К востоку от Малакки (СИ)
Мак-Грат остудил рот еще одним глотком и продолжил еду. С наполненным желудком и второй бутылкой пива он заметно расслабился. Мы откинулись на спинки стульев и наблюдали шумный кружащийся калейдоскоп китайцев, малайцев, индийцев и европейцев.
Между столиками расхаживали китайские лицедеи. Пожилые музыканты играли странные мелодии на однострунных скрипках. Расторопные подростки предлагали поиграть в "ракушки", ловко передвигая их по столу перед неосторожным ротозеем и соблазняя угадать, под какой ракушкой находится шарик. Другие подростки с потрепанными колодами карт предлагали посмотреть карточные фокусы. Еще одни склоняли не очень трезвых посетителей сыграть в крестики-нолики по смешной ставке в несколько медяков. Победителю доставалось все, поставленное на кон, и похоже, что ребята никогда не проигрывали.
А в прилегающих переулках мелькали осторожные фигуры в ярких, цветастых, облегающих чонсамах, с экзотическими прическами, накрашенными щеками и густо подведенными бровями и ресницами. Они обменивались взглядами и шептались с одинокими мужчинами, иногда их приглашали присесть и предлагали выпить. Внимание Мак-Грата переключилось от еды, его глаза вращались как будто на стебельках.
Крамп подмигнул мне и слегка подтолкнул юношу:
— Если ты задумался о юбке, мы можем устроить тебе попозже. Но, если я не ошибаюсь, каи-таи вряд ли придутся тебе по вкусу.
— Они неплохо выглядят, — ответил Мак-Грат. — А что значит каи-таи? Это что, китайское название шлюх?
— Нет, Джеймс, — засмеялся Крамп. — Эти шлюхи не бабы, а леди-мальчики, смазливые парнишки, одетые как женщины. Есть такие мужчины, которым это нравится. Но многие замечают разницу только тогда, когда сунут руку между ног и обнаружат нечто неожиданное.
Мак-Грат раскрыл рот. Я не думал, что он был настолько наивным, чтобы не знать о продажных женщинах. Любой моряк, заходящий в зерновые порты южной Австралии или выходящий с грузом нитратов из Чили, имел хотя бы беглое знакомство с борделями и девочками, которые предлагают там свои услуги. Но, судя по его пораженному выражению, ему и в голову не приходило, что мальчики могут одеваться как девочки, чтобы привлекать клиентов.
Крамп заметил выражение его лица и решил немного позабавиться:
— Если хочешь, я могу позвать одну из них. Она сядет тебе на колени, и вы познакомитесь.
Он начал поднимать руку, но Мак-Грат схватил ее и прижал к столу:
— Не смей! За кого ты меня принимаешь?
— Легче, Джеймс, — произнес Крамп. — Я не хотел тебя обидеть, просто пошутил. Доедай пищу и любуйся окружающим. Затем пойдем на пароход.
Мак-Грат застенчиво улыбнулся:
— Извини, Брайан, но эти каи-таи... я бы никогда не догадался. Слава богу, ты предупредил меня... хотя выглядят они как обычные шлюхи. Посмотри на того рядом с...
Его голос упал, а я проследил его взгляд, уставившийся на высокого, смуглого, хорошо выглядящего мужчину — моего второго помощника, который по-хозяйски положил руку на плечи одного особенно привлекательного каи-таи.
— О, это мистер Гриффит. Да, у него наметанный глаз на барышень — если вы понимаете, что я имею в виду, — хихикнул Крамп.
Оживленные глаза Гриффита на покрасневшем от возбуждения лице были сфокусированы на идущем рядом с ним женственном мальчике. Он, казалось, не замечал ничего вокруг, в том числе своего капитана и своих соплавателей, мимо стола которых он проходил. Я был бы рад позволить ему пройти как бы незамеченным. Не ради меня самого — я повидал много чего, и вид гомосексуалиста с юным любовником меня не оскорблял. Но Гриффит, очевидно, желал бы сохранять известную дистанцию между своими сладострастными предпочтениями и профессиональными отношениями с коллегами.
И все было бы хорошо, если бы не Мак-Грат. Его лицо пылало и почти сравнялось цветом с его волосами, он уставился на Гриффита, сморщив лицо от испытываемого отвращения.
— Спокойно, Джеймс, — повторил Крамп, положив ладонь на руку Мак-Грата в попытке успокоить его. — Мистер Гриффит свой. Да, он извращенец, но он свой. Он не будет приставать к тебе.
— Да уж конечно не будет, — огрызнулся Мак-Грат, отшвыривая руку Крампа. — Если он хоть пальцем прикоснется ко мне, я его убью.
Тут мне следовало бы вмешаться. Это было бы правильно, особенно в свете моих предупреждений о драках. Но меня охватило любопытство. Возможно, это был то примитивное любопытство, которое толкало людей к развлечениям типа созерцания мужских, собачьих или петушиных боев. Мак-Грат был бойцом; доказательство этого я видел в Сиднее. Я также знал, что Гриффит может постоять за себя. Два пса, лающих и рвущих друг друга. Мне было интересно, кто из них проиграет.
Взрыв негодования Мак-Грата привлек внимание Гриффита, до сих пор поглощенного своим спутником. Заметил ли он меня и Крампа — не знаю, но он увидел возбужденное лицо Мак-Грата и остановился, слегка покачиваясь.
— Ба, да это юный Мак-Грат, развлекающийся в свободное время на Буджис-стрит, — произнес он, провокационно вытолкнув вперед хихикающего каи-таи для лучшего обзора. — Надеюсь, тебе нравится окружающий пейзаж, Джеймс? Что ты думаешь о моей юной подруге? Разве она не прелестна?
Мак-Грат отшатнулся:
— Убирайся прочь от меня, ты грязный...
— Извращенец? — закончил фразу Гриффит угрожающим тоном. — Ты кого из себя строишь, щенок, у которого молоко на губах не обсохло? Предлагаю тебе вернуться на пароход, тебе уже давно пора баиньки.
Алая краска залила лицо Мак-Грата, он сжал кулаки и сделал шаг вперед:
— Не смей со мной так разговаривать, я не мальчик, а вот ты не мужчина, а что-то другое. Ты отвратителен.
В глазах Гриффита блеснула ненависть:
— Я не желаю неприятностей, Мак-Грат, но если начнешь бузить, то ты их получишь.
Его рука потянулась к карману, где, думаю, у него лежал нож, но затем он, видимо, передумал — вокруг полно народа. Кулаков будет достаточно.
На лице Мак-Грата отразилась нерешительность, и на мгновенье я подумал, что он уступит. Но затем его темперамент взял верх и он рванулся вперед, нацелившись правым хуком в челюсть Гриффита.
Кулак наткнулся на что-то твердое, но это не было лицом Гриффита. Вмешался Крамп и перехватил удар, как тисками сжав кулак Мак-Грата своими сильными мозолистыми пальцами.
— Послушайте, джентльмены, здесь не время и не место для ссор.
Крамп утянул Мак-Грата в сторону и бросил на меня вопрошающий взгляд. Я кивнул, и он потянул юношу в сторону.
— Пойдем, Джеймс. Пора, тебе через несколько часов на вахту.
Он повел Мак-Грата через толпу к стоящим поодаль черно-желтым таксомоторам, и я слышал, как он своим резким голосом настоящего кокни наказывал водителя отвезти их в доки Кеппеля.
Гриффит расслабился, румянец сошел с его лица, а гнев утих, когда он понял, что я был свидетелем их несостоявшейся стычке. Он отдернул руку с плеча каи-таи, как будто оно превратилось в пылающий уголь.
— Прошу прощения, капитан, — пробормотал он, — я вас не заметил.
Отринутый и сконфуженный каи-таи тихо, бочком удалился. Неважно, подумал я, не один, так другой иностранец найдется, с его внешностью он наверняка подцепит кого-то этой ночью.
Я направил палец в сторону Гриффита и прорычал командным тоном:
— Вам тоже лучше вернуться на борт, мистер. Помните, что я говорил о драках? — Я постучал по столу для усиления эффекта. — Быть в моем салоне в десять ноль-ноль, минута в минуту. Понятно? — И, не дожидаясь ответа: — А теперь убирайтесь.
Гриффит развернулся на каблуках и исчез в редеющей толпе. Я взглянул на часы. Был уже второй час, но спать мне не хотелось, как не хотелось и возвращаться в монашеские пределы своей каюты. Я знал место, где было достаточно рома и радушных женщин в любое время. Я помахал обслуге, оставил несколько банкнот и горсть монет на столе и вышел на находящуюся за углом улицу Малай-стрит.
* * *