Спасти СССР 3 (СИ)
Китай будущего показывает, что путь от социализма к мировому лидерству без ломки системы вполне возможен. Но для этого надо соблюсти два условия. Первое — прекратить Холодную войну и начать торговать с Западом, с третьим миром — со всеми. Начать усиленно вкладываться в группу Б, а не А. Второе — долгий, в десятилетия, добросовестный труд за скромное вознаграждение. Вот с этим — проблема едва ли не большая чем с разрядкой. Потом будут говорить, что мы не китайцы, и за чашку риса работать не готовы. Да при чем тут чашка риса?! Каждый труд имеет свою цену, мы имеем сейчас перед китайцами огромное преимущество во всем — инфраструктура, обученность рабочей силы, научные кадры, наработки по материалам, огромные запасы своих природных ресурсов. Но если у народа настрой: «мы делаем вид что работаем, а они делают вид что платят»- ничего не поможет.
Проблема в том что мы все — дети греха. Дети катастрофы. Маркс никак не ожидал что революция произойдет в России и Ленин того не ожидал, он в феврале 1917 года сказал — мы, старики не доживем до решающих классовых битв. Но революция произошла — посреди Мировой войны, в стране с неразвитым капитализмом и почти полностью крестьянской…
Старик Маркс — он ведь дело говорил. Его теория цинична, но, по сути, верна. Капитализм накапливает богатства, создает производственные мощности, базу. После чего приходят коммунисты и обобществляют это, делят на всех. Все продолжает работать, только прибыль делится на всех. Кто же откажется…
А получилось — мало того что российский капитализм не смог накопить богатства и создать базу — так еще и Гражданская война прошлась по стране моровой язвой, уничтожив и большую часть созданного. Мы не понимаем ужаса разрухи, просто представить себе не можем. В итоге коммунистам пришлось выступить в совершенно не предусмотренной Марксом роли — роли эксплуататоров. Не делить справедливо — а создавать, и ради этого жестоко эксплуатировать крестьянство. Да еще и война на пороге была, и пришлось строить не дома — а ДОТы.
Сейчас коммунисты выполнили роль капиталистов, фактически сделав за них работу по созданию базы, первоначальному накоплению капитала. Вот только в процессе — была потеряна связь между коммунистами и простым народом, они стали злейшими врагами, и простой народ сейчас не верит в то, что работает на себя и ведет себя точно так же, как если бы работал на капиталиста. Пьет, ворует, отлынивает, имитирует. Партия перестала в глазах людей быть авангардом рабочего класса, выразителем интересов рабочих и стала коллективным эксплуататором, политическим оформлением класса «начальства», бюрократов всех видов. Именно поэтому нам так и не удается перейти к реальному строительству социализма. Потеряно доверие. А бюрократы и «начальство» уже мечтают перейти от условного владения активами к реальному и ради этого готовы построить капитализм. Но — квазикапитализм, как сейчас у нас квазисоциализм. Почему «квази»? Потому что чистый капитализм предполагает уважение к собственности и ее реальное владение. В системе, которую они строят — владение собственностью будет в основном условным, и зависеть от места в неофеодальной иерархии или отношений с феодальными бонзами. Если, к примеру, у тебя есть завод — то ты не можешь просто владеть им, ты должен быть в хороших отношениях с губернатором, мэром (секретарем обкома, горкома, облисполкома…). Если нет — то у тебя завод отнимут, найдут повод. И ты должен платить — на политику, на предвыборные кампании, да и просто — за уважение. Платить потому что есть чем платить — и значит, должен платить. Ну и — при феодализме люди отнюдь не равны. Есть те, кому положено и те, кому не положено. Не это ли мечта всей нашей чиновничьей рати?
Потому то у нас сейчас выходов то нормальных — нет. Строить социализм сейчас, несмотря на то, что база создана мы не можем по описанным причинам — утеряно доверие народа, партия больше не авангард рабочего класса. Выход — тот же, китайский, фактическое строительство капитализма под маской и при политической системе социализма. А иначе людей не заставить добросовестно работать. Вопрос — а что потом?
И вот на этот вопрос — ответа у меня нет. Все риски такого «квазикапитализма» я тоже понимаю, но и другого пути — не видно.
Утром поехали в ЦК ПОРП разговаривать…
Генерал Войцех Ярузельский видимо был нездоров, покашливал. Среднего роста, даже ниже меня, суховатый, какой-то… похож чем-то на Кощея без грима. Черных очков на нем не было — кстати ГКЧПистам надо было нацепить в девяносто первом. Черные очки у нас плотно ассоциируются с понятием «хунта».
Впрочем, ГКЧП не будет. Язов на Дальнем Востоке и так там и останется. Пуго никогда не станет министром. Что касается Янаева — я еще не сошел с ума, чтобы делать вице-президентом пропойного алкаша. Павлов — из него премьер как из меня балерина…
— Здравствуйте…
С нами только переводчики. В делегациях встреча будет позже…
Примерно полчаса Ярузельский нудно рассказывал о Польше и о ее нуждах — он намеревался стать президентом Польши. Тут кстати и выборы есть, три партии.
Я это послушал, потом ввернул в разговор
— Пан Войцех… то, что вы говорите это конечно всё правильно, но я бы хотел знать… как Польша намерена отдавать долги, которые у нее накопились перед СССР.
Ярузельский сбледнул с лица.
— Просите, пан Горбачев?
— Долги — повторил я — задолженность. Ваша задолженность. В рамках СЭВ ваш баланс постоянно сводится с дефицитом. В отличие от Чехословакии вам не удалось построить развитую тяжелую промышленность…
— Но у нас есть промышленность. Просто мы теряем очень много из-за забастовок…
— Любезный пан Войцех, забастовки — это не оправдание, это свидетельство того что не все у вас ладно. Получается ПОРП, будучи рабочей партией вступила в хронический конфликт с рабочим классом Польши, так?
В общем, разговор с паном генералом не получился настолько, что сорвалась встреча в расширенном составе делегаций, поляки пошли посоветоваться. Ну, пусть советуются, а то привыкли чтобы им лезло и не болело. Ко мне подошел встревоженный посол Александр Аксенов. В Польше послы СССР традиционно подбираются из Белоруссии, бывшие первые, вторые секретари. Это кстати достойный человек — участник Сталинградской битвы, был тяжело ранен, учительствовал, потом прошел путь от комсомольской первички до второго секретаря белорусского республиканского обкома.
— Михаил Сергеевич… что там у вас получилось?
Я коротко пересказал суть разговора. Аксенов покачал головой
— Зря вы так с ходу, Михаил Сергеевич. У них гонору…
— Так пусть этим гонором и питаются! Сколько можно входить в их положение. Забастовки у них… пусть решают, в конце концов, вопрос. Ни в одной стране соцлагеря постоянных забастовок нет — только у них. Мы тратим огромные деньги, от себя отрываем — это что, чтобы им лучше страйковалось [34], или как?!
…
— Землю не обобществили, теперь жрать нечего. Вместо того чтобы развивать промышленность, задабривают рабочих незаработанными зарплатами и себя отнюдь не забывают. Это не коммунизм и не социализм даже. Это безыдейное приспособленчество, паразитирование.
Я достал платок, высморкался. Те, кто стоял рядом, посмотрели на меня
— Извините, вчера под дождь попали. Александр Никифорович, вы там сами знаете с кем поговорить. Донесите до них — я возможно был излишне резок и прям в оценке ситуации, но это потому что душа болит. Не могу я на это спокойно смотреть. Пусть возвращаются за стол переговоров, подумаем вместе что делать.
В общем, поляки посоветовались часа два и вернулись за стол переговоров. В этот раз разговор шел конкретный, превратившись в некоего рода мозговой штурм. Я рассказал о том, что увидел в ГДР и в Югославии, особенно остановился на югославском опыте самоуправления рабочих. После чего, в конкретном, деловом обмене мнениями, мы попытались выработать платформу для новой Польши, для ее реформ.