Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь

Крепко обняв жену за плечи, Генри силой отвел ее в сторону от тела и, повернувшись, попросил гердов:
– Вызовите полицию и «скорую».
Передав жену на руки женщинам, он велел им уйти в дом и увести всех детей. Вернувшись к охранникам, он с ненавистью посмотрел на пленных и тихо приказал:
– Уведите их в рощу и заткните рты. После отъезда полиции я с ними сам разберусь.
– Сэр, но вам нужно в госпиталь. Вы ранены, – осмелился напомнить ему один из охранников.
– Переживу, – отмахнулся Генри. – И не такое бывало.
Круто развернувшись, он вернулся на пляж. Вдали уже завывали сирены полиции и «скорой помощи». Они с Диком встретили прибывшие бригады прямо на пляже. Погрузив тело в глидер с красным крестом на борту, бригада медиков отправилась восвояси. А полиция принялась осматривать сбитый глидер и задавать дурацкие вопросы.
Мрачно глядя в глаза молодому детективу, Генри коротко и внятно рассказал, что нападение было совершено после наступления темноты. Куда делись нападавшие, он не знает, и кто это может быть, понятия не имеет.
Выслушав эту историю, детектив затянулся дешевой сигарой и, выпустив дым прямо в лицо Генри, нахально ответил:
– Надеетесь, что я поверю в эту историю? Где нападавшие? Не вздумайте брать закон в свои руки и устраивать самосуд. Сядете в тюрьму. Теперь, когда старика не стало, некому будет покрывать ваши похождения.
Яростно сверкнув глазами, Генри сгреб детектива за шкирку здоровой рукой и, встряхнув как крысу, с силой ударил коленом в живот. Моментально разогнув скрючившегося от боли полицейского, он нанес еще один удар головой в лицо и тихо прошипел:
– Слушай меня внимательно, ты, подонок. На этой планете я буду делать то, что сочту нужным, а ты, щенок, будешь стоять передо мной навытяжку и даже дышать станешь только по моему приказу. Это я тебе как полковник внешней разведки обещаю. А теперь забирай своих олухов и проваливай отсюда, пока я тебя не арестовал.
Услышав звание и статус, дававшие Генри право действительно посадить детектива под арест, бравый полицейский моментально увял и принялся что-то бормотать о своем незнании статуса Генри. Отбросив его в сторону, Генри мрачно посмотрел на топтавшихся в стороне полицейских и громко приказал:
– Забирайте этого болвана, и чтобы я вас здесь больше не видел. Завтра я сам поговорю с начальником планетарной полиции.
Услышав имя своего главного начальства, офицеры быстренько погрузили незадачливого детектива в глидер и моментально ретировались. Подойдя к другу, Дик проводил их взлет мрачным взглядом и тихо сказал:
– Правильно. Сами разберемся. Старик подстраховался, призывая нас в свидетели. Завещание давно уже лежит у его нотариуса. Пойдем, я тебе плечо перевяжу. Кровь сочится.
Молча кивнув, Генри последовал за другом. Он не хотел выяснять, как это получилось, и почему Дик не успел вытащить старика из кресла. Все было ясно и так. Это был случайный выстрел. Устало опустившись в одно из пустующих кресел, Генри терпеливо перенес процедуру перевязки и, получив укол обезболивающего, поднялся на ноги.
– Попроси Лану забрать детей, а Зака пришли в рощу, – сказал он Дику.
Не дожидаясь ответа, Генри прошел в рощу, где шестеро охранников с мрачными лицами приглядывали за связанными пленниками. Резким движением оторвав скотч, которым им заклеили рты, Генри приказал поставить обоих на ноги и, долгим, мрачным взглядом оглядев обоих, тихо сказал:
– Значит так, уроды. Есть два варианта развития событий. Первый. Вы рассказываете мне все, что я должен знать, и умираете быстро, без боли. И второй. Вы начинаете упрямиться, и тогда я буду рвать вас на части. По очереди. Рано или поздно один из вас заговорит. Но умирать вы будете очень долго. Так долго, что сами начнете просить меня о смерти. Я бывший косморейнджер. Надеюсь, никому не надо объяснять, что это такое? Эти парни служили в моей команде, – кивнул он на стоящих рядом Алекса и Эндрю.
– Ты обязан передать нас властям! – истерично выкрикнул один из нападавших.
– Я ничего и никому не обязан. Это моя планета. И я буду делать то, что сам решу, – презрительно усмехнулся в ответ Генри.
 
– Чтобы вы не питали глупых иллюзий, парни, скажу так, – неожиданно вступил в разговор Эндрю, – два часа назад вы убили первого владельца планеты. Теперь планета перешла во владение его внучки, а это ее муж. Выводы делайте сами.
– Ты не станешь нас пытать, – неуверенно ответил самый говорливый из бандитов, – мы же орать будем. Громко. А у тебя здесь дети.
– До чего же вы все примитивные, – усмехнулся в ответ Генри. – Детей увели спать. Далеко. Так что можешь орать сколько влезет. Ну, а ты чего молчишь, гнида? – неожиданно повернулся он ко второму бандиту.
– Сэр, кажется, вы ему челюсть сломали, – осторожно пояснил один из охранников.
– Ну, вот с него и начнем, – усмехнулся в ответ Генри, и от этой усмешки поежились даже охранники. – Вы, парни, можете возвращаться на свои места. Вам это все видеть ни к чему. Плохо спать будете.
Неуверенно переглянувшись, охранники медленно потянулись к выходу из рощи. Навстречу им, с пляжа, вошли Дик и Зак. Узнав, что Генри приказал им вернуться на места, Дик молча кивнул и посторонился, пропуская своих парней. Подойдя к молча стоящим десантникам, Дик со злостью посмотрел на бандитов и, ни слова не говоря, пнул ближайшего в колено.
Послышался тихий хруст, и пленник вскрикнул от резкой боли, заваливаясь на напарника. Шагнувший следом из темноты Зак, недолго думая, нагнулся и, подняв упавшего, просто шваркнул его животом о ближайшую пальму. Упав на песок, бандит хрипло закашлялся, пытаясь восстановить дыхание и расслабить сведенные судорогой мышцы.
– Похоже, так мы до утра возиться будем, – мрачно проворчал Генри, внимательно следя за реакцией второго бандита. – Брат, у тебя в хозяйстве не найдется случайно пары метров трубы, диаметром миллиметров сто – сто двадцать?
– Есть. А зачем тебе? – удивленно пробасил Зак.
– Сделай, пожалуйста, для меня одну вещь. Возьми трубу и один конец свари так, чтобы получился круглый конус. Ниже острия, сантиметров на тридцать, просверли пару отверстий, чтобы можно было вставить кусок арматуры, как ограничитель. Сможешь?
– Не проблема, – пожал плечами Зак, – дай мне полчаса, и все будет.
Удивленно почесывая в затылке, гигант быстрым шагом направился в свою пещеру. Растерянно посмотрев на Генри, Дик спросил:
– Что это за конструкцию ты придумал?
– Древнейшее орудие казни, – равнодушно ответил Генри, – кол. Малыш воткнет его в песок, а мы посадим одного из этих деятелей задницей на острие. Насаживаться на него он будет под собственным весом. Медленно. А когда доберется до ограничителя, остановится. Думаю, он нам все расскажет, только чтобы я не выдергивал поперечину. Долгая смерть. И далеко не самая приятная. Чувствовать, как стальная труба медленно пробивает все твои внутренности.
– Ты не посмеешь, – испуганно отозвался лежащий на песке бандит.
Медленно подойдя к нему вплотную, Генри резко ударил его по второму колену. Раздался очередной хруст, и бандит снова взвыл от боли.
– Командир, а можно я разомнусь? – неожиданно спросил Алекс, подходя ко второму бандиту.
– Действуй, приятель, только учти, он должен быть в сознании, – ответил Генри, делая приглашающий жест.
– Будет, – усмехнулся в ответ десантник, нанося бандиту удар в нижний свод ребер слева.
Тихий хруст и хриплое оханье сразу сказало Генри, что его подчиненные еще не утратили былых навыков. Рассвирепевший Алекс обрабатывал хрипевшего от боли бандита, как манекен. Через пять минут боец сделал короткий перерыв и, повернувшись к Эндрю, попросил:
– Подержи этого.
– Лучше подержи его сам. Я тоже разомнусь, – усмехнулся в ответ Эндрю, с хрустом сжимая пудовые кулаки.
– Как скажешь, старина, – усмехнулся в ответ Алекс, поднимая пленника.
Второй боец ни в чем не уступал своему старому другу. Спустя пять минут такой обработки оба бандита, плюясь кровью, извивались от боли на песке. Генри, замерший как изваяние, мрачно взирал на эту картину. Бандиты продолжали молчать.