Янтарный Меч. Гексалогия (ЛП)

В итоге все сходилось на нем: в нынешней ситуации виноват был именно он.
«Ладно, смысла оплакивать свершившийся факт уже нет: надо думать, что делать дальше…. Амман – один из местных архиепископов, и противник он серьезный. Пускай и должность у него не самая важная, и Щит – не самый мощный Элемент, но это ничего не говорит о его силе: в Соборе персонажа, способного устроить неприятности как умеет он, еще поискать. К тому же, даже Элемент Фантазийного ранга нельзя считать непобедимым – на все найдется управа.
Все эти мысли в мгновение ока проносились у Брэнделя в голове: он лихорадочно думал.
Том 3. Глава 167
Янтарный меч – том 3 глава 167
Глава 167 – Смерть
Амман оказался именно тем редким случаем, когда весьма посредственный сам по себе Элемент задействовался на полную, давая в итоге огромную силу. Щит удачно скрадывал слабости профессии Жреца, давая время и возможность спокойно творить заклинания. И это – не говоря уже о дополнительных «примочках», ставивших его вровень с боевым магом и на порядок выше воина в иерархии силы.
В игре обвешанный всевозможными усилителями Жрец вписывался даже в «золотую касту» сильнейших, и сравниться с ним могли уже только Берсерки на пике ярости и некоторые из совсем уж продвинутых профессий.
«В дуэли его не одолеть никак – уровень намного выше, а из его набора заклинаний мне доступна треть – не больше: остальными он меня просто уничтожит…»
Амман в это время заговорил вновь, подметив с холодной улыбкой:
Время тянуть изволишь, твое лордейшество? Или решил, что раз леди Вероника не хочет твоей смерти, бояться нечего? Так вот, не убивать – это одно, а что с тобой сделать помимо этого я вполне найду.
Брэндель замер.
А ведь твоя верная подчиненная, нет, даже не подчиненная, а компаньонка, та хорошенькая девчушка, спряталась здесь неподалеку… Уверен, тебе не хотелось бы, чтобы с ней приключилась какая-нибудь беда, не так ли? – задумчиво проронил Амман, взглянув на дерево поблизости.
«Фейл, фейл, фейл! Полный провал!» – Брэндель метался в поисках выхода, но тот упорно не находился. Единственной реальной перспективой сейчас казалась гибель всех его спутников и друидов в придачу, последующее падение Трентайма. А дальше, видимо, точь-в-точь, как и в игровой истории, та же печальная участь ждет и Фрейю, и принцессу-регента, и все королевство…
Все пути хоть что-то изменить стремительно закрывались.
«Что ж, если так… »
Брэндель с силой сжал рукоять меча обеими руками и активировал Прорыв Силы, выдирая клинок из рук Аммана. Тот на мгновение поразился такому скачку силы и неосознанно отступил, но буквально на шаг. Брэнделю хватило этого мгновения, чтобы выровняться и принять атакующую стойку.
Архиепископ решил, что противник таким образом пытается не дать ему воспользоваться силой Элемента, и только порадовался. Да, с такого расстояния Щит ему в ход не пустить, но и парню, с другой стороны, не уклониться от его атаки.
«Дурак, не просчитывает последствия!» – хохотнул про себя Амман, вытянув вперед пятерню и выпуская с каждого пальца по золотому крестообразному лучу:
Святое слово: сокруши!
Пять лучей света выпалили одновременно, но не на полную: Амман берег силы, понимая, что навряд ли хотя бы один из них попадет в цель. И раз уж противник слишком быстр для такой ерунды, следом, по весьма предсказуемой, как ему показалось, траектории отступления Брэнделя, полетело еще одно заклинание:
Святое слово: связать!
Последовавшие за этим события едва не заставили его промахнуться, утратив концентрацию:
Брэндель не стал уклоняться от лучей, а бросился прямиком на них.
«Этот дурак из ума выжил?! Пускай я не особо старался, но если попадут все пять – даже при Золотом ранге убьет на месте!»
Амман так и замер, как завороженный наблюдая за тем, как заклинания на полной скорости с приглушенными всплесками вонзаются парню в плечи и живот. Почему-то заложило уши и вспомнилась Вероника. Правда, не надолго: ее мнение сразу же утратило всякое значение, потому что…
 
Противник продолжил движение, словно и не раненный вовсе.
Даже самой Веронике прямое попадание подобного заклинания нанесло бы смертельный урон.
«Как такое возможно?! Почему ты как ни в чем не бывало… Берсерк?!»
… Явно нет: горевший холодной, но вполне разумной яростью взгляд Брэнделя опровергал такую возможность.
Эта мгновенная заминка не оставила Амману возможности предпринять что-то еще. Впрочем, лобовой удар Гальран Гайи ему не повредил бы: он просто наложил еще один слой защиты на сутану, закрыв себя по максимуму. Защита вышла поразительной силы, неуязвимая и проверенная поколениями предшественников: выдержала же она прямую атаку лернейской гидры, в конце концов.
И тут Брэндель, к его немалому удивлению, мгновенно метнулся прямиком к нему и заключил его в объятья.
А ну пусти, чертов прохвост! – завопил архиепископ, опешив от такой фамильярности. Впрочем, мгновение спустя он понял, зачем парень это затеял: ему весьма просто, но эффективно блокировали все движения, не давая творить заклинания.
Сановник Собора, привыкший к уважению и почтительной дистанции, явно не ожидал столкновения в духе уличной драки, и в панике завертелся, пытаясь выбраться из захвата. Попутно стало понятно, что тащат его строго в определенном направлении, куда-то назад.
Брэндель знал, что делал: сказывалось тесное знакомство и постоянные стычки с магами и сановниками Собора в игре, благодаря которым он прекрасно понимал, как ограничивать их движения. Конечно, против кого-то вроде Аммана надолго такого маневра не хватит, но нескольких секунд вполне хватит, чтобы продержаться.
Риск себя оправдал: архиепископ понятия не имел, что противопоставить такому абсурду, и из ступора его вывел только внезапный крик Вероники:
Берегитесь!
Исхитрившись обернуться, Амман мгновенно побледнел. Позади его ждали трупы не сумевших остановить гидру сквайров, а прямо на них на бешеной скорости неслась драконья голова.
«Сосунок решил покончить с собой и утащить меня следом!»
Догадка недалеко ушла от истины.
Еще миг – и расширившиеся от испуга глаз архиепископа заполнила, приближаясь, ужасная разинутая пасть. Каждый клык – размером с полноценный клинок и столь же острый, и все опасно сверкают, неся с собой только смерть. Не выдержав, Амман заорал как резаный:
Отпусти, с ума сошел?!
А что такое, ваше высокопреосвященство, почитаемый архиепископ Собора Святого Пламени и так далее и тому подобное, боишься какого-то безумца? – уверенно и сосредоточенно продвигаясь навстречу монстру, холодно ответил Брэндель, сверкнув напоследок улыбкой.
Брэндель! – воззвала к его разуму Вероника, бессильно наблюдая, как на обоих надвигается драконья пасть, – что ты творишь, отпусти, уходите!
Ей до последнего не хотелось верить, что этот юноша дерзнет убить самого Аммана. Пускай она и была о нем невысокого мнения, но перспектива присутствовать при смерти архиепископа Собора, не в силах ничего сделать для его спасения, явно не вдохновляла.
Ситуация осложнялась.
Пусти! Парень, ты же и сам тоже погибнешь! – ни разу с момента становления епископом Амман не чувствовал подобного страха. Кровь словно загустела в жилах, и от ужаса он уже готов был начать бессвязно вопить.
За неимением, как говорится – так хоть тебя прихвачу за собой в ад! – с усмешкой пообещал Брэндель, удвоив усилия и прожигая противника немигающим взглядом.
Утратив остатки достоинства, старик завизжал, словно свинья на пороге скотобойни:
Ты… смеешь! Убийство архиепископа!! СОБОРА!!
Скривившись от ярости, Брэндель активировал Ускорение.
Оба на полной скорости влетели в открытую пасть. Полуметровый клык пронзил Аммана со спины, показавшись из груди. Тот уставился на клинок, не веря своим глазам: совмещенное ускорение гидры и Брэнделя устроило чудовищной силы столкновение, пробившее все слои его защиты.