Обретая тебя вновь (СИ)

Челюсть засаднило, но я не думая ответил тем же. Пока мне не удалось откинуть его назад от себя. Я мог бы продолжить эту ненужную перепалку, но только не при ней. И не когда мое чертово обезболивающее в машине. Опять.
Я обернулся, но Милли там не было. Мои глаза бегло окинули территорию и у дороги я заметил такси, в которое через пару секунд она запрыгнула.
Я потер переносицу.
То, что она не сказала мне ни слова, это было куда гораздо хуже. Потому что я знаю, когда ей больнее всего — она молчит. Забирается к себе в голову, остается наедине со своими мыслями, и они терзают и мучают её. Как и тогда, когда я почти потерял её. Но сейчас не отпущу, ни к кому и ни за что.
Боль быстро пронзает меня, заставляя склониться. Процеживая воздух сквозь зубы, я с трудом выпрямляюсь. Оборачиваюсь на парня, что сидит в снегу и вытирает свой окровавленный нос. Озлобленность так и не проходит, как и эта чёртова боль, но я решаюсь оставить его.
Добираюсь до машины и открываю бардачок, в котором вижу заветное спасение от немыслимой боли. Закидываю пару таблеток, и откидываюсь на сидение закрывая глаза.
В голове все путается, и стараюсь думать о чем-нибудь приятном, только не об режущей боли. Вспоминаю, как в прошлый раз в это время обнимал Милли. Она помогала мне отвлечься в то время, пока действовало обезболивающее.
Тогда я впервые за долгое время, вновь почувствовал её аромат. Ей прикосновение и особенное тепло, на которое откликалось мое тело.
Сейчас я готов был отдать все, что у меня есть, лишь бы вновь ощутить тот момент.
Втягиваю ноздрями морозный воздух в непрогретой машине и вспоминаю её глаза. Стеклянные, холодные глаза. Это ужасно неприятно, когда она смотрит на меня так, будто я вновь чужак. Словно не я несколько дней назад, держал её тело в своих руках. И она так доверяла мне, откликалась на каждое касание, и я ощущал, как она хотела этого, также, как и я.
А теперь возвращаясь к её взгляду, прищуриваю от стыда глаза, представляя себя полным подонком в её голове. Нужно срочно поговорить. Если эта проклятая боль в ноге вскоре пройдет и подействует обезболивающее, то на то душевное гонение ничто не способно подействовать.
Я сижу еще примерно минут тридцать, пока понимаю, что боль полностью отступила. Завожу машину и вскоре отправляюсь. Дороги практически занесло, и я стараюсь не гнать, переживая, что так и не доеду до неё.
Но вот я уже оказываюсь на улице, где чуть дальше находится её многоэтажный дом. Я все еще помню номер её квартиры. Этаж. Но в нерешительности продолжаю сидеть в припаркованной машине. Не знаю с его я вообще могу начать разговор.
Сколько раз, жизнь кидала мне жизненные испытания, с которыми я старался справиться, но, все, что касалось Милли Смит — всегда заставляло мои внутренности прокручивать тройное сальто.
Не знаю, сколько времени я уже здесь сижу, но уже собираюсь выходить, когда вижу, как в мою сторону двигается фигура. Недолгая пауза заставляет меня приглядеться и сердце начинает биться резвее.
  
Глава 21
 
Милли
 
На трясущихся ногах я залетаю в квартиру. Не скидывая пальто, сажусь на пол и потираю переносицу. Голова стала ватной, а из-за слез мои глаза слегка опухли, и косметика вся слезла.
Но это последнее, что меня сейчас волновало. Я пыталась понять, рада же я была видеть его в этот момент? Что он опять появился тогда, когда мне так нужна была его помощь. Но в то же время у меня в сердце появилась трещина размером с Марианскую впадину.
Все мысли в ту же секунду закружились в голове. Эйдан и Сара. От одной мысли становилось так неприятно и больно. Да меня чуть не стошнило! Тот факт, что они скрывали это от меня уже, приводило меня в глубокую печаль. Обида подкатывала к горлу, оставляя неприятное послевкусие.
Поднявшись, я потрепала Тоби за ухом, как обычно делала увидев его. Но мне было совершенно не до слов.
Вспоминаю про разряженный телефон и думаю, что вероятно Келси волновалась и звонила мне. Пришлось поставить его на зарядку.
 
Скинув верхнюю одежду на пол, я подошла к зеркалу и провела ладонями по лицу. Стирая засохшую потекшую тушь.
Я вспоминаю его лицо, глаза полные тревоги и печали. Оно было таким опечаленным, будто извиняющимся. И на секунду я чуть не заулыбалась, как глупая девица. Лишь на секунду я так была рада его видеть, но потом явилась госпожа ясность. Она развеяла пелену мимолетной радости и заставила прийти в себя.
Эта перепалка между ними, постоянная борьба меня начала раздражать. Я конечно хотела, чтобы Нолану надрали зад, но в данной ситуации хотелось, как можно скорее ретироваться. Оставить все позади, бежать, от них обоих. Тот факт, что при виде меня Эйдан не сказал ни слова, лишь подтолкнуло меня к мысли, что он хотел бы извиниться. Но правда от этого вряд ли бы изменилась.
А я просто не готова, не хотела, чтобы он бросил мне горькую правду, в тот момент, когда Нолан смог бы еще раз усмехнуться над моей глупостью. Тебя использовали, глупая, проснись.
А я ведь говорил тебе. Раздражительный голос Нолана звучит в моей голове. И я всхлипываю, от противной жалости к себе.
Мои пальцы впиваются в тумбочку и мизинец задевает коробочку, что принес курьер. Пока я продолжаю всматриваться в свое отражение со злостью и пренебрежением.
Взгляд падает на неё. И я решаюсь открыть.
Внутри лежала бумага очень похожа на ту, что я видела в сундучке у Сары. Я подумала, что это какой- то розыгрыш, и кто-то прислал мне то же письмо. Вот только стоило мне его развернуть я поняла, что строки там другие.
Милли, ты всегда будешь моим другом. Что бы ни случилось, и как бы не восприняла прошлые письма. Я не смог поговорить с тобой лично, знаю, ты избегаешь меня в школе. Даже в магазине делаешь вид, что мы не знакомы. Но я не давлю, знаю, что тебе очень больно. Прости меня, если ты думаешь, что я хотел сделать тебе хуже.
На самом деле ты очень дорога мне. Не только, как друг.
В тот вечер, что я признался тебе. И ты не ответила на те письма, это вероятно означает, что чувства не взаимны. И возможно они уже в мусорном ведре, хотя я болтаю чушь. Смит бы так никогда не поступила. Ты просто решила сделать вид, что не читала их.
Знай — что ты никогда не потеряешь меня, как друга. Я хочу быть рядом, но не знаю, нужно ли это тебе теперь.
Пусть мои чувства тебя не пугают, но я должен был тебе признаться, иначе я бы не мог больше лгать тебе. Только не тебе, Милли.
Если ты дорожишь нашей связью, то приходи сегодня после полуночи на наше место. Если же ты не придешь, я пойму, что ты больше не нуждаешься во мне. И я обещаю, что больше никогда не появлюсь в твоей жизни.
Девчонке Смит.
От Эйдана.
Брови поползли к переносице. Лист бумаги затрясся в руках. Я ничего не понимала. Я вижу его в первый раз в жизни.
Прошлые письма? О чем он говорит? О тех письмах в сундуке Сары?
Кажется, что клубок мыслей стал затягиваться сильнее и тем самым сводя мой рассудок на нет. Сердце с трепетом защебетало, бившись изо всех сил. Я едва сдерживала стон, который издался из глубины.
Телефон за спиной зазвучал, предвещая смс.
Я мотнула головой и все еще не могла поверить, что это означает.
Телефонный звонок заставил меня обернуться, кажется на это мне потребовалось куда больше времени, пока я наконец смогла прийти в себя.
Незнакомый номер, вновь тот же, что звонил мне, когда я была в кафе с Ноланом. Я провела по экрану и поднесла его к уху.
— Милли? — раздался знакомый голос. И я встревожилась.
— Да, я вас слушаю, — я старалась говорить спокойно.
— Это Люк. Прошу не бросай трубку, позволь мне выговориться.
Мои губы слегка приоткрылись, когда я смогла понять, кто мне звонит. Я не стала возражать и ничего говорить, поэтому просто молчала.
— Милли, прошло много лет, — он кажется собирался с мыслями.
— Люк, ты хотел, что-то конкретное? Мне сейчас немного не по себе.