Ректор для дерзкой (СИ)

Вперед вышел фарн, встреченный добродушной улыбкой регента.
— Всевластный, — произнес Земезис сухо, проходя в центр зала. — Преступница поймана. Предлагаю обсудить инцидент, связанный с ней, после того, как вы разберетесь с делами более насущными.
Стоило голосу фарна прозвучать, как все присутствующие подле регента склонили головы в знак уважения, прекратив перешептываться. По щелчку пальцев Эригарда, карта Ральмона исчезла с легким хлопком. Поправив воротник роскошной мантии, он махнул рукой начальнику стражи. Вероятно, это был знак ожидания, поскольку тот, словно по команде, сделал шаг в сторону и положил ладонь на рукоятку секиры, не сводя глаз с Земезиса.
— Благодарю, фарн. — Регент медленно встал и сделал несколько шагов навстречу. — Как говорится — кто, если не вы. Раз уж даже главе Майоронту не удалось справиться с обычной студенткой.
Эригард недовольно сощурился в сторону Майоронта, стоявшего в окружении лаборантов Исследовательского центра неподалеку. Глава смущенно опустил взгляд.
Я со злорадным удовольствием отметила, что видок у него не очень — кажется, знахари не успели как следует его подлатать. Вокруг шипов, украшающих голову Майоронта, были заметны следы исцеляющего заклинания — легкая серебристая дымка. Ну, хоть мигрень у него осталась, уже что-то…
— Собственно, — продолжил регент, отвлекая меня от созерцания присутствующих, — с делами мы уже разобрались. — Эригард оглядел зал и поднял руки ладонями вверх. — Приступайте к своим обязанностям.
Я увидела, как напряглась спина фарна. Очевидно, ему тоже стало не по себе от столь масштабных секретных совещаний. Или же это была скрытая демонстрация готовности к атаке. Сзади было не понять, что написано у него на лице, но проходящие мимо «коллеги» старательно отводили глаза, едва зацепившись за него взглядом.
Пару минут спустя в зале остались лишь несколько человек. В наступившей тишине негромко раздался голос фарна.
— Полагаю, на время обсуждения дальнейшей судьбы провинившейся студентки, веревки следует снять? — Он небрежно кивнул в мою сторону. — Неизвестно, сколько будет длиться совет.
Регент глубоко вздохнул и сложил руки на груди.
— Что ж, — произнес он после недолгих раздумий, — гуманность вашей позиции я понимаю, фарн, но у нас, в Ральмоне, другие правила. Нарушители закона знают, чего им ожидать, а именно — суровых наказаний. Одно из них включает в себя — ожидание приговора. Девушка на совете присутствовать не будет. А без нашего с вами контроля — кто знает, на что она способна? Считаю путы здесь необходимой мерой.
— Ясно, — ответил фарн ровным голосом, не выказывающим никаких эмоций. — В таком случае, разумнее было бы перевести ее в соседнюю комнату под ответственность начальника стражи. Так всем нам будет спокойнее.
Регент, похоже, не оценил иронии — костяшки пальцев на изящно сложенных руках побелели. Я преисполнилась благодарности по отношению к Земезису — можно было поспорить на сотню кристалльных бусин, что Всевластный планировал передать меня в руки Майоронта. В Исследовательском центре вполне мог бы произойти несчастный случай с моим участием. Разумеется, это не относилось к разряду обычной расправы над провинившимися жителями. Просто я знала слишком многое, и регента здесь можно было понять. Ход его мыслей по жесткому выражению лица несложно предугадать. Теперь присутствие в приемных покоях главы Майоронта, увидеть которого вне Исследовательского центра можно лишь в исключительных случаях, уже не казалось таким странным фактом. Пион тихонько поскребла мое плечо.
«А как ты хотела, девочка? — она недовольно завозилась. — Я с самого начала говорила, что взаимодействуя с человеком вроде регента, нужно думать трижды».
Я вздохнула. Значит, она тоже поняла, насколько мы вляпались.
«Не обобщай», — насмешливо и по-теплому отозвалась она.
Тем временем регент вполголоса обсуждал с начальником стражи дальнейшие действия, касающиеся моей скромной персоны.
Земезис поглядывал из стороны в сторону, оценивая зал — приближенных Эригарда. На меня он не обращал особого внимания.
 
— Исполняйте, — подвел итог регент, указывая начальнику стражи мое местоположение, будто тот сам бы не догадался. Ох уж эти официальные разговоры… — Когда мы закончим, я дам вам знать.
Мне ничего не оставалось, кроме как смиренно последовать к боковому выходу из зала. Надо отдать должное начальнику стражи — умело перехватив веревки, стягивающие мои саднящие запястья, он, поморщившись, слегка ослабил узлы. Я бросила взгляд на регента — тот ничего не заметил.
Стоило переступить порог, как дверь захлопнулась. Я отошла в указанном начальником стражи направлении — к небольшому столику, вокруг которого вразнобой расположились стулья. Краем уха уловила начавшийся сразу после нашего ухода разговор. Кажется, речь шла об усилении охраны границ города… Эригард по обыкновению пускает пыль в глаза. Остается надеяться, что фарн окажется умнее.
— Как к вам обращаться? — услышала свой напряженный голос.
С начальником стражи мы были знакомы на уровне взаимных приветствий, когда я приходила к регенту. Знала лишь, что он большую часть времени проводит в казарме, небольшой пристройкой оборудованной вплотную к Цитадели.
— Никак не обращайся, — ответил он, недовольно поглядывая на меня из-под кустистых бровей. — Ты создала много ненужных проблем, а их и без того сейчас предостаточно. Говорить мы не будем.
Я растерянно взглянула на Пион, словно ожидая помощи в переговорах.
«Очевидно, все тут расстроены», — протянула она.
Я пожала плечами. Что поделать — выбора тогда не было. Хотя подобные мелочи вообще не должны беспокоить при нынешнем положении вещей. В конце концов, в Цитадель мы попали, и фарн на нашей стороне. По сравнению с тем, что может произойти в ближайшие часы, рухнувший этаж в Школе — сущая ерунда.
Более внимательно присмотревшись к начальнику стражи, я заметила, что он и вправду скрывает нешуточную тревогу. Прищуренный взгляд, напряженная морщинка на лбу… для бойца его ранга уже это означало, что задумался он о проблемах государственной важности.
Тут в голову пришла неприятная догадка, и сердце едва не выпрыгнуло из груди. Я поборола желание броситься назад, в уже запертую на ключ дверь. Когда мы зашли в покои регента, разговор шел на повышенных тонах. Получается, собравшиеся в курсе того, что регент готовится к войне. Уж лаборанты, а тем более, Майоронт, регулярно ведущие записи о нашествиях лесных тварей, должны знать, что городу ничего не угрожает. Вывод напрашивается только один…
Я отвернулась, чтобы начальник стражи не заметил распиравших меня эмоций, наверняка отразившихся на лице.
— Садись, — вдруг произнес он, угрожающе лязгнув секирой. — Вряд ли ты здесь задержишься, но все же.
Закусив до боли губу, я устроилась на ближайшем к двери стуле, в надежде услышать хоть что-то.
Глава 61
Секунды сливались в минуты, а минуты, казалось, перетекали в часы. До меня доносились лишь обрывки фраз, из которых, увы, не удавалось извлечь ничего полезного. Как бы там ни было, я понимала: сейчас, как никогда, следует мыслить здраво, не впадать в панику, постараться составить план действий на случай, если что-то пойдет не так. Однако беспокойство одолевало слишком сильно, и привести голову в порядок, да еще и под надзором начальника стражи, не представлялось возможным. Сделав вид, что разглядываю узорчатую стену, я мысленно воззвала к Пион.
«Да, я в курсе, в каком кармане находится любовное зелье, — сразу прозвучал в голове ответ. — Но тратить его на стражника — идея не из лучших».
Я поджала губы, прекрасно понимая, что Пион права. Даже если удастся обезвредить его таким способом, вызвав неконтролируемое расположение — зелье все же стоило приберечь для совсем кризисной ситуации. В конце концов, даже если бы меня не буравили сосредоточенным взглядом из противоположного угла, все, что я могла сделать тут — это развязать руки. Делу это вряд ли помогло бы. Наверняка я услышала бы достаточно, прислонив ухо к двери, но стражник, очевидно, не обрадовался бы такому поведению. Так что оставалось лишь нервно стучать пальцами по столешнице, втайне надеясь, что это его хоть немного раздражает.