Жена или смерть (сборник)

Я выбросил окурок в сад.
- Да, это действительно кое-что, - сказал я с деланным восторгом. - То есть ты просто искала предлог, чтобы познакомиться со мной.
Она посмотрела на меня, потом скромно потупилась.
- Я бы никогда не сказала тебе этого, Чес, но я поняла, что ты ждешь объяснений. О таких вещах девушке тяжело говорить.
- Понимаю. Итак, ты полюбила меня с первого взгляда?
Она закусила губу. На меня она не смотрела.
- Да.
- Но я помню, что, когда мы вдвоем были на пляже, ты сильно удивилась вопросу, любишь ли ты меня, и как будто даже рассердилась.
Она заерзала в кресле.
- Я думала, что мое признание могло быть опасным. Я не хотела… - она смолкла.
- Я не хочу тебя слушать, Люсиль. Но я должен во всем разобраться. Ты притворялась, что не умеешь водить, только потому, что хотела развеять скуку?
- Нет, не совсем так. Я хотела ближе узнать тебя. Мне казалось, что знакомство с тобой может быть интересным.
- Ну что ж, теперь ты меня знаешь. Как, очень это интересно?
Она слегка покраснела.
- Да, конечно. Любовь для девушки значит очень много. Роджер меня не любит.
- Ты это обнаружила до или после того, как он на тебе женился?
Она подняла на меня глаза. Несколько секунд в ее взгляде проступала жгучая ненависть. Но, вспомнив о том, какую она в данный момент играет роль, она придала своему взгляду выражение оскорбленной невинности.
- Это случилось после свадьбы. Он просто мною больше не интересуется.
- Интересно, почему?
- Он стар. У нас разные интересы, - сказала она, глядя на меня в упор.
- А! Понятно. Так что ты, вполне естественно, искала кого-нибудь, кто бы заинтересовался тобой, и остановила свой выбор на мне.
Она вспыхнула от гнева.
- Я понимаю, что ты должен чувствовать, Чес, - сказала она, стараясь говорить как можно мягче. - Будь я на твоем месте, наверное, чувствовала бы то же самое. Я не виню тебя. Я прошу тебя меня простить. Я во многом виновата. Но я была так одинока. Ты оживил мое существование.
- Тебе тоже удалось весьма оживить мою жизнь, - сказал я. - Итак, я получил объяснение по поводу руководивших тобой эмоций. Давай разберемся во всем остальном. Значит, ты водишь машину уже два года?
Ее руки внезапно сжались в кулаки.
- О нет. Права у меня действительно уже два года, но я мало водила. Роджер не разрешал мне пользоваться его машинами.
Я улыбнулся. Она вовремя увидела ловушку и умудрилась выкрутиться.
- Так что ты действительно начала заново, когда попросила меня поучить тебя водить?
- Да.
Я вложил права ей в руку.
- Надеюсь, ты еще усовершенствуешь свое искусство вождения. Думаю, что шофер твоего мужа сумеет пострадать ради тебя, если его когда-нибудь спросят, не пользовалась ли ты машинами хозяина. А мне кажется, ты ими пользуешься. Одно дело, если начинающий водитель сбивает полицейского, и совсем другое, когда это делает шофер опытный. Судья, посмотрев на твои права, не даст себя легко уговорить.
Ее передернуло.
- Не говори так! Ты же знаешь, что этим ты меня еще больше запугаешь!
Я внимательно посмотрел на нее.
- Хотел бы я тебя испугать, Люсиль. Ты, кажется, думаешь, что выпуталась?
Первый раз ее глаза выдали, что она теряет над собой контроль.
- Не понимаю, о чем ты говоришь, - сказала она резко.
- Правда? Сделай мне одолжение, ладно? Будь так любезна, избавь меня от своих страхов, своих интересов, своих затруднений. Избавь меня, пожалуйста, от своей сексапильности и своего столь соблазнительного тела. Я признаю, что меня влекло к тебе, когда я увидел тебя в прелестной ночной рубашечке. Влекло меня к тебе и когда я обнаружил, что ты ждешь меня в моей машине. И когда ты лежала на песке и, казалось, предлагала себя. Но с тех пор я стал намного умнее. Ты меня больше не интересуешь. Я знаю, что ты лгунья. Я абсолютно уверен, что тебе для чего-то нужны деньги, но еще тверже я уверен в том, что от меня ты их не получишь. Так что уходи отсюда. Поищи других дураков. Тысячи мужчин могут влюбиться в тебя, как это когда-то произошло со мной. Попробуй еще разок, но выбери парня поглупее.
 
Она сидела неподвижно, бледная, крепко сжав руки.
- Не знаю, о чем ты говоришь, - начала она наконец глухо. - Как ты можешь так разговаривать со мной? Нас шантажируют! Ты замешан во все это так же, как и я! Этот человек требует тридцать тысяч, иначе он все расскажет Рождеру или полиции. Как ты можешь так со мной говорить?
Я встал.
- Скажи мне одну вещь, Люсиль, - сказал я, подходя к ней и глядя ей прямо в глаза. - Как давно вы с Оскаром работаете в паре? Сколько дураков попалось на вашу удочку? Ответь мне, прежде чем я возьму тебя за шиворот и вышвырну отсюда.
Ее лицо исказилось гневом. Она замахнулась, чтобы ударить меня по лицу, но я был начеку и рывком поднял ее с кресла, заведя руку за спину.
Она вскрикнула от боли. Я покрепче сжал ее руку и заглянул в горящие злобой глаза.
- Ты ошибаешься, - скороговоркой выпалила она. - Я вовсе не работаю с этим человеком. Как ты мог такое подумать?
Я отпустил ее.
- Ты никого уже не проведешь. Тут все за версту видно. Ты заманила меня на этот пустынный пляж. Там никого больше не было. Я был там вчера и все осмотрел. Росс не мог нас видеть. Он знал, что произошло, потому что ты ему рассказала. Ты охотишься за теми двадцатью тысячами, которые я вкладываю в дело твоего мужа. Ведь он говорил тебе об этом, не так ли? Когда я сказал тебе, что нашел выход, тебя это явно огорчило. Я понял это по твоему тону. Ты тут же сообщила Россу, и он явился сюда пронюхать, что к чему. Ну, попробуй теперь что-нибудь придумать в свое оправдание!
Она сжалась в кресле, спрятала лицо в ладонях и заплакала.
Я подошел к бару и приготовил себе коктейль с большим количеством льда.
К тому времени, когда я вернулся, она уже перестала плакать и вытирала глаза рукавом кофточки, как маленький ребенок, который упал и ушибся.
- Чес…
- Ну, опять все сначала, - сказал я, откидываясь в кресле и глядя на нее. - Что ты приготовила теперь?
- Чес, пожалей меня, - сказала она, заложив руки. Это было что-то новое, и, если бы она не надоела мне до смерти, ее отчаяние могло бы тронуть меня.
- Я ничего не могла сделать. Он шантажировал меня уже много месяцев.
- И ты решила, что это светлая мысль - чтобы он шантажировал заодно и меня?
- Я ничего не могла поделать. Клянусь тебе! Он узнал о деньгах. - Она смотрела на меня глазами, полными слез.
- Слушай, не пичкай меня этой чепухой, - сказал я сердито. - Ради всего святого, постарайся сделать свои истории более убедительными. Он ничего не мог узнать. О том, какую сумму я собираюсь вложить, знали только Айткен и ты. Айткену незачем было ему говорить, значит, рассказала ему ты.
Она заерзала в кресле, пытаясь придумать продолжение своей истории.
- Я… Я не хотела. Просто как-то раз в разговоре у меня случайно вырвалось… Я не хотела ему говорить.
- Ладно. А почему он шантажирует тебя?
Она сделала вид, что сильно смущена.
- Я не могу сказать тебе, Чес, это очень личное. Я однажды сделала одну вещь…
- Пригласила какого-нибудь интересного мужчину на пустынный пляж?
- Нет, конечно. Я никогда такого не делала.
- Ладно, пусть будет так. Итак, он тебя шантажировал. Но, несмотря на это, ты время от времени с ним мило беседовала, рассказывая ему о финансовых делах своего мужа.
- Ничего подобного…
- Ну конечно. Во всяком случае это была его идея - чтобы я учил тебя водить и оказался ночью на пляже.
- Да.
- А ты, поскольку он тебя шантажирует, делаешь то, что он скажет?
Кровь прихлынула к ее лицу.
- Я должна делать то, что он скажет.