Больше, чем любовь (СИ)

– Не стоит, это же парная фотка, – кое-как ответила я, не зная, куда спрятать глаза.
– Да и какая разница? – не унимался фотограф.
– Будет выглядеть странно, – смущенно прошептала я, сжав перед собой руки.
– Скорее жалко, – послышался неожиданно голос Яра. Он подошел к нам, видимо, договорив по телефону, встал рядом со мной и окинул оценивающим взглядом.
– Тогда отвернись, – хмыкнула я. Этот парень вызывал во мне какие-то противоречивые чувства. Хотя сегодня Громов был круто одет: темно-синие скинни, такого же цвета мокасины, белая майка и пиджак. Волосы хаотично разбросаны на макушке, будто Ярослав недавно проснулся и забыл причесаться.
– Это общественное место, куда хочу, туда и смотрю, – он продолжил нагло разглядывать меня. От его взгляда хотелось спрятаться, потому что он напоминал дуновение зимнего ветра. Ледяного, но в то же время оставляющего ожоги.
– Тогда смотри молча. Простите, – во мне проснулось желание, непонятно, чем вызванное. – Я хочу сделать фотографию. А ты отойди!
– Отлично, правильное решение, – обрадовался фотограф. Он нацелил объектив камеры на меня.
– Ярослав, – напомнила я, взглядом показывая, чтобы этот наглец передвинулся.
– Мне и здесь отлично.
– Ты что хочешь со мной фотку? – спросила я. В голову пришла странная мысль, которую мне не хотелось озвучивать вслух.
– Я выброшу этот альбом, – хмуро отозвался Яр. – Мне плевать, какие там будут фотки.
– Станьте ближе, – скомандовал фотограф. – Вы здорово смотритесь в кадре.
Грудь охватило спазмом. Наверное, Громов решил подойти ко мне из жалости. Услышал, как меня уговаривают на снимок, а может, видел мою одинокую фигуру на лавке. На самом деле, я не хотела стать единственным человеком, кто будет один на фотографии. Это так унизительно. Поэтому сама придвинулась к Ярославу и нагло подхватила его под локоть. Яр взглянул на меня все с тем же высокомерием и равнодушием. А я подумала, что у Громова красивые глаза. Они искренние. Не такие как у Давы. И улыбаться он умел по-настоящему. И масок не носил.
– Что ты?.. – буркнул Ярослав.
– Только не надо меня жалеть.
– Я и не планировал. Говорю же, мне плевать на этот дурацкий альбом.
– Выброси его, – прошептала я, сделав глубокий вдох. Удивительно, но разделить свой стыд с этим парнем было проще, чем подойти к Лильке или к тому же Даве. Уверена, он бы не отказал мне.
– Обязательно.
Фотограф нажал несколько раз на кнопку и запечатлел нас на снимке. Меня и Ярослава. Для памятной виньетки. Пожалуй, это был самый странный снимок в моей жизни.
  
Глава 14 - Ярослав
 
Обычная…
Как неприметное серое полотно, на котором даже яркая точка будет смотреться несуразно.
Именно об этом я подумал, когда Саня махнул рукой тогда у ледового дворца Ангелине. И сколько бы раз позже мы не пересекались, мое мнение особо не менялось. Ничего особенного в этой девушке не было. Я не мог выделить в ней что-то такое, да и Сашка не мог. Ему просто стукнула в голову очередная идиотская идея, коих было сотни в последнее время.
Он жаждал закончить “детство” чем-то “эдаким”. Ангелина была из категории “эдакого”. Как и выходка с пожарной сигнализацией, драка в клубе с братом Олега Чедовского. Хотя последнее, пожалуй, еще принесет проблем, я почему-то был уверен в этом. Есть такие люди у нас в городе, которые не умеют спускать на тормозах конфликты, с кем бы не связывались.
Я устало вздохнул, разглядывая голубое небо. А потом заметил Ангелину, она сидела на лавке и кусала губы. Вся такая грустная, но при этом задумчивая. Ее подружка, имени я не помнил, тусовалась с другими девчонками. Я от безделья наблюдал за Ангелиной, за тем, как она поправляет хвост, как отводит взгляд в сторону, закидывает ногу на ногу, расправляет плечи и тихо вздыхает. Она явно не хотела выглядеть жалкой одиночкой, с которой никто не жаждал сделать фотку. А тут фотограф с предложением года.
Наверное, если бы Саня не укатил в обнимку с девчонками с нашего класса на нижнюю часть парка, он бы смог отхватить заветный плюсик в карму. Ангелина нуждалась в ком-то, кто не даст ей окончательно упасть в грязь лицом. Не знаю почему, но я вдруг подошел к ней. Серега бы поступил именно так, мой лучший друг вообще был чертовски правильным и хорошим человеком. Порой я ловил себя на мысли, что благодаря ему стал тем, кем являюсь.
 
Жаль… что жизнь оказалась так несправедлива по отношению к нему.
Закончив с фотосъемкой, мы стали спускаться к нижней части парка, хотя “мы”- это громко сказано. Ангелина молча шла позади меня, а следом телепался фотограф. Он был безумно медлительным, я еле выждал окончания дурацкой фотосессии. Кто вообще придумал делать эти памятные снимки?
– А вы чего вместе? – я поднял голову и встретился с удивленным взглядом Сани. Он остановился на лестничной площадке, между четвертым и пятым уровнем. Уже успел где-то купить бутылку воды, которую держал в руках.
– Увы, я пока не научился летать, как птица, приходится довольствоваться общей лестницей, – пробурчал я, покосившись в сторону Ангелины.
– Ангел, – пропустив мой ответ мимо ушей, Саня подошел к девчонке и выдал свою коронную белозубую улыбку. Она еще не знала, что чем больше отталкивает этого парня, тем яростнее он будет за ней бегать. Такой уж человек Давыдов: не принимает отказов, любит недостижимые цели и экзотику. Так он обозвал Ангелину в один из наших разговоров.
– Ты выглядишь грустной. Тебя кто-то обидел? – Дава потянулся к руке девчонки, и я почему-то задумался, сколько она продержится под его напором. Все сдавались. Велись на слащавую физиономию, заигрывания и деньги Саши. Он знал свои козыри и умело ими пользовался.
Ангелина завела руки за спину и чуть отступила, между ними появилась приличная дистанция.
– Все нормально, просто устала.
Она врала. Но Сашка этого никогда не узнает.
– А пошли в кафе? Отдохнем, м? – не унимался Давыдов. Больше я слушать его попытки не мог, поэтому стал спускаться дальше по лестнице, засунув руки в карманы брюк. Сегодняшний день, действительно, утомил, а впереди еще вечерняя тренировка.
Однако дойти в одиночестве у меня не получилось. Буквально через минуту мимо проскочила Ангелина, а затем рядом со мной пристроился Саня. Улыбка Мистера Дружелюбие сошла на “нет”, и он наконец-то стал нормальным.
– Что такое? – усмехнулся я. – Снова дали отворот-поворот?
– Я все равно ее завалю, так даже интереснее, – хмыкнул Саша.
– Зачем она тебе? Ни задницы, ни милого личика.
– Друг мой, – он закинул мне руку на плечо и стрельнул прехитрым взглядом. – Ты знаешь, порой, чем хуже обертка, тем вкуснее конфета.
– Не думаю, что она будет вкусной. Особенно для того, кто привык есть премиум-бренды.
– Посмотрим, – хихикнул Саня. Девушки никогда не были для него чем-то важным. Проходящее звено. – Кстати, я хотел тебя попросить кое о чем.
Я остановился и скинул руку Давы со своего плеча.
– Нет, – категорично ответил, прекрасно понимая, что речь, вероятно, пойдет о той стычке в клубе, которая произошла пару дней назад.
– Там ничего серьезного, просто сходи со мной к Чеду, – он говорил так, будто не просил, а требовал, и порой меня это знатно бесило. Так уж сложилось, что с детства мы с Сашей всегда были вместе.
Наши комнаты находились напротив, наши увлечения совпадали, да и подарки нам дарили одинаковые. Собственно, почти все в наших жизнях делилось до определенного момента ровно пополам, условно, конечно. Поездки в детские лагеря, прогулки до рассвета, рыбалка с отцом Сани, охота на дичь, тот же хоккей. Нас связывало нечто большее, чем одна крыша.
Если кто-то обидит Сашу, приходил я и показывал кулаки. Мальчишки отняли велик, я шел забирать его обратно. Помню, однажды какие-то хулиганы скинули Сашку в пруд, тогда я подловил их главаря, ударил, затем связал и тоже отправил в воду. Было дело, что Сане устроили темную. Он тогда боялся показаться отцу с фонарем под глазом. Примчался ко мне и долго ныл, как несправедливо с ним обошлись. Конечно, я разобрался с теми идиотами.