Жена или смерть (сборник)

- Чем ты занималась весь день?
- Загорала на крыше.
- Ты начинаешь походить на индуску.
Она рассмеялась и повернулась к столику, на который заранее выставила джин, вермут, лед и стаканы.
- Как гольф?
- Неплохо. Кстати, сегодня я отказал перспективному клиенту.
Она обернулась и подняла бронзовые брови.
Я рассказал ей об Элвине Бэйне, пока она наливала и осторожно смешивала джин, вермут и лед. Когда я кончил, она подала мне стакан и сказала:
- Бедняга. Похоже, он хороший парень. Мне бы хотелось, чтобы ты ему помог.
- Я тоже этого хотел, но в такое дело лучше не вмешиваться.
- Где мы обедаем?
- Где хочешь.
- Только не в клубе, Джим. Эта субботняя публика, по-моему, слишком шумлива.
- В каком-нибудь уютном месте с тихой музыкой?
Она кивнула, улыбаясь мне поверх стакана. У Сэнди был короткий задорный носик, усыпанный мелкими веснушками.
- Я знаю такое место, если ты не против проехаться. Это на восточной стороне…
- Сегодня славный вечер для прогулки, - сказала Сэнди. - Ой, чуть не забыла, на той неделе приезжает мама.
- Хочет присмотреться ко мне, а?
- Может быть. Помнишь, мы ездили на ферму в День благодарения? Ты был тогда всего лишь моим боссом, но, мне кажется, ей всегда не особенно нравилось, что я работаю у тебя. Боюсь, что ты представляешься ей испорченным частным соглядатаем, накоротке с бутылками и блондинками.
- Что ж, - сказал я, - по-моему, она права…
Для вас будет лучше, если это не так, Джеймс Беннет.
Да, мэм.
Мы сидели рядом на низком диване и отпивали из своих стаканов. На проигрывателе крутилась пластинка Штраус. Мы разговаривали, слушали мелодичную музыку, и это было очень приятно.
Несколько раз мы поцеловались и через некоторое время, около шести, вышли из дома и поехали по улицам, освещенным клонившимся к закату солнцем. Прохладный ветерок нежно играл волосами Сэнди. Она сидела, тесно прижавшись ко мне, и я был доволен и счастлив.
Глава 2 
В воскресенье я позволил себе немного понежиться. Встал поздно, соединив завтрак и ленч, а потом развалился в кресле с чашкой кофе и воскресной газетой. Около двенадцати позвонила Сэнди.
- Привет, Джим, - сказала она своим ставшим теперь таким родным голосом, которому словно не хватало дыхания. - Чем ты занимаешься?
- Просто сижу и бездельничаю. Я еще даже не брился. По утрам я отвратителен.
Сэнди рассмеялась.
- Согласна и на это. Слушай, Джим, ты помнишь Элис Киф? Она живет напротив. Работает в электрокомпании. Она пригласила меня в бассейн. Приходи прямо туда, если в пять меня не будет дома.
- Ладно. У меня в два гольф. До встречи.
Я побрился, не спеша оделся, выбрал новый светло-коричневый костюм, рассовал по карманам деньги и ключи и вышел из дома. День снова был ясный и солнечный, но для купания, подумал я, холодновато. Все же Сэнди сможет побыть на солнце. Я усмехнулся про себя, что все больше привыкаю думать и поступать как муж. И это мне нравилось.
Была половина второго, когда я приехал в клуб. Здесь собралась обычная воскресная компания, а в центральном зале женщины играли в бридж. У первой отметки толпилась целая очередь, и я порадовался, что мы с Бэйном условились не раньше чем на два часа. К тому времени толпа игроков поредеет, и нам не придется ждать или торопиться из-за тех, кто позади нас. В каждом клубе всегда есть люди, которые орут за спиной, требуя уступить дорогу, и ведут мяч, наступая вам на пятки, или загоняют его на площадку у лунки, когда вы делаете завершающий удар.
В раздевалке было шумно и тесно. Многие из членов клуба уже приступили к воскресной выпивке, но, по-моему, для этого было рановато. Я переоделся в легкие брюки. В шортах, которые здесь носили многие, я чувствовал себя неловко. Надел также рубашку с короткими рукавами и подбитые шипами туфли. Надо было убить время, и я присел за покер с пятидесятицентовым лимитом. Проиграл семь долларов. Когда пробило два, я вышел на террасу и стал ждать Элвина Бэйна. В четверть третьего я понял, что он не придет, и принял предложение заменить недостающего игрока в игре пара на пару.
 
Было четыре тридцать, когда я покончил с девятой лункой. Приходилось торопиться, чтобы добраться до Сэнди к пяти.
Я позвонил ей из холла, но телефон молчал. Поставив машину у тротуара, я прошел пешком через парк к плавательному бассейну. Сэнди была там. Она лежала, растянувшись на солнце, возле длинноногой черноволосой девушки в ослепительно-белом купальнике. Сэнди уже знакомила меня с мисс Киф, которая работала в электрокомпании. Пока они переодевались, я пил кока-колу.
Втроем мы зашли к Сэнди на стаканчик чая, а потом за мисс Киф явился красивый молодой человек. Сэнди налила и ему. После того как гости ушли, она сказала:
- Сюрприз, Джим. Мы будем ужинать здесь. У меня в холодильнике чудесная вырезка.
- Отлично! Где джин?
- В шкафу, конечно. Сделать к салату чесночный соус?
- А как же! - сказал я, целуя ее.
Когда я ушел от Сэнди, было только десять часов, но в понедельник обычно меня ждало много работы.
Этот понедельник не был исключением. Алек Хэммонд и Ред Дрейк уже явились на службу. Ред был с похмелья, и я дал ему задание полегче - наружное наблюдение. Алек, сморщив худое веснушчатое лицо в улыбке, сказал:
- Джим, черт возьми, я сегодня в форме. Дай что-нибудь посложнее.
Высокий, с очень узкими бедрами, он всегда напоминал мне ковбоя. Его легко было представить в джинсах в обтяжку, сапогах, широкополой шляпе и, пожалуй, с шестизарядным револьвером на низко спущенном поясе. Он и в самом деле был родом из Техаса, да и говорил чуть нараспев.
Я дал ему нелегкую работенку: поручение финансовой компании из Лорэна. Один из служащих был нечист на руку, а они не могли установить, кто именно. Я объяснил задачу и добавил:
- Ты - новый работник в департаменте потребительского кредита. Именно там происходят недостачи. Держи ухо востро и ничего не предпринимай, пока не накроешь вора с поличным. Надо, чтобы он не смог вывернуться.
- Ладно, босс. Как вы считаете, они не расщедрятся на маленький аванс для меня? Мне хватит до зарплаты.
- Спроси у них сам, - ответил я. - Может быть, они дают своим сотрудникам скидку с процентов?
Алек рассмеялся, подмигнул Сэнди и вышел. Заверещал телефон. Потом он уже звонил без передышки. Сэнди отсеивала звонки, и мне доставались уже лишь те, которые она считала необходимыми. Звонили частные лица, полиция, сомнительные типы с периферии преступного мира. Детектив сержант Деннис Рокингем пригласил меня на ленч. Я согласился при условии, что не буду связан делами. Мы с Рокингемом всегда работали в довольно тесном контакте.
Еще один звонок: срочный вызов от видного кливлендского бизнесмена. Сэнди жестом предложила мне взять трубку. Я слушал, выражал сочувствие, задавал вопросы и закончил тем, что пообещал сделать все возможное, чтобы отыскать его семнадцатилетнюю дочь.
- Нет, сэр, никакой огласки не будет… Я не сообщу полиции, если это не окажется необходимым… Да, сэр, я понял. Буду держать вас в курсе… До свидания.
Я встал из-за стола, взял с вешалки свою коричневую фетровую шляпу и сказал Сэнди:
- Пока, мисс Холлис. Одна несовершеннолетняя девица поселилась с каким-то типом в Женеве-на-озере. Ее папочка беспокоится, но хочет, чтобы все было шито-крыто. Это может занять весь день. Позвоните Рокингему и скажите, что к ленчу я не успею.
- Хорошо, сэр, - бодро ответила Сэнди. - Что-нибудь еще, сэр?
- В общем, обороняй укрепления, - сказал я и вышел.
Часом позже я проехал по дороге № 20, свернул налево, пересек железнодорожное полотно и взял курс на маленький городок Кони-Айленд, известный как Женева-на-озере. Он состоит из одной длинной главной улицы, идущей вдоль берега озера. В сезон это весьма оживленное местечко со множеством летних коттеджей. Там также есть бары, котлетные и сосисочные, киоски, тиры, магазинчики сувениров, киноавтоматы, карусель под полотняным навесом, миниатюрное поле для гольфа. Поскольку сезон уже завершился, большинство этих заведений были закрыты, но я заметил, что во многих коттеджах еще живут.