Счастливое число Кошкиной (СИ)

— Договорились. Тогда с меня пиво. Ты какое пьешь?
— То, которое мне понравится.
— Пиздец. И тут квест? Я с трусами мало натрахался? — спросил, не расцепляя пальцев.
— Почему сразу квест? Возьми то, которое, как тебе кажется, может понравиться мне. Я же не знаю какую пиццу ты любишь?
— Хм… Ну да. А если не попадём?
— Закажем другую.
— Принимается.
— Спасибо за трусы… Денчик.
Выдох. Вроде все снова нормально.
"Черт, а когда меня стало это парить?"
Странное дело, но я выбираю из заказов первый коктейль, который доверю Кошке. Отсекаю банальщину, которую она сможет сделать самостоятельно. Минусую многослойные — здесь с первого раза хрен получится запоминающееся, а меня кроет, что ее первый коктейль должен быть таким. Запоминающимся для нее. Что-то несложное и в то же время редко заказываемое в барах. И готовя посетителям их заказы, я ворошу в голове список коктейлей, прикидывая каждый на два простых и в то же время не стыкуемых — лёгкий в приготовлении и запоминающийся. Первых — вагон, вторых — не так много, но тоже достаточно. Каждый по-своему уникален. Только меня плющит от того, что Кошка уникальна сама по себе и ее первый коктейль просто обязан запомниться всем. Ей особенно. Как первый секс. Чтобы никогда его не забыть.
Секс… секс… секс…
"Секс на пляже" — банальщина, которую я ещё и запоганил, когда вчера отправил ее разбираться с пижоном… Блядь.
"Блоу Джоб" — пошлятина.
"Прямо в постель" — кошу взгляд в сторону пивных кранов и понимаю, да. С ней хочу. Не вариант. В корзину.
"Ангельские сиськи"? О да! У нее шикарные. Насвистел, чтобы зацепить. Зацепить не удалось. И снова поганый подтекст.
"Невинный секс"… С ней не получится. И не вижу я Кошку стесняшкой. От одного взгляда кровь бурлить начинает.
Секс… кровь… Первый коктейль… Первый секс…
Твою ж мать, я осел! Пиздец, ослина.
Подойдя и ударив в рынду висящую около стойки, повторяю эту процедуру, чтобы большинство посетителей, повернулось к бару. Половина уже в курсе, что означает этот звук, вторая сейчас узнает.
Я залезаю на стойку, ударив в рынду последний раз и теперь уже на меня смотрят все. И Кошка тоже. Не хер любезничать с пьянью! Бесит, что ты им улыбаешься чаще, чем мне.
— Дамы и господа, добро пожаловать на аукцион! — произношу с пафосностью достаточной для того, чтобы у народа появились улыбки. О да. И у Кошки тоже. — Сегодня на наших торгах выставляется единственный и неповторимый лот, который несомненно станет самым ярким воспоминанием в вашей жизни.
Поворачиваю голову, жестом подзывая подойти Гелю. Если она сейчас начнет ломаться и мне придется ее упрашивать, все пойдет по бороде, но девчонка задумалась лишь на мгновение. Вцепилась в мою ладонь, поданную ей, чтобы и она оказалась стоящей на стойке, поправила бейдж и тряхнула своими хвостиками, добавляя происходящему тот самый настрой, когда любая дичь зайдет на ура.
— Итак, дамы и господа, имею честь вам представить Ангелину, — пихнув ржущую девчонку, чтобы она поздоровалась, срываюсь в гогот от ее приветствия:
— Свет вам в дом, господа и дамы.
Мало того, что подхватила мое обращение, так ещё и добавила к нему поклон в землю, заражая хохотом подтягивающихся поближе к эпицентру шоу людей.
— Тише ты, стажёр! — шикаю и в то же время показываю на нее. — Ангелина, стажер-бармен. И сегодня наш бар имеет честь предложить вам поторговаться за первый коктейль, который она приготовит. Дамы и господа, — снова повторив показывающее движение ладони, цепляю Гелю за палец и поворачиваю вокруг оси. — Кто желает лишить барменской невинности этого ангелочка?
— Что? — внезапно оробела Геля.
— Не дергайся. Первое правило бармена: любой херовый коктейль может исправить пиздатая подача, — шепнул ей на ухо и повернулся к людям. — "Английская девственница", дамы и господа. Стартовая цена тысяча рублей, — я наклонился к коньячке со своими чаевыми и вытащил из нее купюру. — Кто даст больше?
— Полторы!
 
— Тысяча шестьсот!
— Две!
— Две сто!
— Масик, иди в жопу, я хочу! Три тысячи!
По залу покатился хохот, но ставки не закончились. Они прыгали то на сто рублей, то сразу на пятьсот, и Гелина ладонь в моей начала ощутимо подрагивать, когда сумма перевалила сперва за десять, а потом и за пятнадцать тысяч. Я сам не ожидал такого ажиотажа, но на правах ведущего торгов все повторял и повторял вопрос, кто даст больше. И к моему удивлению девушка, пославшая своего Масика, постоянно повышала сумму. Она же и победила в аукционе, завизжав от радости на весь зал. Сомневаюсь, что ее Масик разделял это счастье. Тридцать две тысячи пятьсот рублей за коктейль — тот ещё повод для веселья. Как девушка станет отрабатывать этот каприз, мне было фиолетово. Закончив с торгами, я спрыгнул на пол, помог спуститься Геле и поставил перед ней шейкер и бокал:
— "Английская девственница" — один из лонгов. Сладкий и крепкий. Наполни винный бокал кубиками льда. Не трясись. Теперь возьми гранат и половину зёрен высыпь в шейкер…
Подсказывая правильную очередность приготовления, я подал Геле мадлер, лимон, сироп и джин. Показал на втором шейкере как взбить, и помог перелить коктейль через стейнер и ситечко, протянул слайс граната для украшения и выложил на стойку салфетку, обращаясь к победившей девушке, снимающей все приготовления на телефон:
— Давайте, я запечатлю этот момент. Только не забудьте, как себя ведут девственницы после первого… гхм… глотка.
— Да-да-да! — захлопала она в ладоши, передавая мне свой мобильный.
— Геля, трубочки, — подсказал последнее и направил видоискатель на бокал, выкрикнув. — Лишение девственности, дамы и господа. Поддержите!
Зал загудел аплодируя и подбаривая, а девушка отпила глоток и застонала, прикрыв глаза, будто ее на самом деле только что лишили невинности. Подняла вверх салфетку с капельками коктейля и засмеялась, когда народ одобрительно заревел.
— Не трясись, — негромко шепнул я Геле.
— Ну ты и придурок, — ответила она. Тряхнула хвостиками и улыбнулась.
21. (Не)свидание. POV. Геля
После посиделок с самыми активными и отзывчивыми девчонками из фан клуба у меня в галерее телефона появилось несколько фотографий понравившихся пицц и коробок с логотипами пиццерий. Такая вот своеобразная записная книжка, где хранились сотни снимков, посмотрев на которые я сразу же вспоминала какой фильм хотела посмотреть, что понравилось из еды или одежды… Привычные всем заметки меня не устраивали потому, что я могла часами ломать голову, вспоминая что означает та или другая запись. Поэтому по пути из клуба домой я первым делом зарылась в фотографии и не долго думая позвонила в "Pizza House", чтобы заказать "Двойной мясной сыроед". Три штуки. Бурчащий желудок подсказал, что брать меньше нельзя — одну я слопаю сама, а две остальные умнет Денчик. Я готова была отдать руку на отсечение, что сырно-мясная пицца, в которой начинки в два раза больше, чем теста, стопудово зайдет любому парню. А так как готовить ужин не планировала, но с первого дня совместного проживания приняла решение о вкусной и сытной еде, чтобы напрочь отбить у Денчика возможные попытки слинять за вкусняшками к Крыстине, то и с пиццей мой выбор должен был закрепить в его мозгах правильную мысленную связь "Геля — вкусно". Ещё бы втемяшить ему, что "Геля навсегда" и "Геля единственная", а "Крыстина — никто" и "Пуговки Крыси не идеальная грудь"… Эх… В ладошку она должна помещаться… Сперва бы посмотрел на свою ладошку, дурашка. В ней же моя, а не Крысина, тютелька в тютельку… Ничего. Дай мне только время, сам убедишься.
Разобраться с этой белобрысой доской и тем, что она натворила с моим Денчиком своими травоядными пытками, с наскоку, к моему сожалению, не получилось. Очень хотелось, чтобы вжух и она испарилась, но почему-то не сработало. Мало того, что не поняла намека, так ещё и названивать по ночам решила. Только и я отступать не собиралась. И с каждым новым крестиком на календаре для Крыси все явственнее светило, что к концу этой баталии, а точнее восьмого июня, я не обломаюсь и найду каток, чтобы тупо вкатать ее в асфальт, если сама не догадается, что для нее безопаснее исчезнуть с горизонта и забыть о моем Денчике, чем пытаться вернуть того, кто никогда не был и уже никогда не будет ее. Пакет с трусами, лежащий у меня на коленях, только подтверждал правильность моих мыслей и грел душу. Любимые розовые шортики с киской, конечно, было жалко — самую малость, — но и тут я увидела хороший знак — раз Денчик упер мои любимые трусы, значит они ему понравились. А раз понравились они, то и я понравлюсь. А потом ещё чуточку побрыкается и влюбится. Клейстер, хоть и посмеялся, все же сказал, что у меня тоже будет любовная любовь, как у него с Елей? Сказал. Глупо? Фигушки! Ничего не глупо. Я могла привести в пример, как минимум, ещё три пары, подтверждающие слова парня: дядю Игоря и тетю Лену, Дюшку и Лесю и Владку с Лизой. И такое количество счастливых и влюбленных вокруг не могло не сказаться на мой очень боевой настрой или опровергнуть ту самую заветную и наивную мечту, о которой никому не рассказывала — встретить самого классного парня и влюбиться в него с первого взгляда. Чтобы раз и навсегда. А она, мечта, просто чуточку затупила и не понимала, что Геля Кошкина уже по уши втрескалась в парня с темно-соломенными волосами и забавными татушками на лопатках. Другого, тем более попроще, мне даром не надо. Вот не хочу другого и точка! Тем более Морковку, на которого, к слову, уже запала Лялечка. Ссориться с подругами из-за парня я не собиралась. Как и они со мной, хотя обе, как и я, считали Денчика красавчиком.