Вредная Валерия (СИ)

Сейчас я приехала до самого конца выходных. Сегодня только первый день, и мы решили посвятить его прогулкам по новогодней Москве. Я, конечно, заметила, что когда мы заезжали к Владу поставить мои вещи, Крайнов едва сдержался от «настоящего» приветствия. Ну ничего, кто умеет ждать, тот дождётся.
Поднимаемся с мест в пункте проката коньков, Крайнов уверенно ведёт меня к бортику и входу на каток, я же чувствую себя той самой коровой на льду. И это ещё не лёд, а всего лишь дорожка к нему. 
Влад спрыгивает на скользкую поверхность и берет мои руки в свои, позволяя более менее прилично выкатиться. Даже стыдно: я вроде гибкая и пластичная, но коньки – это совсем не мое. Предпочитаю от Влада и на метр не отъезжать, потому что боюсь тут же навернуться, потеряв свою большую и серьёзную опору. Крайнов объезжает меня, становится за спиной и обнимает за талию, мягко подталкивая вперёд.
Разумеется, в таком положении находиться на льду мне очень даже нравится. Когда позади возвышается такая защита, вообще кажется, что бояться нечего. За прошедшие полгода Крайнов изменился, я это чувствую. Возможно, новая жизнь научила его чему-то, вселила какую-то уверенность в себе. При всех прекрасных качествах Влада, раньше было заметно, что это человек-сомнение. Сейчас прогресс ощущается.
- Ты не хотела учиться в Москве? – спрашивает, когда я все же осваиваюсь на катке и уже могу передвигаться самостоятельно.
- Нет, я сразу в Питере хотела. Многие одноклассники поехали в Москву, а меня не тянуло сюда.
- Ты не любишь мск?
- Почему же? Прекрасно отношусь к Москве, просто к Питеру я уже привыкла.
Интересно, это у нас просто милая беседа, или уже пошли вопросы со звёздочкой? Я ещё не готова размышлять о будущем.
- Я думал, никогда не привыкну к Москве после Питера, но это случилось быстрее, чем можно было предположить, – пожимает плечами Влад.
- То есть обратно ты не вернёшься?
Вот это точно вопрос со звёздочкой. Не хотела, но чего уж теперь. Раз уж мы опять соглашаемся на отношения, неплохо бы знать мне, чего я могу ожидать и к чему надо быть готовой.
- Есть некоторые обстоятельства, белка. Не забывай, что я молодой здоровый парень, и армейка ждёт. Это Егорку вот из-за проблем со зрением не возьмут, Денчик сходил и теперь свободен, а мне что-то решить надо.
- Но я так понимаю, ты особо желанием не горишь?
- Как видишь. Если бы мне удалось перейти в профессиональный клуб, пусть какой-нибудь даже не слишком престижной лиги, я мог бы военно-спортивные сборы пройти вместо года в армии. Мне такой вариант по душе, осталось самое малое, – он улыбается. – Чтобы меня взяли куда-нибудь.
- А как думаешь, это реально?
- Да. Специфика игры здесь как раз в том, что у нас много товарищеских матчей с профессиональными клубами. В Питере такого не было. Хотя особой разницы в тренерских подходах и игре я не заметил.
Я крепче цепляюсь в руку Влада, чтобы носом в лёд не войти, потому что на секунду прикрываю глаза. Пытаюсь представить себе картину, где Владик через полгода отправляется в армию.
Нет, не подумайте, ничего против армейской службы я не имею, даже наоборот, я только «за», чтобы парни служили. Но почему-то мысли о том, что после всех этих сложностей и отношений на расстоянии придётся не видеть Крайнова ещё целый год…
Мне тоже по душе второй вариант, о котором он говорил. Понимаю, что это сложно, но я знаю, что он сам этого хочет.
Влад уже признавался, что работа в компании, где трудятся его родители, особого удовольствия ему не приносит. Он мечтает играть в баскет ближайшие лет десять, а не в кресле сидеть и бумагу на принтере переводить. Да я и согласна с ним: представить Крайнова офисным работником едва ли удаётся.
Мне бы хотелось, чтобы его мечты сбылись, но если придётся ждать… наверное, буду ждать. Теперь уже выпендриваться поздно, раз сама подписалась в документе «я опять встречаюсь с Крайновым».
Катаемся целый час, я все-таки заваливаюсь разочек, но сильно не разбиваюсь. Влада я заставляю фотографировать меня: Абрамова требовала фотоотчёт наших свиданий. Диана была в Питере пару дней вместе со Стефаном, но, к сожалению, мы не пересеклись – я в это время находилась в Нижнем. Наверное, теперь сладкая парочка прилетит только весной, а мне Дианки не хватает. Никогда бы не подумала, но так и есть. С Мирославой мы стали общаться чуть больше благодаря Ди, но крепкой дружбы не завязалось. Поэтому сейчас в Питере я больше всех контактирую с Настюшкой, усиленно примеряющей на себя фамилию «Черневская».
 
Дальше отправляемся гулять по огромной территории ВДНХ. Покупаем какао в одном из кафе на вынос, бродим прогулочными маршрутами мимо павильонов. Здесь очень красиво. Помню, когда я была совсем маленькой, а младшая сестра ещё не родилась, родители впервые привезли меня в Москву. Как раз тогда мы и отправились на ВДНХ, где на тот момент было скучно и не особо ухожено. Сейчас кажется, будто я в совершенно другом месте оказалась. За этот масштабный парк-выставку серьезно взялись и превратили ВДНХ в одно из лучших мест для отдыха москвичей и гостей. Влад мои догадки только подтверждает.
Мы проводим здесь много времени, пока не начинаем откровенно замерзать. На улице не жесткий минус, но январь на дворе – когда гуляешь несколько часов, не мудрено и замёрзнуть.
- Ещё куда-нибудь пойдём? – спрашивает Крайнов, и в его голосе я слышу надежду на мой отрицательный ответ.
- Я уже нагулялась на сегодня. У тебя продукты дома есть?
- А ты готовить собралась? Я думал, мы просто сходим куда-нибудь.
- Сегодня сходим, но ведь есть еще завтра. Напомнить тебе, что кто-то хотел борщ?
Кажется, он удивлён, что я запомнила, это ведь фразы ещё из той первой «главы» о нас. Но я почти все его слова обо мне помню. Тогда, летом, он говорил, что я ему нравлюсь, а сейчас за время этих встреч мы почти не обсуждали свои чувства, все как будто по умолчанию.
Нет, борщом выбивать признание в любви я не собираюсь, но мне правда хотелось бы, чтобы мы сделали большой шаг навстречу. Честно сказали, что между нами сейчас.
  
Глава 62
 
Влад
Лерка не любит метро, но пилить на наземном транспорте к нам – худший вариант. Так что придется ей перебороть себя, все равно в Питере живет уже третий год, да и в Нижнем метро у них есть, чего уж там. Она чудом находит себе свободное местечко в вагоне и садится, а я становлюсь в метре от нее. Еду, держась одной рукой за поручень, и смотрю на белку.
Я ведь мог ее потерять навсегда. Смириться с тем, что она летом отказалась от наших отношений. Теперь понимаю – пусть и глупо поступила, но для меня хотела лучшего. Здесь есть шанс пробиться в большой спорт даже из студенческой сборной, и Лера поверила в него быстрее меня.
Я злился на Абрамову, когда она почти уговаривала меня встретиться с белкой, думал, что Диана не в свое дело лезет. Но не будь Ди такой настойчивой, не додумайся позвать Леру на свою свадьбу, – до меня бы и не дошло.
Мы оба заслуживали этот второй шанс, тем более, времени не так много прошло. Но и  его было достаточно, чтобы словить переоценку ценностей.
«Мне и одному хорошо», – бред. Я скучал по ней. А может, я просто подсел на ее характер, на эти всплески эмоций, перепады настроения. Скучно рядом с ней быть не может, и сейчас удивительное спокойствие Леры даже настораживает капельку.
Приезжаем на нужную станцию, заглядываем в магазин, расположенный в соседнем доме, и закупаемся, как порядочные супруги. Спорим, какое молоко взять и какой хлеб – белый или черный.
Все так просто, так обычно, но даже эти мелочи вызывают ощущение кайфа.
Я теперь понимаю: тот, кто легко сдаётся, не хочет этого по-настоящему. Если бы хотел, то и боролся бы. В самом начале Лера говорила, что нам нужно время. Я не верил, а вот она была права.
Кто-то решит, что мы прошли вместе слишком короткий путь, за который едва ли можно сделать какие-то выводы, но это не так. Мы многое поняли, я это знаю. Нам не будет легко, но теперь мы мыслим в одном направлении.