На абордаж! (СИ)
На палубе уже хозяйничали мои парни. Они привязали к мачте двух матросов из экипажа, хлопающих глазами в недоумении. От них жутко разило вином, похмелье под жарким солнышком не давало возможности оценить ситуацию, которая для них выглядела весьма печальной. Пираты ведь не знали, кто эти парни в черных одеждах, неожиданно появившиеся на корабле.
— Где Паскаль? — спросил я, приставив кинжал к небритой щеке одного из пиратов.
— У себя в каюте, — сглотнул слюну незадачливый стражник. — Не убивай, Игнат!
Узнал, стервец! Я кивнул.
— Засуньте им кляпы в рот, чтобы не орали, — приказал своим бойцам. — И найдите еще двоих. Они где-то внизу. Дрыхнут после пьянки. Будьте осторожны, не подставляйтесь по глупости. Один пусть охраняет этих болванов.
У Плясуна и его помощника Паскаля были свои каюты, расположенные рядышком друг с другом под капитанским мостиком. Правая дверь оказалась запертой, а вот вторая спокойно поддалась моему напору. Скользнув в полутемное помещение, я поморщился. Здесь тоже в воздухе разливались пары жутких выхлопов пойла. Интересно, из чего аксумцы делают свой ром? На птичьем дерьме настаивают, что ли?
Паскаль, крупный черноволосый сорокалетний мужчина с рублеными чертами лица как у уроженца Ратисбона, спал одетым на неразобранной постели и громко похрапывал. Нижняя рубашка была расстегнута, обнажая густо заросшую рыжей шерстью грудь. Крупные руки нервно подергивались на животе.
Я прикрыл дверь и тихонько подошел к Паскалю. Огляделся, подобрал лежащий на полу пояс с кортиком и ножом, аккуратно положил его на стол. Заметил торчащую из-под подушки рукоять пистолета. Осторожно потянул на себя, но помощник не среагировал, правда, на мгновение храп прекратился. Мне удалось завладеть оружием, и только потом я потряс Паскаля за плечо.
Пират ошалело вскочил, и его рука мгновенно нырнула под подушку, но кончик клинка, ткнувшийся ему в шею, охладил желание что-либо делать.
Я приложил палец к губам.
— Ты? — хрипло каркнул помощник. — Что ты здесь делаешь?
— Пришел принимать командование кораблем, — честно сказал я.
— Не шути так, Игнат, — прокашлялся Паскаль. — Да убери ты свою железку. Еще зарежешь случайно. Лучше дай воды. Кувшин на столе стоит.
— Вода подождет, — не согласился я. — Выслушай меня без истерик. «Тира» переходит под мое руководство. Сегодня ночью Плясун преставился и ушел на небеса. Сейчас он беседует с богом. Или с Кракеном. Ну, кому он был мил при жизни.
Паскаль вытаращил на меня глаза. Потом ожесточенно почесал волосатую грудь.
— Командор умер? — переспросил он, как будто поглупел за мгновение.
— Умер. Может, к счастью. Может — к сожалению. Не знаю, как ты на это смотришь.
— Но почему? — пират никак не мог сопоставить два факта: смерть Плясуна и мое появление в его каюте.
— Потому что командора сгубили неправильно расставленные приоритеты, а также желание убить меня с помощью своих наемных псов. Ты знаешь, что Плясун послал ублюдков отрезать мою голову? Я такого не прощаю.
— Подожди, что-то я вообще ничего не понимаю, — Паскаль попробовал встать, но мой кортик недвусмысленно напомнил ему, что лучше всего остаться на месте. — Что случилось в форте?
— Я убил в поединке вашего командора и согласно кодексу занял место командора флотилии, — пришлось прямым текстом пояснить не пришедшему в себя помощнику. — Сейчас бриг находится под моим контролем.
— Проклятье! — дернулся Паскаль. — Да мы же в глубокой заднице кракена! Ты совсем с ума спятил, парень! Да у тебя же нет опыта руководства парусным кораблем! Ладно, дьявол забрал Плясуна — плевать на этого сумасшедшего! Но как ты собрался подчинить себе дюжину экипажей? Думаешь, твоя победа на ристалище дает тебе право командовать всем этим сбродом?
— Давай без истерик, — спокойно ответил я. — Мне уже задавали этот вопрос и Рыжая Борода, и Харсли, и Линди Малыш. Шкиперы сейчас рассказывают своим экипажам о смерти Плясуна, а мы должны сняться с якоря и полным ходом идти в гавань.
— С кем? — захохотал Паскаль. — С четверкой полупьяных матросов? Да они паруса поднять не смогут с трясущимися руками!
— Мои люди помогут, — усмехнулся я и подошел к столу, взял кувшин и передал его подшкиперу. Тот с жадностью припал к посудине, глотая воду. Наконец, сыто рыгнул и зажал кувшин между колен.
— Эскобето знает, что ты здесь натворил?
— Уже знает, но он здесь ни при чем.
— Ладно, — Паскаль сгорбился и задумчиво уставился на свои сапоги. — И каковы твои планы? Передашь бриг Эскобето?
— Нет, «Тира» — мое судно. Нужно только уговорить все экипажи присоединиться к одному выгодному дельцу.
— К какому, если не секрет? — Паскаль покачал в руках кувшин, но заметив мой предупреждающий жест, поставил его на пол. Сам же поднялся с кровати и стал приводить себя в порядок.
— «Золотой караван».
Подшкипер замер.
— Шутить изволите, сударь?
— Нет, господин подшкипер, — я отрицательно мотнул головой. — Говорю как есть. Некоторые командоры готовы поддержать меня. Нужно торопиться. Скоро дарсийцы поведут галеоны с золотом мимо архипелага. Желаете присоединиться к охоте?
— А кто ты такой, что тебя поддерживают некоторые фрайманы? — к моему удовлетворению Паскаль соображал быстро, и создавшаяся ситуация его нисколько не напрягала. Надеюсь, что он не затаился, чтобы в один прекрасный момент воткнуть мне в спину нож в отместку за Плясуна.
— Скажу так: непростой человек, — я открыто улыбнулся. — Ну как, по рукам? Поддержишь меня, когда буду разговаривать с экипажем «Тиры»?
— Посмотрим, — проворчал Паскаль, приводя себя в порядок. — Позволишь взять свое оружие?
— Конечно, — я закинул кортик в ножны и стянул со стола пояс подшкипера. — Только после того, когда буду уверен в твоей лояльности. Нужно сниматься с якоря.
— У нас нет людей, чтобы работать с кабестаном, — хмыкнул подшкипер. — Учти, Игнат, я не собираюсь крутить чертов ворот, чтобы поднять якорь с грунта.
— Ничего, что-нибудь придумаем, — ответил я, показав жестом, чтобы Паскаль первым выходил наружу. У меня не было доверия к этому человеку, особенно сейчас, в первые минуты близкого знакомства. Так что лучше пусть будет перед моими глазами.
Выйдя на палубу, Паскаль присвистнул. К этому времени вся штурмовая группа уже находилась на корабле вместе с Тирой и Аттикусом; мичман Фальтус деловито осматривался по сторонам, прикидывая, куда можно приложить свои умения.
— Госпожа Тира? — удивленно проговорил подшкипер и вдруг ухмыльнулся. — Значит, не зря слухи ползали по Рачьему…
— Еще одно слово, Паскаль, и я воткну в твою глотку железо, — прошипела Тира. — Думай, прежде чем болтать. Ты готов сотрудничать?
— А у меня есть выбор? — рассмеялся пират. — Лучше я положу голову в атаке на «золотой караван», чем с распоротым брюхом лежать на дне бухты из-за своего языка. Я с вами, леди Тира.
Он с кривой улыбкой на губах посмотрел на замершую четверку своих подчиненных, сидящих смирно под присмотром моих штурмовиков. Между тем Михель совершил обход брига и доложил, что больше людей на борту не обнаружено.
— Как будем действовать, капитан? — обратился ко мне Паскаль с ехидцей, которую и не собирался скрывать.
— Посылайте свою четверку пьянчужек вниз, а я дам им в помощь еще пятерых для поднятия якоря, — отвечаю спокойно. Мои парни любой приказ выполняли беспрекословно, и Михель вместе с выделенной группой спустился в трюм, чтобы заняться несвойственным ему делом. Мне было важно, чтобы за пиратами приглядели, и поэтому выбирал крепких парней.
Дальше я спокойно объяснил оставшимся, что необходимо делать по команде. Расставил людей на определенных местах для маневра, задействовав даже мичмана Фальтуса.
— Будете помогать при необходимости другим, — пояснил я. — Вдруг у кого-то не получится перебрасопить[1] реи в нужном направлении. Нам нужно только выйти из пролива и добраться до гавани.