Куклы для смерти (СИ)
— Да ну ее к черту. Она здесь — чужая. Нет, я тебя не оставлю…
Алина, смирившись, замолчала, откинулась на спинку дивана, прислонившись плечом к мощной груди Родиона, прошептала.
— Родька-Родька, с тобой, правда, легче.
— Вот так-то, — Родион положил руку на плечо Алине, осторожно прижал к себе. — Знаешь, я всегда думал — если кто из нас выживет, не смотря ни на что, будет жить вечно — это Андрюшка… Жутко будет его не хватать…
* * *Неля и не думала биться в истерике. Она целовалась взасос с Бобом в своем номере и тянула его в постель. Дверь они предусмотрительно заперли.
— Нелька, ты сумасшедшая, — пытался сопротивляться Боб. — Не время сейчас.
Неля нервно рассмеялась.
— Как раз самое время! Папаши нет! Никто нам не помешает, не станет читать мораль…
— Менты сейчас приедут, пойми. А мы тут… И вообще нехорошо это. Он там лежит на полу….
— Господи! — Неля вдруг оттолкнула Боба, шарахнулась в сторону. — Какая же я дура! Несу какую-то хрень.
— Не ругай себя, это у тебя нервное.
— Прости, Боб. Знаешь, до меня еще не дошло, что отца… — Неля вдруг зашмыгала носом и залилась слезами.
Боб ласково обнял Нелю. Она уткнулась головой ему в плечо.
В коридоре послышались шаги и голоса подъехавшей опергруппы и персонала. Администратор Сергей объяснял и показывал, в каком номере произошло убийство.
* * *— Ну вот, приехали, — Боб взял Нелю за плечи, развернул к себе ее мокрое личико, посмотрел в глаза, — старайся держать себя в руках, не говори ничего лишнего, только отвечай на вопросы.
Неля мотнула головой.
— Угу…
* * *— Наконец-то, — вздохнула Алина, тоже услышав шум в коридоре.
— Пойдем? — Родион подал Алине руку.
— Здесь посижу. Сами позовут, — жестко ответила она.
И тут же раздался стук в дверь.
— Открыто, — крикнул Родион.
На пороге появился оперативник Гоша.
— Прошу всех пройти в холл, там с вами будет следователь беседовать.
* * *Денис, Тарас, эксперт-криминалист Петрович и еще двое оперативников — Вадим и Гоша, вошли в номер Глазунова.
— Мда, — крякнул Тарас, оглядывая раскиданные в беспорядке вещи. — Как Мамай прошел.
— Ничего не трогали? — строго спросил Денис администратора.
— Нет, нас предупредили.
Денис скользнул взглядом по раскрытому окну.
— Похоже, убийца вошел оттуда, — отметил Тарас.
— Или ушел.
Оперативники принялись осматривать помещение в поисках вещдоков. И тут же обнаружили сотовый телефон.
Денис подошел к трупу Глазунова, над которым уже склонился дотошный эксперт-криминалист.
— Ну, что у тебя, Петрович?
— Ножевое, проникающее. Рана вертикальная, продольная. Края гладкие.
— Орудие убийства?
— Имеется. Нож.
— Отпечатки есть?
— Да что он, дурак — автограф оставлять, — усмехнулся Тарас.
— Не все убийцы — Сократы. И спешил он.
— А вот представьте — наш как раз не из Сократов, есть пальчики, — Петрович подмигнул Денису.
— Уже легче. Время смерти?
— Ориентировочно — двадцать один — двадцать один тридцать, Дэня. Точнее скажу после экспертизы.
Петрович ловко, профессиональным движением извлек нож из раны.
— Ни хрена себе — ножичек! — ахнул Тарас.
— Да, ножик специфический, похож на средневековый кинжал, — со знанием дела предположил Петрович. — Мне такие не попадались, — Петрович аккуратно упаковал орудие убийства в специальный пакет, — не простой, видно, убийца.
— Кинжал — антиквариат, или подделка? Что скажешь, Петрович? — с интересом спросил Денис.
— Ну, конечно, новодел, Дэня. Настоящий антиквариат бешеных денег стоит. Но работа неплохая.
— Узнать бы, где такие штуки делают.
— Экспертизу сделаем, состав металла выясним, я в своих талмудах покопаюсь, может, какую-то зацепку получим.
— Спасибо, Петрович.
Петрович продолжал обследовать труп. Извлек из кармана пиджака сотовый телефон. Проверил входящие и исходящие вызовы.
— А убиенный любил поговорить, — констатировал Петрович.
— Когда говорил последний раз?
— В 19.45.
— То есть, часа за полтора до убийства.
— Выходит, так.
— Приобщай к вещдокам, — Денис обратился к оперативникам, — работайте, а я пойду с народом беседовать, — и направился к выходу,
* * *Гоша уже собрал и рассадил в холле участников происшествия.
Алина, Родион и Неля с Бобом сидели на диване, на небольшом расстоянии друг от друга, молчали.
В стороне на стульях уселись администратор Сергей, метрдотель, повар, трое официантов, горничная, и носатый подсобник Шитов, который, как выяснилось, занимался фейерверком на празднике. У колонны навытяжку стоял охранник. Все они были мрачными и тоже молчали. Четверо музыкантов и пятеро цыган расположились на ковре, прямо на полу, отнюдь не выглядели подавленными, и оживленно переговаривались между собой.
— Прошу соблюдать тишину, и оставаться на местах, — строго произнес Гоша.
Подошел Денис.
— Все здесь?
— Родители сейчас придут, — произнес Боб. — Мать приводит отца в порядок, то есть — в чувства, ему нехорошо.
— Нужен врач? — спросил Денис.
— Да нет, сами справятся…
— Хорошо, тогда начнем пожалуй… с вас — Денис уперся взглядом в Родиона, и не дождавшись его согласия, пошел в дальний угол ресторана.
Усевшись за стол, он достал бланк протокола, положил на журнальный стол перед собой, включил диктофон. Родион уселся напротив, и положил на стол свои большие руки.
— Прежде всего, Родион Михайлович, я хотел бы знать — кем каждый из вас приходится убитому? И по какому поводу вы тут собрались?
— Это долгая история. — после секундной заминки произнес Родион.
— А я никуда не тороплюсь. — пожал плечами Денис. — Но если расскажете вкратце — буду благодарен.
— Ммм… Я могу рассчитывать на вашу деликатность и тактичность?
— Не интригуйте, Родион. — Денис на секунду перестал заполнять «шапку» протокола опроса. — В интересах следствия я прям-таки обязан хранить молчание.
— Ничего такого сильно тайного вы и не услышите. — вздохнул Родион. — Ну что ж… Мы познакомились, так сказать… когда деревья были еще большими…
* * *… Семья Глазуновых переезжала в новую квартиру. Маленький Андрюшка помогал родителям таскать большие тюки. Что и приметили толстый Родя и тщедушный прыщавый Пашка. Они как раз собирались погонять мяч во дворе, а тут такое событие — новые соседи заезжали в их дом. Слово за слово — познакомились с Андрюшкой. И с тех пор не расставались — всегда втроем. Втроем грызли гранит науки в ближайшей школе. Втроем ходили на футбольные матчи, гуляли, веселились. Росли… Даже в ментовку подростками попали вместе, за распитие пива в парке. Причем Пашка не пил — он же спортсмен, но бросить друзей не по-товарищески. Они были такие разные: нервный, взрывной мечтатель Родион, шустрый исполнительный добряк Пашка и Андрюха — хитрый, умный, изобретательный организатор. Они все делали вместе. И в футбол играли, и кино снимали на старенькую видеокамеру.
К десятому классу у них была уже целая фильмотека из короткометражек. Когда Пашку заметили тренеры одного московского футбольного клуба, он рыдал. Не столько от радости, что спортивная карьера обрисовывается в нечто очень осязаемое и прекрасное, а от того, что теперь у него совсем не будет времени участвовать в волшебном деле создания настоящего кино.
После школы Родька, прихватив их фильмотеку, рванул в Институт кинематографии, учиться на режиссера. Пашку за выдающиеся заслуги в футболе «поступили» в Институт Физкультуры, а Андрей… оказался в медицинском, на стоматологическом факультете, справедливо рассудив, что миром правит «злато». А кто у нас одни из самых обеспеченных людей? Правильно — зубники. Никакие катаклизмы в государстве, никакие мировые кризисы не отражаются на дантистах — они всегда более чем сыты, одеты и при деньгах.