В огне любви

— Я обидела твоего брата, — как-то раз горестно призналась Давина Говарду.
Говард захохотал.
— Что? Чарльза? Скорее всего, он подыскал мне другую пару, а я нарушил его планы, вот и все!
Давине даже пришла мысль о том, что, возможно, род Шелфордов показался Чарльзу не достаточно знатным для того, чтобы породниться с Дэлвертонами.
«Наверное, он всегда так считал, — думала она, горько вздыхая. — Даже тогда, когда проявлял ко мне хоть какую-то благосклонность».
Заметив печаль невесты, Говард попытался ее успокоить.
— Чарльз обладает талантом отгораживаться от людей, когда ему того хочется. К тому же после случая в лесу он сам не свой. Надеюсь, это у него скоро пройдет.
Давина молчала.
Когда рассказ о нападении на Чарльза впервые достиг ее ушей, она пришла в ужас.
Как же быстро она вынесла ему приговор за то, что он не сдержал обещания писать! Ей даже не приходило в голову, что ему могли помешать это сделать.
Однако в последующие дни она начала все чаще задумываться о «дочери лесника», которая спасла и выходила раненого лорда Дэлвертона, особенно после того, как однажды Говард, подмигнув Джеду, упомянул «хорошенькую сиделку Чарльза».
Джед в ответ лишь пробурчал что-то невразумительное, но Давина остолбенела.
Она знала, что на самом деле Говард понятия не имел, как выглядела дочь лесника, но все же слова его запали ей в душу.
Она отчаянно старалась убедить себя, что лорд Дэлвертон ей больше не интересен, но все равно думала дни и ночи напролет о нем, а не о женихе.
Ее начала мучить мысль о том, что в лесу его задержало нечто большее, чем раны.
Как бы ей хотелось быть такой сильной, чтобы приказать себе: ты идешь на сегодняшнюю встречу не только для того, чтобы увидеть его. Но подобной властью над своими желаниями она не обладала. Оттого что на собрании присутствовал и ее жених, ей было еще больнее осознавать, насколько она слабохарактерна.
Со стороны могло показаться, что она обводит глазами зал просто так, вероятно, всматриваясь в новые для нее лица гостей, тем не менее взгляд ее то и дело устремлялся в сторону, где сидел лорд Дэлвертон.
Он, наклонив голову, слушал брата, который что-то быстро говорил ему на ухо. Судя по всему, Говард был чем-то необычайно взволнован.
В отличие от него лорд Дэлвертон оставался спокоен и невозмутим, полузакрытые тяжелые веки почти скрывали его черные глаза.
— Гм! — громко кашлянул лорд Шелфорд и постучал по пустому бокалу. Убедившись, что все обратили внимание на него, он поставил бокал на каминную полку у себя за спиной.
— Нас всех собрала здесь сегодня общая беда. Жизнь нашей округи, которая когда-то считалась такой спокойной и безопасной (как многие меня неоднократно уверяли), в последнее время оказалась зараженной сорняком, который, по нашему общему убеждению, должен быть вырван с корнем. Конечно же, я имею в виду разбой на наших дорогах.
— Они орудуют не только на дорогах, — прервал его речь сэр Винсент. — Я-то был на территории своего поместья, когда на меня напали.
Взволнованный шепот прошелся по толпе.
— У меня отобрали карманные часы и серебряную табакерку! — продолжал сэр Винсент. — У моей благоверной забрали серебряную брошь в виде ананаса, так она до сих пор в себя прийти не может и боится выйти за пределы дома.
— У меня украли хлыст и седло, — вмешался лорд Монтли. — Хотя лошадь моя от них убежала.
— А с меня сняли жемчужные пуговицы, — вскричала леди Кристон. — Эти бандиты срезали их ножом прямо среди бела дня!
Тетя Сара слушала все это с широко раскрытыми от ужаса глазами.
— Я вам скажу, кому понадобились эти пуговицы, — наконец отважилась вставить слово и она. — Цыганам. Вот кому! Они просто обожают подобные безделушки.
— Я бы не стала называть мои пуговицы безделушками, — обиженно фыркнула леди Кристон.
Тетя Сара смутилась.
— Нет... конечно же, нет, — вконец сконфузилась она. — Они просто такие блестящие, понимаете. А цыгане носят все блестящее.
— Тетя, я не думаю, что ваше замечание будет полезно для решения вопроса, — тихо сказал Чарльз.
 
— Нет, думаю, что уважаемая леди права, — громко сказал лорд Кристон. — Ведь все это началось вскоре после того, как на поле Лэджера остановился табор, так ведь?
— Да! Верно! — раздались согласные выкрики с мест.
Чарльз нахмурился.
— Это может быть случайным совпадением, — вставил он.
— Случайным-неслучайным, но мне этого достаточно, — возразил ему лорд Кристон.
Лорд Шелфорд, который до сих пор внимательно слушал говоривших, поднял руку.
— Не понимаю, к чему все эти предположения. Нам необходимо найти конкретных преступников и как можно быстрее покарать их.
— А что их искать? Это цыгане! Достаточно посмотреть на них!
В гостиной снова поднялся шум. Голоса были громкими и злыми. Давине они показались похожими на карканье ворон. Ей захотелось закрыть уши руками.
— Да чем вам... цыгане не угодили? — выкрикнул Говард.
Давина удивилась, заметив, что он нервно покусывает большой палец на руке. Однако его никто не слушал. Преподобный Джи попытался было вставить слово о «терпимости» и «христианских ценностях», но его тоже не услышали.
— Давайте поедем в их табор и проверим! — гремел сэр Винсент. — Если мы не найдем у них свое добро, найдем чье-то чужое! Помяните мои слова!
— Правильно! Правильно!
В самый разгар этой какофонии поднялся Чарльз. В руке он держал бокал с вином. Между его бровями залегла хмурая складка.
— Вы предлагаете устроить налет на поселение людей, которые, вполне вероятно, ни в чем не виновны, — громко произнес он. — Оторвать от работы мужчин, испугать женщин и детей. И что дальше? Если бы у нас были доказательства, можно было бы поступить таким образом. В противном же случае мы сами уподобимся тем негодяям, которых хотим покарать.
— Пожив в Африке, вы, вероятно, прониклась любовью ко всякому отребью, — холодно бросила леди Кристон.
Глаза Чарльза вспыхнули.
— Ни в Африке, ни здесь я ни разу не встречался с теми, кого вы называете «отребьем», — зло отрезал он.
Преподобный Джи согласно кивнул в знак одобрения, но не сказал ни слова.
— А что это вы так переживаете за этих цыган, в самом деле? — презрительно процедил лорд Монтли. — Можно подумать, вам о них известно что-то такое, чего не знаем мы.
— Меня волнует исключительно соблюдение норм законности, — ответил Чарльз.
— Соблюдение норм законности? — раздался голос из глубины зала. — Или личный интерес?
Все обернулись к Джеду, который с равнодушным видом стоял, прислонившись к стене. Глаза Чарльза сузились.
— Что ты имеешь в виду, Джед? — спросил он.
Вместо ответа Джед стал насвистывать какую-то мелодию. Давина сразу узнала песенку, в которой были такие слова:
«Говорила всегда мне мама:
Не ищи в лесу цыгана».
Все начали удивленно переглядываться, и только Давина заметила, как слегка порозовели щеки Чарльза. К ее удивлению, он никак не ответил на выпад Джеда, а только залпом допил вино, не сводя с него глаз.
— Не знаю, что имеет в виду этот парень, — сказал лорд Кристон, — но, должен признать, я впервые вижу землевладельца, который заступается за цыган. От них пользы столько же, сколько от саранчи. Нам в любом случае лучше избавиться от них.
— Ни в каких налетах я принимать участия не буду! — твердо сказал Чарльз.
В гостиной повисла тревожная тишина. Несмотря на общее воодушевление, никто не решился бы устроить налет на цыганский лагерь без одобрения главного землевладельца округи.
И лорд Шелфорд заговорил, обдумывая каждое слово.
— Прежде чем совершить какие-либо решительные действия, не лучше ли будет послать кого-нибудь к лагерю цыган на разведку, чтобы заранее узнать, с чем мы там можем столкнуться? В конце концов, у нас действительно могут возникнуть проблемы, если наш отряд ворвется в лагерь и там обнаружится, что цыгане ни в чем не виновны.