилось? – больше всего на свете боялась, что вскроется правда о том, что я убивала людей.
– А ты думаешь, как обыватели отнесутся к правде? – вопросом на вопрос ответил жрец.
– Подозреваю, что не очень хорошо…
– Официальная версия – некроманты.
– Некроманты?
Эрандур недовольно скрестил руки на груди и приглушил голос.
– Мне не доставляет радости подобная ложь, но это единственное, чем можно объяснить всё, что произошло, не упоминая о даэдра.
– Справедливо. А что насчёт алхимии?
– Ты… хочешь учиться у меня? – опешил данмер.
– Хочу! Ты же мастер-алхимик, так?
– Когда-то давно я, возможно, и был мастером в некоторых… областях магии, но много лет назад посвятил свою жизнь Маре и больше не практикую, – скромно произнёс Эрандур.
– И тебе хватило одного взгляда, чтобы найти ошибку в расчётах древнего зелья! – я чуть было не всплеснула руками, но вовремя опомнилась и подтянула одеяло повыше.
– Дело в том, что большая часть из моих магических практик, были весьма далеки от теории алхимии.
– Но сильные целебные снадобья ты же, наверняка, умеешь изготавливать!
– Ну, ради благого дела, могу попытаться составить пропорции для идеального эликсира исцеления, – стушевался жрец, чем вызвал у меня широкую счастливую улыбку. Для полного довольства осталось только надеть новое платье и пойти отмечать победу.
 
– И ещё одна просьба! Хотелось бы… ну… примерить то, что ты принёс.