Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь

* * *
Следующий после возвращения экспедиции день был полностью посвящен хлопотам по подготовке к празднику.
Старик Сталк загонял рядовых охранников корпорации до полубессознательного состояния. К вечеру праздничный стол был накрыт прямо на пляже. Несколько мест было отведено специально для гердов.
Наконец, все обитатели бухты расселись по местам, и старик, на правах самого старшего в этой разношерстной компании, поднял свой бокал. Произнеся тост за здоровье людей, сумевших совершить невозможное, старик пригубил свой бокал, и веселье начало раскручиваться.
Очень скоро народ расслабился, шутки стали более раскованными, а многие начали усаживаться в более свободных позах. Друзья пили, ели, танцевали и смеялись, чувствуя себя самыми счастливыми людьми на свете.
С наступлением сумерек охрана включила специально привезенные фонари на солнечных батареях, и веселье продолжилось. Даже детей никто не стал загонять в постель, дав им возможность от души поноситься по пляжу и вволю поплескаться на мелководье.
Только Генри и Дик периодически окидывали море и темноту неба внимательными взглядами. Несколько раз переглянувшись, друзья отошли в сторонку и, несколько минут помолчав, задали друг другу один и тот же вопрос:
– Опять?
Недоуменно посмотрев друг на друга, друзья невесело рассмеялись и снова принялись внимательно рассматривать черное небо.
– Схожу-ка я домой. Прихвачу кое-что, – задумчиво потянул Генри.
– Я уже прихватил, – проворчал Дик, отбрасывая полу легкой куртки и демонстрируя другу лучевой пистолет.
– А, я, похоже, слишком расслабился, – недовольно поморщился Генри.
– Брось, старина, – отмахнулся Дик, – не можешь же ты постоянно быть настороже.
– Должен, – коротко ответил Генри. – Это моя семья, я просто должен быть постоянно настороже.
Быстро пробежав к дому, он вихрем влетел в арсенал и, прихватив с полки свой любимый штурмовик, побежал обратно. Его короткого отсутствия никто не заметил. Молодежь весело отплясывала на песке, а старик, в окружении гердов, что-то увлеченно вещал.
Быстро переглянувшись, друзья не спеша присоединились к веселью. Чуть улыбаясь, Генри наблюдал, как Натали, раскрасневшаяся от вина, весело танцевала с Алексом, Эндрю, Анной и Сенди. Эта четверка принялась танцевать уже после третьего бокала. Заводилой, как ни странно, оказалась Сенди.
Неожиданно Дик насторожился и, отойдя чуть в сторону, принялся внимательно вслушиваться в ночь. Заметив его настороженность, Генри тоже отошел к самой кромке прибоя и, подняв голову, прислушался. Следивший за ними краем глаза старик прервал свой рассказ и, извинившись перед удивленными гердами, направил свою площадку к замершему на песке Дику.
– Что происходит, Дик? – тихо спросил старик, подгоняя свою площадку вплотную к нему.
– Кто-то упорно кружит на глидере вокруг бухты, – мрачно отозвался Дик.
– Давно?
– Уже минут десять.
– Может, какие-нибудь особо любопытные туристы? – предположил старик.
– Может, – пожал плечами Дик, не прекращая своего наблюдения. – Вот только туристы не стали бы гасить габаритные огни машины.
– Как быть? – встревоженно спросил старик.
Не обращая на него внимания, Дик, связался с дежурной бригадой охраны и приказал немедленно взлетать. Задачу своим парням он поставил далеко не обычную. Найти кружащий над бухтой глидер и вынудить его приземлиться. После чего задержать пассажиров для дальнейшего выяснения их планов.
Кто находится в глидере и с какой целью оказался в бухте, Дика не интересовало. Вся территория бухты являлась частной собственностью, и полеты любых транспортных средств без разрешения владельцев были запрещены.
Через минуту в небо взмыли три машины охраны. Заметив взлетающие машины, Генри быстрым шагом направился к веселящимся друзьям. В то же время кружившая над пляжем машина резко пошла вниз. Зависнув в нескольких метрах над водой, глидер развернулся к пляжу правым боком и из открытого окна ударил лучевой пулемет.
Серия пульсирующих лучей ударила в песок рядом с танцевавшими. Бойцы успели подхватить своих подруг и броситься на песок. По ходу дела Алекс успел подставить подножку Натали, ловко уронив ее на песок. Взвившись в воздух, Генри выхватил штурмовик и всадил четыре заряда в борт глидера.
 
Машину повело. Стрелок, так и не прекративший пальбу, качнул стволом лучемета, поливая все свободное пространство пляжа раскаленными струями огня. Генри перекатом ушел в сторону и снова выстрелил. К нему присоединился Дик, и под перекрестным огнем зависший над водой глидер начало мотать из стороны в сторону.
Шальным выстрелом Генри обожгло правое плечо. Выронив пистолет, он упал на песок и, ругаясь сквозь зубы, перехватил его левой рукой. Бойцы успели увести женщин за деревья. Машины охраны насели на атакующий глидер, и в воздухе завертелся самый настоящий воздушный бой.
Подбитая машина не могла долго выдержать максимальные нагрузки и во время очередного виража двигатель отказал. Глидер нападавших заглох и стремительно рухнул на мелководье. Привстав на одно колено, Генри навел пистолет на лежащую в воде машину.
Успевший сбегать в арсенал Зак выволок из пещеры мощный галогеновый фонарь. Яркий луч выхватил из темноты упавший глидер. Из покореженной кабины медленно выбирались два помятых индивида. Подбежавшая служба охраны моментально скрутила обоих и, защелкнув на запястьях наручники, погнала на берег, по пути награждая увесистыми тумаками.
Нападавших выволокли на берег и поставили на колени. Зажимая рукой плечо, Генри подошел к нападавшим и, мрачно оглядев обоих, перевел взгляд на Дика.
– Кто-нибудь их знает? – громко спросил Дик, оглядывая подчиненных.
Все участвовавшие в захвате нападавших охранники молча закачали головами.
– Кто такие? – хриплым от боли голосом спросил Генри.
– Неважно, – криво усмехнулся один из пленных, – поймали, так передавайте полиции.
– Не будет никакой полиции, мерзавец, – яростно ответил Дик, пиная его в челюсть.
Удар тяжелого ботинка стер улыбку с лица пленника. Выплюнув на песок зубы и кровь, он злобно покосился на стоящих перед ним друзей и мрачно пообещал:
– А вот за это ты мне еще и за моральный вред заплатишь, падаль.
Следующий удар нанес сам Генри. Это был классический футбольный удар, отправивший бандита в глубокий нокаут.
– Ты так и не понял, козел, что полиции не будет. Мы разберемся с тобой сами. По-своему. Тащите их в скалы, – приказал он охранникам.
Подхватив пленных, охранники волоком потащили их в небольшую пальмовую рощу, затерянную среди скал. Установившуюся над бухтой тишину неожиданно пронзил громкий крик Натали:
– Де-ед!
Круто развернувшись, Генри увидел жену, стремительно бегущую по песку в сторону берега. Не раздумывая ни секунды, Генри бросился следом. Подбежав к перевернутому креслу, он упал на колени и, шипя сквозь зубы от боли в простреленном плече, осторожно перевернул тело старика на спину.
Случайный выстрел пробил легкое, чуть-чуть не зацепив сердце. Старик был еще жив, но спасти его они уже не могли. С трудом подняв слабеющую руку, он погладил внучку по щеке и тихо прошептал:
– Жива. Слава богу. Нашу породу так просто не убьешь. Детей береги и помни, он – твоя стенка. Только с ним ты сможешь жить так, как хочешь. Жаль, еще одного правнука увидеть не смогу. А ты, капитан, сбереги их. И себя заодно. Не плачьте, я хорошую жизнь прожил. Внучку вырастил, правнуков увидел, состояние нажил. Теперь это все ваше. Слышишь, Дик, и вы двое, – он перевел взгляд на стоящих рядом гердов, – будете свидетелями. Все мое состояние переходит к ним. Обоим. А если разойдутся, то к правнукам. Только так. И главное, никогда не спорь с ним, Тата. Он лучше знает. Поверь старику. Детей берегите, – тихо прошептал старик и, сделав последний вздох, замер.
– Дед… Дед, не надо, пожалуйста, – срывающимся голосом произнесла Натали и в голос, по-бабьи завыла.