Одна грешная ночь

– Так ты дашь ему возможность показать себя?
– Если он задержится здесь. Тот Маркус Данн, которого я знал, избегал трудностей.
– Значит, вопрос в том, может ли леопард избавиться от пятен?
Он провел рукой по ее шее, нежно охватил ее ладонью и тотчас же почувствовал, как бьется жилка.
– Кажется, я от своих избавился.
– Не надо так говорить, – упрекнула она его. – Мы не сделали ничего дурного.
– Я нарушил свой зарок.
– Стоит ли вэтом раскаиваться? – спросила Лилиан, заранее зная ответ. Ведь они так подходили друг другу.
– Я и не раскаиваюсь, – пробормотал Ник, нежно целуя ее в губы, – но знаю, что следовало бы.
Лилиан ответила на его поцелуй, отбросив все сомнения. И все же она не могла не заметить, что Ник не вполне удовлетворен их отношениями. Она старалась не обращать на это внимания, но ее постоянно мучили кошмары.
В своих снах она искала Ника, звала его, тянулась к нему, но его почему-то не оказывалось рядом. Страх и тоска не давали покоя. Он являлся ей призраком и исчезал, словно облака. А однажды она увидела его принцем, в блестящих доспехах Гамлета. И опять он ускользнул, так и не сказав, что любит ее.
Лилиан закрыла глаза и попыталась отогнать эти мысли. Его ласки доводили ее до неистовства, и она застонала.
Его язык встретился с ее языком, и по ее телу побежали мурашки. Теперь, при свете дня, она все еще желала его, хотела чувствовать его внутри своего тела.
Она сжала руками его жезл и ласкала его, чувствуя, как он твердеет и пульсирует у нее в ладонях. Из ее уст вырвался удовлетворенный вздох.
– Лилиан, – прошептал он хрипло, – я не могу. У меня много неотложных дел. Я не хочу опаздывать.
– Скажешь, что коляска застряла в рытвине. – Лилиан продолжала ласкать его, чувствуя, как он отвечает на ее прикосновения. – На дороге образовался затор.
Рванувшись вперед, она прижалась к нему губами и с радостью ощутила его влажность.
– У меня началась мигрень, и мне понадобилось…
– Ты не страдаешь мигренями, – простонал Ник, лаская и гладя ее локоны. – И я благодарю за это небеса.
Она нежно прикусила кожу на его жезле, дразня и возбуждая его.
Потянувшись к нему, Лилиан заставила его снова лечь в постель и встала над ним на колени.
– Никогда не предполагала, что спать раздетой так приятно, – выдохнула Лилиан, проводя руками по бедрам.
Он окинул ее одновременно восхищенным и хищным взглядом, полным удовлетворения прошелся тыльной стороной рук по ее соскам, погладил бедра.
– Ты так прекрасна.
По всему ее телу пробежал трепет восторга, потому что в его голосе она расслышала желание, неукротимый голод.
– Ты тоже.
И это было правдой. Он был самым прекрасным мужчиной из всех, кого она когда-либо встречала. Он обхватил руками ее бедра и сжал их.
– Ты просто живое искушение. Не могу оторваться от тебя.
– Не отрывайся, – пробормотала Лилиан, закрывая глаза.
Его пальцы щекотали ее между бедрами, пробираясь в вожделенное место. Он ловко расправил нежные складки ее сокровенной плоти и принялся медленно ласкать ее.
Лилиан запрокинула голову и раскачивалась в такт его прикосновениям. Бедра ее содрогались при каждом движении его пальцев.
– О, Ник, – простонала Лилиан.
Он сжал ее бедра, приподнял ее и высвободился. Она испытала острое разочарование.
– Пожалуйста, не покидай меня.
– Хочу попробовать кое-что новое, – пробормотал Ник, перевернув ее.
Она лежала на животе, ожидая его. Возбуждение ее нарастало.
Он разделся, оставив только льняную рубашку, и теперь раскачивался над ней, время от времени прижимаясь влажными и жаркими губами к ее спине между лопаток. Полы его рубашки касались ее ягодиц. Лилиан трепетала. Его бархатные губы скользили по ее спине, ласкали, дразнили, возбуждали. Его теплое дыхание овевало ее ягодицы, и волоски в самых сокровенных местах ее тела поднимались от возбуждения.
Теперь его язык скользил по ягодицам Лилиан. Она выпростала локоть и оперлась на него.
– Ник? – спросила она с тревогой.
– Доверься мне, Лилиан. Я не сделаю ничего такого, что не доставит тебе удовольствия.
 
Лилиан покорилась, гадая о том, что будет дальше.
Он медленно раздвинул ее ноги и поцеловал внутреннюю поверхность бедер. Ее тело изогнулось, и она застонала от наслаждения. Его теплое дыхание коснулось самого сокровенного места между бедрами, и все ее тело задрожало от предвкушения.
Его рука скользнула под нее и нашла уже отвердевшую ось ее желания, жаждавшую его прикосновений и ласк. Лилиан словно пронзила молния, послав отголоски по всему телу.
Он не спеша гладил ее, вновь и вновь возвращая к пику наслаждения. Все тело Лилиан пылало. Она задыхалась, стонала, жаждала его.
Подоткнув подушку ей под живот, он поднял ее себе на колени так, что ягодицы оказались в воздухе. Потом обхватил бедра и раздвинул их коленями. Теперь его отвердевшая плоть упиралась в ее лоно, и она чувствовала себя цветком, раскрывшимся ему навстречу, жаждавшим, чтобы его сорвали.
Ник запечатлел поцелуй на плече Лилиан и вошел в нее.
– О Господи! – выкрикнула она, в то время как лоно ее приняло его. Он вошел в нее так глубоко, что у нее возникло ощущение, будто он покорил ее, завоевал в порыве этой жаркой страсти.
Весь мир теперь сосредоточился на его ритмичных движениях, и с каждым толчком он ближе и ближе подводил ее к вершине наслаждения.
По ее телу пробежала судорога. Мир взорвался, разлетелся на куски, все исчезло. Она перестала существовать. Последний толчок – и Лилиан почувствовала теплоту излившегося в нее семени. Ник, обессиленный, упал на нее с громким стоном.
Лилиан оказалась распластавшейся под тяжестью его тела, окутанная его теплом. Постепенно пульс ее замедлялся, дыхание становилось равномерным, а чувства пробуждались.
Все еще тяжело дыша, он перекатился на спину и вытянулся рядом с ней. Его рука легко коснулась ее плеча и задержалась на нем.
Склонившись над ним, Лилиан потерлась носом о его волосы, удивляясь и восхищаясь их мягкостью. От него исходил запах секса и знакомый – миндаля. Лилиан удовлетворенно улыбалась. Она поцеловала его темную бровь, потом веки, прикрывавшие его карие, как шоколад, глаза, и аристократический нос. Губы у него были нежные и сладостные. Она поцеловала его в волевой подбородок с едва заметной ямочкой.
– Ты побрился, – прошептала она, прикусив кожу на его щеке.
– Гм.
– Почему ты снова пахнешь миндалем? – помолчав, спросила она.
– Вчера был первый вторник месяца.
Ее наполнили надежда и радость.
– Значит, ты велел прислать мыло сюда?
– Не волнуйся. Только на этот месяц.
Сердце ее упало. Она не сочла нужным скрывать свое огорчение.
– Хочешь сказать, что через месяц тебя здесь уже не будет?
– Я этого не говорил. – Он приподнялся на локте. – Просто не хотел строить планов.
Лилиан сдвинулась на край кровати, села, смущенная и полная досады на себя за собственную глупость. Удержать его сексом невозможно. Ник не такой. Он с самого начала сказал ей, что не верит в долгосрочные обязательства, что обычно такие отношения заканчиваются крахом. Чего же в таком случае она может от него ждать?
– Чего ты от меня хочешь, Лилиан?
Он сел рядом с ней и взял ее безвольную руку.
– Не знаю, – солгала она, пожав плечом.
Все было очень просто: она хотела, чтобы он был с ней. Но Николас Редфорд не тот мужчина, которым можно завладеть. Гордость не позволила бы ему стать игрушкой в руках женщины, более того, Лилиан не могла запятнать его имя. Он слишком хорош, чтобы стать жертвой связи со скандально известной женщиной Лондона. Ведь это могло пагубно отразиться на его деле. Как долго еще он останется с ней? Она сознавала, что он все еще боится быть покинутым, знала, что он не хочет жениться. Не хочет иметь детей из страха их потерять.
Дети. Дети Ника. Маленькие пострелята с волосами черными как вороново крыло. Они не были бы запуганными и осторожными. Она сумела бы их защитить, не допустила бы, чтобы они испытали такую же боль, как их отец.