Магия вооружает (ЛП)

— Нам необходимо поговорить с Нэш, — объявила Цой.
— Непременно, — ответил Джим. — Мы вам не помешаем.
— Нам лучше сделать это в отделении, — настаивал Коллинз.
— Мой клиент арестован? — подал голос Барабас, выступая вперед.
Коллинз поморщился. Цой закатила глаза назад.
— Вам не обязательно выпрыгивать, как черт из табакерки, — сказал Коллинз.
— Просто знаю, как вы двое любите сюрпризы. Я хотел бы увидеть ордер, — объяснил Барабас.
Коллинз сжал челюсти.
— Ордера нет? — Мой адвокат улыбнулся.
Цой внимательно изучала комнату, считая. Десять оборотней против четырех полицейских. Вдруг лица всех помрачнели.
— Все это прекратится, если вы пойдёте нам на встречу, — сказал Коллинз.
— Мы готовы сотрудничать, если получим полный доступ к делу в лавке антиквариата и уликам, — предложил Джим.
— Этого не произойдет, — ответила Цой.
— Ваш выбор. — Джим пожал плечами.
Коллинз развернулся и пошёл к двери.
— Это еще не конец, — пообещала Цой и вышла с двумя парнями в форме на буксире.
Никто ничего не произнес, пока Сандра у окна не объявила: «Они сели по своим машинам.»
— Я же тебе говорил, — обратился Джим к Барабасу. — Я знаю Коллинза, он разумный мужик.
Барабас вздохнул.
— А я так надеялся на схватку.
Внезапно все обрело смысл: каким-то образом Джим узнал, что копы придут забрать меня, и привел с собой свой отряд, чтобы они не забрали меня.
— Как ты догадался, что они придут? — спросила я Джима.
— У меня свои источники.
— Прослушка на станции ОПА.
Черт возьми. Если их вычислят, придется здорово заплатить.
Джим улыбнулся, не обнажая зубов.
— Что-то вроде того.
— Они находятся под сильным давлением сверху из-за раскрытия этого дела, — объяснил Барабас. — Люди со змеиными клыками заставили кого-то в правительстве серьезно понервничать. И тогда я задумался, а знают ли они то, чего не знаем мы, и хотят ли они как можно быстрее положить конец всему этому. План состоял в том, чтобы забрать тебя и вынудить выдать немного информации. Мы не могли позволить им этого сделать — ты работаешь над делом, и нет причин, по которым ты должна тратить своё время, просиживая в их комнате для допросов. Поскольку у тебя не работал телефон, мы решили появиться раньше них.
— Мы заботимся о своих, — сказала Лукреция.
Но я не была одной из них. Ну, по крайней мере, официально. И все же они пришли сюда, чтобы поддержать меня. Я посмотрела в их лица и поняла, что они сделали бы это снова, и я сделала бы то же самое. В их понимании я уже была с ними.
Ух ты.
Впервые в жизни мне не приходилось скрывать, кто я есть. И они просто прикрывали мою спину.
Через полчаса все вышли из моей квартиры. Кайл захватил с собой компьютер. На выходе меня остановила Сандра.
— Тетушка Би хочет поговорить. Сегодня в десять в пекарне «Хайленд». Она сказала, чтобы ты не опаздывала.
Ласковая лапа альфы буд.
— Я буду там.
Джим вышел последним. Он задержался у двери.
— Я возьму всю беготню на себя. Мои люди займутся слежкой и раскопают грязь на Анапу.
— Ага.
— Я знаком с Коллинзом. Он компетентный и настырный. Когда ты выйдешь из квартиры, за тобой приставят хвост. Мне нужно, чтобы ты ничего не предпринимала следующие двадцать четыре часа или около того. Сама знаешь, как устроена игра: ты будешь громоотводом. Веди их по ложному следу, не теряй из виду, сходи пообедай с тетушкой Би, прогуляйся по рынку или что-то в этом духе. Будь где угодно, только не рядом с Анапой или Уайт-стрит. Пусть копы сконцентрируйся на тебе, чтобы мои люди могли спокойно работать. Тебе в любом случае надо бы получить выходной. Выглядишь паршиво.
— Ты до конца жизни останешься холостяком, Джим.
— Держись подальше от Уайт-стрит.
— Хорошо, я поняла.
Я выпроводила его за дверь и заперла ее. Мне срочно нужно раздобыть телефон, чтобы сделать один маленький телефонный звонок.
*** *** ***
В одиннадцать часов я вошла в дверь пекарни «Хайленд» в черных штанах, черной рубашке, боевых ботинках со стальным носком и красной помадой на губах. Этот образ идеально подходил «новой» мне. Мое тайное полицейское сопровождение удачно припарковалось прямо через дорогу.
 
Находившееся на Хайленд-авеню низкое кирпичное строение, в котором располагалась пекарня «Хайленд», почти не пострадало от разрушительных челюстей магии. Это место называлось Старый Четвертый район. До того, как магия поделила Атланту на части, Четвертый район был популярным местом с историческими зданиями начала прошлого века, прекратившими свою работу фабриками, переоборудованными в квартиры типа лофт, и отреставрированными «оружейными» лачугами: длинными, узкими прямоугольными постройками, некогда напоминавшими о бедности, и превратившимися теперь в модные жилища. Предположительно название произошло из-за конструкции дома: если выстрелить в такой из дробовика в парадную дверь, пули пройдут через весь дом и вылетят через заднюю дверь.
Старый Четвертый район служил пристанищем для «Бульвара» — места, где из рук в руки передавалось больше наркотиков, чем на каких-либо других улицах города вместе взятых, и Эджвуд-авеню, где десятки баров и ресторанов предлагали различные напитки, музыку и другие ночные развлечения.
Теперь, когда центр города лежал в руинах на западе, и Мидтаун был разрушен в равной степени, Старый Четвертый район значительно утихомирился. Бары и рестораны по-прежнему остались на своих местах, но обслуживали посетителей из рабочего класса. Это было место, куда плотники, каменщики и городские служащие приходили на обед, а пекарня «Хайленд» стала тем местом, где они останавливались по дороге домой, когда их охватывала тяга к сладкому.
Я проверила летнюю веранду — тетушки Би не было видно ни за одним из черных кованых столиков, поэтому я прошла внутрь мимо прилавка, заполненного кондитерскими изделиями из шоколада, ягод и сливок, через узкий коридор со скамейками. Ресторан был почти пуст — до обеда оставался добрый час. Тетушка Би сидела в углу, спиной к стене. На вид ей было чуть за пятьдесят, она слегка пухловата, с добрым лицом и каштановыми волосами, собранными в пучок. На ней была надета красивая зеленая блуза в сочетании с брюками цвета хаки. Она походила на бабушку, которая собиралась угостить вас печеньем.
Но не стоит верить глазам. Большинство людей остерегались тетушки Би. Черт, да я сама ее боялась. Даже другие альфы держались подальше, включая мою лучшую подругу, Консорта Царя Зверей. Всякий раз, когда упоминали об этой женщине, у Кейт появлялось это странное выражение лица. Не то чтобы тревога, но определенно насторожённость.
Справа от альфы клана гиен сидела Лика, ее бета. Высокая, хорошо сложенная, у неё были короткие темные волосы и суровое лицо, характерное для женщины-солдата, проводившей слишком много времени на активной службе. Среди буд клана было несколько женщин старше, более опытных и способных легко избавиться от Лики, но ни одна из них не хотела хлопот, связанных с работой беты клана. У бета-версий была довольно напряженная жизнь и много ответственности. Альфы принимали решения, но беты следили за тем, как они реализовывались.
Это мой шанс. Я присоединюсь к клану, как все и хотели. Но сделаю это на своих условиях.
Я остановилась перед столом и уставилась на Лику:
— Ты сидишь на моем месте.
Лицо тетушки Би оставалось совершенно невозмутимым.
— С чего это? — Брови Лики нахмурились.
— Двигайся, — сказала я ей.
— А ты подвинь меня.
 
Я взглянула на тетушку Би. Обычно публичные вызовы должны были заканчиваться смертью одного из участников схватки. Но здесь находились только мы трое.
— Вызов принят, — сказала она. — Но учтите, я не хотела бы терять ни одну из вас. Нас не так уж много.
Лика встала из-за стола. Она была примерно на шесть дюймов выше меня и, может быть, на сорок фунтов тяжелее, все это были худые, твердые мускулы. Она ни разу не видела меня в бою, а вот я знала все ее движения.