Лови ведьму!
И вдруг на меня снизошло полное и абсолютное спокойствие. Как будто кто-то невидимый и могущественный пообещал мне помощь и защиту.
Более того, я чувствовала, как в меня вливается чужая сила. От энергии воздух вокруг меня потрескивал зеленоватыми искрами. Но главное, почему-то не было удивления. Я воспринимала все происходящее как нечто само собой разумеющееся. И прекрасно знала, как надлежит поступить.
Я круто развернулась на каблуках. Тереза оказалась гораздо ближе, чем я предполагала. Гримуар к этому моменту почти догорел, но она по-прежнему прижимала его к груди. Точнее говоря, к тому, что от нее осталось.
Потому что передо мной стоял не человек и даже не обгоревшее подобие его. Передо мной стояло нечто, что совершенно невозможно описать словами. Что-то даже не звериное, а чудовищное, утратившее малейшее сходство с живым существом. Как будто огонь слизнул с верховной ведьмы все иллюзорные чары, выставив напоказ истинную суть ее прогнившей натуры.
Чуть позади я увидела Шейна. Он стоял совершенно спокойно, не делая ни малейшей попытки помочь своей возлюбленной. Но его лицо напоминало сейчас самую настоящую маску, настолько белым и безжизненным оно было.
То отвратительное создание, в которое обратилась Тереза, сделало шаг ко мне. С тихим шелестом на пол упал черный пепел – все, что осталось от легендарной книги теней, реликвии Грега.
– Ты… умрешь… со мной, – с тяжелым присвистом, делая остановку после каждого слова, выдохнула Тереза.
– Нет. – Я покачала головой. – Ты уйдешь одна. К своей госпоже, которой верно служила все эти годы. Думаю, она уже заждалась тебя и жаждет наградить за твои старания.
Тереза не закричала – застонала в бессильной злости. Покачнулась ко мне – и рухнула на пол. Заскребла в бессильной злости обгоревшими костяшками пальцев.
К ней бесшумно подошел Шейн. Присел на корточки, и я с изумлением увидела, как на глазах блондина сверкнули слезы.
Не говоря мне ни слова, он легко поднял Терезу на руки и встал. Запечатлел на лбу своей возлюбленной поцелуй.
Я знала, что он хочет сделать. Понимала это еще до того, как вокруг Шейна начали концентрироваться чары. Каменная плита под ним налилась тревожным багровым огнем, и я попятилась, ощутив, как на меня пахнуло жаром.
Шейн спокойно взглянул на меня. Его губы шевельнулись, и я скорее прочитала по ним, чем услышала: «Прощай, Тесса».
В следующее мгновение вокруг блондина взметнулись огненные чары. Стена пламени отгородила меня от него. Короткий промежуток времени, уложившийся между двумя ударами сердца, – и заклинание исчезло. А с ним исчез и Шейн со своей страшной ношей на руках.
– Прощай, – негромко сказала я, понимая, что меня уже никто не услышит. – И спасибо.
На меня навалилась страшная усталость. Колени ослабли и задрожали от перенапряжения, на плечи словно опустился тяжеленный груз.
Странно. Но радости от победы не было. Слишком дорогой ценой она мне далась.
С тихим вздохом я опустилась прямо на пол. Привалилась к ледяной стене подвала и закрыла глаза.
Понятия не имею, сколько времени я провела так – балансируя на грани полусна-полуяви. Магическая искра, не получая от меня энергетической подпитки, медленно угасала, и подвал постепенно погружался во тьму. Самую обычную тьму, в которой больше не скрывалось ничего ужасного и непонятного.
Наконец меня привел в себя непонятный шум. Открыв глаза, я с каким-то тупым равнодушием увидела, как дверь вдруг пошла трещинами, а затем и вовсе рассыпалась в труху. Оцепенение не прошло даже тогда, когда подвал в один миг оказался заполнен уже знакомыми мне мужчинами – спутниками Ингмара.
Наверное, меня о чем-то расспрашивали. Но я видела лишь то, как шевелятся их губы. Как будто меня окружала невидимая стена, не пропускающая звуков.
Вдруг в поле моего зрения попал Маркус. Он что-то спросил, но я лишь виновато улыбнулась, не в силах разобрать ни слова. В ушах звенело все сильнее и сильнее. А затем я в очередной раз моргнула – и окончательно отключилась.
Глава шестая
– Стало быть, вы утверждаете, что убедили хранителя уничтожить гримуар.
Я с утомленным вздохом откинулась на спинку жесткого неудобного стула и приложила пальцы к воспаленным от недосыпа глазам.
Сколько часов продолжается этот разговор? В узкой душной комнатенке не было окон, поэтому я понятия не имела, день сейчас или ночь. Голова давно раскалывалась от одних и тех же вопросов, задаваемых в различной последовательности.
После моего обморока в подвале, где погибла верховная ведьма Грега, я очнулась уже в камере. Правда, отдохнуть и прийти в себя мне не дали. После скудного завтрака сразу же привели сюда, где меня ожидал господин Ингмар Вейн. И начался выматывающий, утомительный допрос, больше всего напоминающий самую настоящую пытку.
В горле саднило, губы пересохли от жажды. Но воды мне никто и не подумал предлагать.
Ингмар терпеливо дожидался моего ответа, изредка постукивая пальцами по столу между нами. Черты его худого скуластого лица с нашей последней встречи еще сильнее заострились, под глазами залегли тени, но он не выказывал ни малейших признаков усталости.
– Господин Вейн, сколько раз вам еще повторять то, что произошло между мной и Терезой? – резко спросила я, взглянув на него исподлобья. – Поверьте, ничего нового я при всем своем желании поведать не смогу. Все было именно так, как я рассказала. Гримуар был уничтожен огнем. А следом погибла и Тереза. Она… она словно сгорела заживо.
– Тем не менее ее останков мы не обнаружили, – прохладно проговорил Ингмар.
– И я уже сказала почему! – Я не выдержала и раздраженно повысила тон. Правда, тут же сникла, когда инквизитор чуть приподнял бровь. Продолжила спокойнее: – Шейн, ее подельник, забрал ее тело и ушел через портал.
На последнем слове мой голос едва заметно дрогнул. Потому что я до сих пор не была уверена в том, какие чары применил Шейн. Больше всего это напоминало то, что он просто провалился сквозь землю в нижний мир, где, если верить легендам, как раз и обитают бог хаоса и богиня ночи.
Ингмар, увы, заметил мою секундную заминку. Его взгляд ощутимо потяжелел, светло-серые глаза словно заиндевели изнутри, а уголки рта нервно дернулись вниз.
Ох, сдается, сейчас допрос пойдет по новому кругу.
В этот момент я услышала, как позади меня открылась дверь. Ингмар глянул поверх моей головы и выразительно поморщился, явно недовольный тем, что кто-то посмел отвлечь его от столь увлекательного занятия, как переливание из пустого в порожнее. Впрочем, почти сразу и я скривилась, когда увидела, кто именно это был.
К столу, неслышно ступая, подошел Маркус. Бывший инквизитор… А ладно, о чем это я? Самый что ни на есть настоящий инквизитор. Особенно если судить по тому, что на Маркусе красовался черный официальный камзол с неярким шитьем и знакомым серебряным знаком, обозначающим принадлежность к магическому надзору.
Выглядел Маркус, к слову, неважно. Бледный, осунувшийся, как будто постаревший с нашей последней встречи лет на пять, не меньше.
Наверное, переживает смерть Терезы.
– Добрый вечер, Тесса, – обратился он ко мне.
Ага, стало быть, сейчас вечер. Получается, допрашивают меня целый день. Ну очень негуманно! И ведь пожаловаться некому.
– Господин Трейден, приношу вам свои искренние соболезнования, – хмуро проговорила я.
Маркус воззрился на меня с таким неподдельным изумлением, что я невольно засомневалась в своих выводах.
– О чем ты? – спросил он.
– О смерти Терезы, – еще мрачнее ответила я. С подчеркнутой официальностью добавила: – Как-никак, но она была вашей супругой.
– Ах да, конечно, – протянул Маркус. Кашлянул и сухо обронил: – Спасибо.
Странный он какой-то. Если он не горевал из-за Терезы, то почему у него настолько страдальческий вид?
– Маркус, по-моему, я просил не беспокоить меня во время разговора с госпожой Аддамс, – холодно проговорил Ингмар, и я привычно вжалась в спинку стула.