Школа Лысой горы. Мой прекрасный директор (СИ)
– А зачем они, фонари эти? – отвечали ей. – Ночное зрение – это первый класс, вторая четверть, практикум по окружающему миру. Если ты не стопроцентный человек, то и тебя обучим.
– А как выяснить – человек я или нет? – спрашивала Василиса.
– Наши корифеи выяснят, не волнуйся, всё со временем станет ясно, – отвечали ей и кивали в сторону задумчивого Рода Вааловича. – У нас и простым людям неплохо живется, физик ни на что не жалуется, всем доволен. У нас никто его сумасшедшим не считает.
– О, к вопросу о сумасшествии: это хорошо, что всё про нечисть – правда. Это лучше, чем шизофрения, – сделала свой вывод Василиса.
Глава 36. Экскурсия в заказник
Сидя в опустевшей гостиной, Василиса почесывала выпущенную из-под кровати Галюсю и печально думала о том, что наступает вечер, а Елисей так и не объявился на ее пороге. Страх он ее не чувствовал, а что чувствовал – о том история умалчивает. Похоже, пора смириться и не доставлять директору лишних хлопот своими переживаниями, только как перестать ощущать любовь? Есть у кого дельные советы? Она горевала, считая его убийцей, а уж видя в нем благородного рыцаря и вовсе разлюбить не сможет.
Василиса ждала заветного стука в дверь, но директор тоже перестал маскироваться под человека – он просто и незатейливо объявился посреди ее гостиной.
– Ой! – пискнула Василиса, позабыв о любовных переживаниях перед лицом более насущной проблемы – на ее коленях, распластавшись и прикрыв обе пары глазок, лежала Галюся.
– Ой! Ой! – рефреном пропищали Глюк и Огневушка.
Директор сумрачно осмотрел всем довольного детёныша Горыныча, не чувствующего приближения бури и не услышавшего появления начальства.
– Не ожидал от вас, Василиса Алексеевна, – сказал директор, а Галюся распахнула глазки и запоздало метнулась под кровать. – Не ожидал. – Посмотрел на Огневушку и добавил: – Ясно, почему случаев возгорания замечено не было – со всеми подружиться успели.
Пунцовая Василиса, не зная куда глаза девать, начала сбивчиво рассказывать историю появления у нее Галюси, про сомнения в реальности своих видений, потом – опасения по поводу питомника и проводящихся там (по непроверенным данным) опытов.
Директор только вздохнул.
– Сколько хлопот доставили всем ваши сомнения, Василиса! Знаете, в чем основное отличие Змеев Горынычей от обычных многоглавых драконов? Их присутствие в окружающем пространстве никаким магическим образом определить невозможно. Полтергейстов, привидения, огневушек, всех остальных – найти легко, а в случае с Горынычами все беспомощны, как люди. Их можно только увидеть, услышать, но прощупать магией – нельзя, и это сильно усложняет поиски. А теперь представьте – из заказника сбежал новорожденный беспомощный детеныш, на которого даже элементарная защита и маскирующий полог наложены не были! Его любой человек мог увидеть, сфотографировать, поймать и передать человеческим ученым! Представили? Оценили уровень всеобщего беспокойства?
– Извините, – жалко пролепетала всё себе представившая Василиса.
– Если вы собираетесь остаться в Лысой Горе, то вам следует доверять ее жителям – среди нас нет убийц и бандитов. – Директор сурово посмотрел на молодого специалиста.
– Извините, – пристыжено повторила Василиса.
– Так. Доставайте своего питомца из-под кровати и пошли в заказник.
– Галюсенька, Галюся, хорошая моя, иди на ручки, – позвала Василиса.
Две мордашки высунулись из-под пледа, настороженно зыркнули в сторону директора. Лапки протопали к Василисе и взгромоздили на ее руки заметно потяжелевшую за прошедшие два месяца тушку.
– Покажите-ка. – Елисей ловко подхватил детеныша, повертел, вернул Василисе. Галюся и пикнуть не успела. – Давно ей имя дали?
– С первого же дня. А что?
– Как вы догадались, что это девочка? Это и специалисту в таком возрасте определить сложно.
– Не догадывалась. Я же считала, что это галлюцинация, помните? Так и звала вначале – «галлюцинация», а потом сократила до Галюси.
Директор рассмеялся:
– Забавная ты, Василиса. Ох, извините – вы, Василиса Алексеевна.
– Лучше на «ты», – тихо ответила влюбленная девушка.
– Договорились. Разрешаю тебе не соблюдать субординацию и звать директора по имени.
Василиса смутилась.
– Не обещаю, – ответила она, – вы… вы – это не я.
– Ну, как знаешь, не настаиваю. Не кричать, не визжать – мы отправляемся в заказник.
Хорошо, что предупредил! Василису в этот раз не несли осторожно в магических сетях, а закрутили вихрем и мигом выкинули посреди лесной лужайки. О-о-очень большой лужайки, по которой с ревом, пуская огонь из ноздрей, носились два разъяренных трехглавых дракона исполинских размеров.
– Родители Галюси. До сих пор горюют об утерянном ребенке, – представил монстров директор.
Галюся на руках Василисы заверещала. Драконы как безумные развернулись на ее писк и бросились сломя головы к Василисе… Ой-ей! На вас когда-нибудь неслись взбешенные носороги размером с дом?! Впечатления такие же, уверяю!
Галюсю ветром снесло с рук Василисы в направлении родителей, а саму Василису перенесло на берег реки Смородины. Вместе с директором.
– Уф! Галюся тоже такой вырастет?!
– Да, и ее необходимо воспитывать, правильно дрессировать, иначе она доставит много хлопот в будущем. Прогуляемся по заказнику, чтобы вы не подозревали его работников в издевательствах над животными.
Директор говорил правду – издевательств не было, заказник больше напоминал шикарный пансионат для всех видов сказочной живности. Встретился тут Сивка-Бурка – тот самый конь, которого на глазах Василисы ловили в первый ее приезд в деревню, странные коровы со зловещими улыбками, которые оказались не совсем коровами, а экспериментальными моделями УТК, то есть универсальными тканевыми конвертерами. Помните сказочку про Крошечку-Хаврошечку? Которая в одно ушко к корове влезет, в другое вылезет – а ей и холсты сотканы, и наряды на ней новые. В каждой сказке лишь доля сказки – и УТК это еще раз доказали. УТК меняли любую ткань на любую ткань. Можно на ту же самую, но чистую и выглаженную, можно на какую хочешь другую одежду.
Директор пояснял:
– Они реагируют на приближение людей поворотом головы и «гостеприимной» улыбкой. Ну, над улыбкою Кощей трудился, результат так себе, но со временем привыкаешь. В ухо влезать, само собой, не требуется – скормишь корове одежду, а чистую из боков возьмешь, видишь – в них дверцы замаскированные есть. Управление голосовое, инструкцию тебе выдадут вместе с коровой.
– А держать я где это чудо буду?!
– Хлев построят одним моментом. Домового завести не хочешь, если надолго к нам?
– Нет, Глюк обидится. Мы и без домового справляемся.
– Хм… В этом есть смысл – полтергейст в другой дом вместе с тобой переселиться сможет, а домовой к одной избе привязан: съедешь – сгинет. Вечная проблема на каникулах с домовыми – хиреть начинают без хозяев.
Драконов и Змеев Горынычей (Василиса с трудом отличала первых от вторых) тут была тьма тьмущая – и горные (на территории заказника был большой горный массив, совершенно незаметный со стороны: магия – страшная скрывающая сила), и морские (да-да, небольшое искусственное море тоже было!), и лесные, и степные, и болотные.
– А у вас какой дракон машиной подрабатывает? – поинтересовалась Василиса, а в ответ на вопросительный взгляд Елисея пояснила: – Я видела, как ваш «суперкар» малину с кустов объедал.
– Не удержался, значит, нарушил маскировку, – покачал головой Елисей. – У меня карликовый японский трехглавый дракончик. Капризный до жути! Сколько раз просил его в неприметные «Жигули» перекинуться – ни в какую! Признаёт только яркую личину, а в другой не полетит и не «поедет», незачем и силы тратить, а мне ведь надо как-то обозначить для людей свой транспорт, чтобы вопросов лишних ни у кого не возникало.
– А Галюсю мне можно будет навещать? – спохватилась Василиса.