Смерть может танцевать (СИ)

Как он успел уклониться?
А он и не успевал, в этот момент он падал в песок, хватаясь за рану на животе.
Я срываюсь с места, чтобы добить противника и как оказалось зря. Нет, не просто так его называют Змей. Буквально только что он лежал на арене раненным зверем, но стоило мне приблизиться, как копьё метнулось в мою сторону. От неожиданности я затормозил и в этот момент, Змей продолжил свою атаку.
Низкая подсечка сбила меня с ног и положила на спину, копьё уже скользит в руке, стремительно приближаясь к лицу.
Первый удар сбиваю, поймав на перекрестие меча и стилета, но противник работает как отбойный молоток, пытаясь проткнуть меня, достать хоть где-то.
От двух последующих выпадов удаётся увернуться, катаясь спиной на песке, но очередной тычок попадает в левое плечо, срывая мясо до самой кости. Боль затмевает глаза, изображение плывёт от невольно выступивших слёз.
Очередной тычок отбиваю в сторону и ногой бью по древку, копьё вылетает из рук Змея.
После переката по песку удаётся встать на ноги, противник тянется к оружию, а я наступаю на него ногой и колю мечом, метя в лицо. Он уворачивается и из низкой стойки бьёт ногой в грудь, я снова падаю на спину, но на этот раз всё под контролем.
На ногах я оказался быстрее, чем Змей смог поднять своё оружие, рана в его боку не прибавляет подвижности. Взмах меча заставляет его в очередной раз отклониться, вот только мне именно это и нужно.
Правая рука выстрелила почти одновременно с левой, и когда Змей дёрнул головой в сторону, отклоняясь от колющего выпада, стилет вошёл точно в ухо.
Он умер почти мгновенно, даже ноги по песку не стучали, только тело вытянулось в струну и затихло в нелепой позе.
Публика грохнула возгласами восторга. Оказывается, они даже ни на мгновение не замолкали всё это время, но мой мозг научился отключаться от крика толпы и просто делать свою работу.
Вот только она всё ещё не закончена, остался последний штрих, подпись.
В один взмах отделяю голову от тела, меч в песок, разбег и она взмыла вверх, кувыркаясь и разбрасывая мелкие брызги крови, чтобы в следующую секунду оказаться на трибунах и спровоцировать драку.
На воротах ожидает Дарий, расставив руки в стороны, а когда я приблизился, то он обнял меня.
— Ты — самый величайший из воинов за всю историю существования арены, Безликий, — сказал он, выпустив меня из объятий, — Какую награду ты желаешь?
— Снимите с меня это, — гулким голосом через маску ответил я и подцепил кончиком стилета свой ошейник.
— Я уже говорил тебе, что это невозможно, — покачал головой тот.
— Тогда пусть они копятся, меня больше ничего не интересует, — ответил я, — Посчитайте деньги, которые вы тратите на пиры и женщин, отдайте их мне тогда, когда я получу свободу.
— А ты хитёр, — захохотал Дарий, — Но я принимаю твоё предложение. Ты ведь понимаешь, что в случае своей смерти не получишь ничего?
— Готовьте деньги, господин, — поклонился я, а Дарий вновь захохотал.
Настоящая награда ждала меня вечером. Сегодня был бой и от тренировки я освобождён. Сегодняшнюю ночь я проведу с Лемой и это в миллион раз дороже всех денег этого мира.
  
Глава 16. Жалкий раб
 
Глава 16
Жалкий раб.
Мне едва удалось дождаться вечера. Не терпелось скорее прижать к себе Лему, ощутить её тепло, дыхание, снова утонуть в глазах. Время тянулось, будто имело что-то против нас.
Так всегда бывает, когда плохо, время словно останавливается, но стоит почувствовать себя счастливым, оно устремляется вперёд с такой скоростью, что теряешь ему счёт.
Дарий всё же закатил пир, выставил вино, накрыл столы и сейчас все до одного нахваливали мою славную победу. Новички размечтались, наперебой рассказывая, как они вскоре всем покажут, выкрикивали тосты о том, что школа Дария самая лучшая. Глупцы.
Каждый из нас рискует быть убитым в любой момент, ведь на любого профессионала найдётся более опытный боец. Не исключены травмы, увечья, да мало ли что может преподнести «господин случай». Как бы я ни относился к суевериям, но однажды я уже споткнулся на арене и теперь до конца дней останусь калекой.
 
Да, может быть я смогу победить, стать новым чемпионом, получить свободу, вот только для этого нужно очень много работать. Ничего не даётся просто так, ни в этом мире, не в том.
— А я в тебя верил, — пьяным голосом заявил Молот, — Всегда верил, знал, что ты будешь великим воином.
— Ты пьян, Молот, — усмехнулся я.
— Да, я пьян, — кивнул тот, — И что? Разве я не могу поднять чарку за победу своего товарища?
— Так я не запрещаю, — ответил я с улыбкой, — Я, пожалуй, пойду.
— Ступай, ты это заработал, — махнул рукой тот и опрокинул свой бокал, зацепив его, — Ух, едрит твою…
Дослушивать эту триаду я не стал, хлопнул по спине наставника и отправился на улицу. Вечерний воздух уже начала накапливать влагу, скорее всего, утром снова будет дождь. А раз так, то можно провести с Лемой больше времени. А уж где нам укрыться от этого ливня мы найдём.
Обычно в это время жизнь вокруг замирала, движение останавливалось, люди старались не выходить на улицу. С неба изливались мощные потоки воды, скапливались на мостовых и устремлялись к реке, смывая всё на своём пути. После них город сиял чистотой и первозданной свежестью.
Лема уже дожидалась меня в безлюдном переулке, в котором мы каждый раз и назначали друг другу встречи. Едва я появился в проулке, как она тут же бросилась на меня и принялась осматривать, целовать лицо, губы, а затем прижалась всем телом, будто собиралась стать со мной одним целым.
— Живой, — прошептала она, — я так боялась.
— Да что со мной станет? — усмехнулся я.
— Замолчи, дурак, никогда такое не говори вслух, — отстранилась она и посмотрела мне в глаза. — Ты понял?!
— Хорошо, — с улыбкой произнёс я, — ну что, на пустырь?
— Пойдём, — кивнула она, — Моня наверняка уже весь извёлся, ждёт подробного рассказа.
— Перебьётся, — отмахнулся я, — Не люблю об этом говорить, да и рассказчик из меня никудышный.
— Ага, тогда знаешь что начнётся? — засмеялась она. — Лямка, ну скажи ему, ну пожалуйста, — попыталась она изобразить голос здоровяка.
Вышло довольно комично и мы вместе захохотали.
Скорее всего, она оказалась права и Моня ни за что не отстанет, пока я не перескажу ему весь бой в мельчайших деталях. Вот только узнать об этом было не суждено.
Мы как раз проходили мимо таверны, из которой буквально навстречу вывалилась пьяная компания.
Многое в нашей жизни зависит от таких вот случайностей. Хотя, что есть случай? Когда-то давно я запомнил одну фразу: «Случайность, это проявившаяся неизбежность».
Возможно, пойди мы по другой улице или появись я в переулке чуть раньше, даже будь Лема одна, всё могло бы быть иначе. Но все предыдущие события свели нас именно к этому моменту.
— Эй, кажется, я тебя знаю, — услышал я наглый голос за спиной, когда мы молча разошлись с подвыпившей компанией. — Слышь, ты, вонючий раб, я к тебе обращаюсь!
— Вы обознались, господин, — ответил я, пытаясь спрятать своё лицо.
— Где ты потерял свою руку? — подошёл ко мне человек в дорогой одежде. — Смотри на меня, когда тебя спрашивают?
Я поднял взгляд и понял, что конфликта избежать не получится. Передо мной стоял Ярг.
— Ха-ха-ха, гля народ, да это же сам Безликий, собственной персоной, — захохотал тот, привлекая к нам ещё больше внимания. — А это у нас кто? Новая подружка?
 
— Вы обознались, господин, — в очередной раз повторился я и опустил голову.
— Ты что, хочешь сказать, что я тупой? — холодным тоном произнёс он. — Или слепой?
— Отстань от него! — вступилась за меня Лема, — Он тебе ничего не сделал!
— А что он может мне сделать? — захохотал Ярг. — Жалкий выскочка, возомнивший себя чемпионом. Постой, ты что, из свободных?