Сокровенная правда (ЛП)

Поездка к дому Сергея длится меньше тридцати минут. Я планировала в дороге подумать о том, как мне выскользнуть завтра, но вместо этого всю дорогу сжимала его талию, впитывала ощущение его близости и пыталась сохранить его в одном из своих мысленных хранилищ.
— Ты уверена, что с тобой все в порядке, детка? — спрашивает Сергей, когда мы слезаем с мотоцикла перед его домом.
Я вешаю шлем на руль и поворачиваюсь к нему, замечая, как в его светлых волосах отражается свет заходящего солнца, а длинные пряди развеваются на ветру. Провожу пальцем по линии его подбородка, а другую руку кладу над сердцем.
— Хочу, чтобы ты занялся со мной любовью так сильно, — прошу я, — чтобы я забыла обо всем остальном.
Сергей подхватывает меня под попу, поднимает и несет к входной двери. Я обхватываю его ногами за талию и беру его лицо в свои ладони, осыпая его поцелуями. Я начинаю с его идеально безупречного носа, затем перехожу ко лбу и бровям, запечатлевая в памяти каждую деталь.
— Мы начнем с кухни и будем двигаться дальше, — говорит он мне на ухо, усаживая меня на обеденный стол. — Я планирую сегодня охватить весь первый этаж.
— Это очень много места. — Я улыбаюсь и снимаю куртку. — Ты уверен, что справишься?
Следующими идут джинсы и футболка, но, когда снимаю лифчик и тянусь за трусиками, Сергей хватает меня за руку и ее убирает.
— Посмотрим. — Он ухмыляется. — Ложись.
Я откидываюсь и прижимаюсь спиной к поверхности стола, смотрю, как он целует мою грудь. Медленно он проводит дорожку из поцелуев по моей груди и животу, пока не доходит до трусиков. Сергей глядит на меня с самодовольной улыбкой, берет пояс трусиков между зубами и стягивает их. Затем берет мою ногу и целует лодыжку, продвигается вверх по бедру, и зарывается лицом между моих ног. Я резко вдыхаю и хватаю его за волосы, стону, когда он лижет клитор — один, второй раз, а затем посасывает его.
— Я мог бы провести весь день, просто играя с твоей киской, — бормочет он и проникает в меня языком. Он продолжает лизать и сосать, сжимая при этом мою попку, двигаясь все быстрее и быстрее, пока не возникает ощущение, что я сейчас взорвусь. Затем он легонько покусывает клитор, и оргазм накрывает меня.
Я все еще не пришла в себя, когда он притягивает меня к себе за шею и впивается в мои губы. Я чувствую на нем свой горько-сладкий вкус. Другой рукой берет меня за поясницу, чтобы удержать меня на месте, пока располагает член у моего входа.
Серей отстраняется, глядя мне в глаза.
— Я так люблю тебя, — шепчет он, постепенно проникая в меня. Я хочу сказать ему то же самое, так сильно, что сердце разбивается на кусочки. Вместо этого сжимаю губы и цепляюсь за его плечи, не сводя с него глаз. Я стону, когда он зарывается в меня еще глубже, и прижимаюсь лицом к его шее. Его горячее дыхание обдувает кожу моего плеча, и я наслаждаюсь тем, как он погружается в меня снова и снова. Этого почти достаточно, чтобы я забыла о завтрашнем дне. Со стоном мы кончаем вместе.
— Диван, спальня или душ? — спрашивает Сергей, когда восстанавливает дыхание.
— Душ, — бормочу я и крепко обхватываю ногами его талию. Ни на секунду не позволю ему вырваться из моих объятий дольше, чем это необходимо.
— Хорошо. — Он усмехается и несет меня вверх по лестнице в свою ванную.
— Сегодня воспользуюсь твоим гелем для душа, — говорю я, когда он ставит меня под струю воды.
— Я думал, ты любишь сладкие ароматы.
Я пожимаю плечами, беру с полки темно-синий флакон, выдавливаю немного на ладонь и начинаю намыливать тело.
Сергей заходит в душевую кабинку и, подложив палец под мой подбородок, запрокидывает мою голову.
— Что случилось?
Вода из душа брызгает мне в бок, когда гляжу в его светлые глаза.
— Ничего. А что?
Боже, даже смотреть на него больно, потому что знаю, что завтра уеду.
— Ангелина, ты не умеешь врать. — Мы оказываемся лицом к лицу. — Что происходит?
— Не понимаю, о чем ты говоришь.
Сергей кладет ладони на кафель по обе стороны от моей головы и смотрит на меня, сжав губы в тонкую линию.
 
Я делаю глубокий вдох.
— Может, мы закончим с душем, или ты и дальше собираешься нависать надо мной, как горгулья?
— Не надо мне врать. Никогда, — предупреждает он. — Если ты не хочешь о чем-то поговорить, это нормально. Если тебе нужно пространство, это тоже нормально. Я знаю, что быть со мной может быть слишком тяжело. Но ты не будешь мне лгать. Договорились?
Я смотрю вниз и киваю.
— Я не хочу об этом говорить.
— Хорошо. Тебе нужно пространство?
— Нет. — Я качаю головой.
— Если хочешь, я буду спать сегодня в другой комнате.
Ни за что. Это наша последняя ночь вместе, и будь я проклята, если позволю ему спать где угодно, а не в моих объятиях. Положив ладонь на его грудь, я медленно скольжу вниз, пока не добираюсь до его члена и обхватываю его рукой.
— Ты точно не будешь спать в другой комнате, — говорю я и стискиваю его уже твердеющий член.
Сергей вдыхает, обхватывая меня за талию и прижимая к себе.
— Разговор еще не закончен, Ангелина.
— Мы можем продолжить завтра. — Я целую его в грудь. — Ты обещал мне секс-тур по своему дому. Я жду, что ты выполнишь обещание. Или это слишком много для тебя? — Я приподнимаю бровь.
С его губ срывается рычание, и он перекидывает меня через плечо.
— Наша следующая остановка — кухонный стол, — сообщает он и касается ладонью моей голой задницы.
* * *
— У тебя есть планы на завтра? — спрашиваю я, скользя руками по спине Сергея.
Он лежит поперек кровати на животе, а я сижу на его пояснице. У меня ушло пятнадцать минут, но мне удалось убедить его позволить мне сделать ему массаж с одним из моих розовых масел.
— У меня встреча около полудня, — бормочет он в подушку. — Мы можем прокатиться после этого.
— Да, — выдыхаю я, затем целую его между лопаток. — Прокатиться — звучит здорово, детка.
С каждой минутой мне все труднее притворяться. Словно наблюдаю за песочными часами, в верхней колбе которых осталось совсем немного песка, а песчинки падают все быстрее и быстрее. Я скольжу ладонями к плечам Сергея, затем спускаюсь по его рукам — тем самым рукам, которые вынесли меня полумертвую из грузовика и спасли мне жизнь. Закончив с руками, я возвращаюсь к его спине, мои движения становятся более легкими, скорее ласкающими, чем массажными, пока не чувствую, как он расслабляется, а его дыхание становится глубже. Сергей крепко уснул, поэтому я продолжаю еще пять минут, прежде чем осторожно встаю с кровати. Беру с тумбочки телефон, отправляю сообщение рыжей сучке о том, что буду готова завтра в полдень, и направляюсь в ванную.
Закрыв дверь, снимаю одежду, захожу в душевую кабинку и включаю горячую воду. В тот момент, когда брызги попадают на меня, прислоняюсь спиной к кафелю. Все тело будто налилось тяжестью от того, что я должна сделать. Сначала опускаю голову, потом подкашиваются ноги, и я опускаюсь на дно душевой кабинки. Крепко обхватываю руками колени и притягиваю их к груди. У меня больше нет ничего, за что можно было бы уцепиться, так что придется обойтись этим. Может быть, если я схвачусь сильнее, мне удастся удержать осколки сердца в себе.
Дверь закрыта, вода заглушала все остальные звуки, и я наконец позволила себе сломаться. Слезы, смешиваясь с потоком воды из душа, стекают в слив.
Что мне делать завтра? Я не могу просто исчезнуть. Нет, мне нужно оставить записку с объяснением. Придумать кучу лжи, что-то, что убедит Сергея, что я решила уйти по собственному желанию и больше не хочу его видеть. Мне придется причинить ему боль. И написать что-нибудь ужасное, если хочу, чтобы Сергей в это поверил. Я не могу рисковать Сергеем, если он последует за мной, потому что Диего убьет его. В этом я уверена на сто процентов. Может, когда-нибудь, когда мне удастся сбежать от Диего, я смогу вернуться и разыскать его. Сергей, наверное, к тому времени будет меня ненавидеть.