Янтарный Меч. Гексалогия (ЛП)

Заметили это только Брэндель с Вероникой: даже сам Амман, шокированный столь внезапной атакой, упустил случившееся, как и его испуганные нападением на господина сквайры.
Мальчик мой, – решила вдруг заговорить Ортлисс, – тот драгоценный камень, он выглядит знакомо!
Только успевший выйти из ступора Брэндель снова замер, в этот раз уже под влиянием услышанного. Героическому духу из далекого прошлого не так-то просто встретить артефакт-современник, так что выходило, что вещица эта из далекого прошлого. Поразившись мимоходом, откуда Амман взял такую древность, он решил отложить рассуждения на потом: лернейская гидра усиливала атаку, в это раз уже разъяренная неудачей.
Показались три драконьи головы, и все они прожигали взглядом людишек на земле. Исторгнув сотрясший все вокруг рев, головы понеслись к цели, раздражающим насекомоподобным на земле.
К радости Брэнделя, ни одна из голов не избрала целью именно его: две нацелились на Веронику, одна – на Аммана. Пускай этому туманному кошмару и было далеко до настоящей лернейской гидры, но и против такого ему не выстоять. Обе «цели» тоже быстро поняли, что снова в опасности, и приготовились. Бросившихся на выручку сквайров уничтожило в мгновение ока: те даже не успели понять, что произошло – просто подарили Амману две секунды: каждая ценой в жизнь.
Брэндель, даже не понимая, почему его не атакуют, не стал тратить время зря, поспешно откатившись в ближайший кустарник, и уже в укрытии принялся думать, как отсюда выбраться.
А ну стоять! – выкрикнула взбешенная Вероника, несмотря на атаку гидры успевшая засечь его маневр. Взмахом меча она послала в него луч энергии меча, но впопыхах промахнулась. Впрочем, две головы гидры не оставили ей времени на попытки продолжить преследование: стоило ей поднять ногу, чтобы броситься за Брэнделем, обе возникли на пути, перекрывая путь. Оставалось лишь в бессильной ярости наблюдать за бегством юркого малолетки.
Чертово ты чудище! – бросила в сердцах Вероника, скрипнув зубами и впервые за все время похода выйдя из себя настолько, чтобы выругаться вслух.
Том 3. Глава 166
Янтарный меч – том 3 глава 166
Глава 166 – Тактика? Какая тут тактика?!
Архиепископ Амман, остановите же его!
Поняв, что не сможет продолжить преследование, Вероника обратилась за помощью, а сама занялась гидрой. Первым делом она контратаковала ближайшую несшуюся на нее драконью голову: взмах меча – и лазурный клинок с ослепительным сиянием врезался в но. Но тот лишь на мгновение обратился в туман и тут же вернул форму, а отдача от удара отправила хозяйку меча в десятиметровый полет назад.
С отступлением вторая голова гидры бросилась в атаку под острым углом, оставив Веронике время только на то, чтобы с рыком отступить, уклоняясь от атаки. Прямо на нее снарядом по земле неслась, заставляя пятиться назад, сгустившаяся мгла, а гнавший туман ветер уже гнул черные сосны.
Длинные волосы Вероники подняло ураганом, на мгновение блокируя обзор. Сумев наконец откинуть их в сторону, она замерла от душераздирающего зрелища: сквайры Собора один за другим вставали на пути у третьей головы, жертвуя жизнями, чтобы дать Амману время прийти в себя.
С трудом приподнявшись, Амман замешкался, решая, бросаться за Брэнделем или разбираться с гидрой. Оставался лишь один шанс попытаться преследовать, но погонись он за Брэнделем – никому из его людей почти наверняка не выжить. В итоге возобладали жадность и желание заполучить легендарный меч. Правая рука архиепископа взмыла вверх, формируя заклинание, и из кольца на его большом пальце вырвалось, принимая форму узора, священное пламя – символ Собора.
Именем Пламени, тебе не уйти, как ни старайся! Вернись, Святое слово: связать!
Услышавший это Брэндель едва не споткнулся на бегу.
«Ты серьезно сейчас послал заклинание сильнее Седьмого круга, издеваешься?!»
Магией Святого слова могли воспользоваться всего две профессии – ведьмы и жрецы – и их проклятья и заклятья приравнивались к Божественному языку. Способных остановить кого угодно Слов хватало у обоих, и особенно эффективно они действовали на воинов с низким уровнем Воли. Брэнделю, несмотря на все «инвестиции» в профессию Элементалиста, именно этого и не доставало. В итоге противопоставить магии Аммана ему было нечего, так что стоило тому закончить призыв – у него на пути вспыхнуло пламя.
 
Обернувшись, он метнул в довольно ухмыляющегося архиепископа преисполненный ярости взгляд и процедил:
А ваше высокопреосвященство, похоже, всерьез вознамерилось меня задержать?
Естественно, – ответил тот.
Надеюсь, вы не пожалеете о своем решении! – бросил Брэндель, решив, что дальнейшие разговоры бесполезны, и перехватив меч обеими руками, бросился на Аммана.
А ты дерзкий, щенок, – прошептал тот, разом стирая с лица все эмоции. Обычный человек хотя бы засомневался, а то и вовсе не осмелился бы пойти против Собора Святого Пламени. То ли решительность, то ли безрассудство Брэнделя заставили его задуматься, не ставит ли тот под сомнение власть – и его, и Собора.
Щит!
Вырвавшийся у архиепископа из ладоней световой щит с шестигранной поверхностью остановил меч: Гальран Гайя врезался в него, высекая искры.
Брэндель понял, что это не заклинание, а уже сила Элемента Аммана, а значит тот уже готовит следующую атаку. И действительно, из сутаны вырвалось красное пламя, еще один уровень защиты.
«Надеюсь, последний».
Поступил бы ты мудрее да сдался! – предложил Амман, уже творя новые чары.
Брэндель вместо этого левой рукой оттолкнул щит, но рука архиепископа тут же перехватила Гальран Гайю, сжав клинок со странным металлическим скрежетом.
В ход пошла еще одна магия Святого Собора, Железный кулак.
Усиленный заклинаниями священнослужитель вполне мог сравняться в бою с воином с полным комплектом оборудования, но у Аммана в наличии осталось всего две «примочки», и Брэндель чувствовал, что силы равны.
Пускай ты и еретик, но Собор Святого Пламени и Церковь Света пока не на военном положении, так что даю слово дворянина: действуя от имени Собора и по всем его правилам, гарантирую, что не нанесу вреда другому дворянину, даже кому-то вроде тебя. Можешь даже выкуп сам за себя заплатить, – мрачно и издевательски рассмеялся Амман, одним взглядом следя, как его людей одного за другим уничтожает гидра.
«И почему смех этого ублюдка кажется мне знакомым?» – всплыла вдруг в голове у Брэнделя странная мысль.
Всплыла и пронеслась мимо – сейчас за ней все равно не угнаться. Может, вспомнился какой-то противник из геймерского прошлого, но времени на раздумья посреди боя не оставалось. Попытка выдернуть меч из цепкой хватки закончилась неудачей: клинок застрял намертво. Саркастически ухмыльнувшись, он осведомился, не сдерживая презрения в голосе:
Вот как? И что же ваше высокопреосвященство соизволит пожелать в обмен на мою жизнь?
Думаю, Гальран Гайя, и что там угодно командиру Веронике – справедливое предложение, не так ли?
Сам Амман считал, что безопаснее было бы убить парня, но Вероника не согласилась бы, так что приходилось пока что считаться с ее мнением.
Брэндель рассмеялся.
«Отдать Гальран Гайю?! Да меня на пути до Вальхаллы и Огненного семени в ней ждет непонятно сколько монстров – поражение неизбежно! Помощь Веронике – тоже пустая затея: еще дождусь, что придется столкнуться с Андешей, а она посильнее этих двоих будет!»
У него в груди зрела ярость. Кровь кентавров уже на его руках, а поражение здесь и сейчас означает, что не только Зеленая башня с ее Огненным семенем, но и весь Трентайм будет в опасности из-за нашествия монстров.
К тому же, непонятно было, что делать с Киррлутцем: раз Вероника заявила, что слухи пошли не от нее, сразу стало понятно, что источник – Фаэна с ее спутниками, и сделали они это втайне и без ее разрешения.
И все же все проблемы начались после того, как он повторил тот древний обет. Если бы не он – представителей Империи тут не было бы вовсе. Пускай Собор творит что хочет в этом ничего нового – но именно Амман вряд ли посмел бы настолько загонять его в угол.