Любовь в твоих глазах (СИ)
Сука, ну вот что я не ясно сказал? Я же дважды уже объяснил, что из игры выхожу, и преследовать меня не надо. Трахайся со своим мужем на здоровье, меня зачем в это впутывать?
— Алён, скажи, ты русский язык как? Понимаешь? — она сидит на лавке у моего шкафчика. Знает, что я в выходной всегда здесь вечером, сидит и ждет.
— А ты попробуй мне что хорошее на этом языке сказать, я пойму, — улыбается слишком гадко, чтобы мне нравилось. Тянет руки ко мне, я отбрасываю их и отхожу от нее на пару шагов. Как же меня это заебало уже…
— Хороших слов нет в моем лексиконе в отношении тебя. Иди домой, ни трахать тебя, ни тренировать, ни даже просто разговаривать я с тобой не буду.
— Ой, да ладно тебе, — она встает и подходит ко мне. В платье и на каблуках, явно не настроена заниматься спортом. Подходит слишком близко, и я не отступаю. Не привык.
— Я к тебе не приставать пришла, — она проводит ногтем по скуле, а меня трясти начинает. Всю злость, что я загасил в себе утром, она преумножает раз в пять, — а рассказать одну вещь. Ты знаешь, кто мой муж?
— Олень? Баран? Козел? Любое животное с рогами, выбирай какое нравится.
— Не-е-ет, мальчик мой. Мой муж — банкир. Очень влиятельный, прошу заметить. Он не из хороших людей, успеха добился, пройдя по многим головам. И я ему тут случайно проболталась, что его жену трахает один мальчишка. Трахает, принуждая. А она вырывается, но он ее шантажирует, обещает выставить шлюхой перед мужем, и продолжает трахать. Как думаешь, ему понравилась история?
— Удивительно, что ты еще жива, раз он настолько влиятельный человек, — отбрасываю с себя ее руку, которой она проводит по моему животу. — Что тебе надо?
— Мне — ничего. Мой муж слишком любит меня, чтобы поверить в измены и что-то мне делать. А вот убить того, кто посмел тронуть его жену — он совершенно не против. Ты рад?
— Мне похер, — говорю правду. Что он мне сделает? Попробует избить? Ну-ну, я готов померяться силами. Захочет подставить? Негде делать это со мной. Убьет? Сделает одолжение. Не вижу смысла волноваться.
— Ну-у-у, раз ты не волнуешься, я расскажу ему, где ты живешь? — пытается шантажировать и запугать. — Или работаешь.
— Можешь еще ему мой номер дать и группу крови рассказать. У меня четвертая отрицательная, кстати. Ну, вдруг тебе захочется и этим поделиться. Это вся информация на сегодня? Я могу пойти потренироваться, или ты еще какую сказку мне рассказать хочешь?
— Ты такой идиот… — говорит Алена и, психанув, уходит из раздевалки, хлопая дверью.
Бля, какой идиотизм. На что она надеялась? Что я испугаюсь и пообещаю трахать её до конца дней, только бы меня не тронул ее рогатый муженек?
— Ты спишь? — щелкает передо мной пальцами Лёха. Он тут тренер по боксу.
— Здарова, — пожимаю руку. — Занят сейчас?
— Надо спарринг? — сразу понимает Лёха.
— Пиздец как.
— Пошли.
Глава 5. Дамир
Удар. Лёха попадает мне в плечо, ударяя болящую от крепатуры мышцу. Током по руке пробивает до кончиков пальцев.
Приседаю, уворачиваясь от еще одного. Выбрасываю руку, пробивая в пресс соперника и добиваю в грудную мышцу вторым ударом.
Мы не бьем друг друга по лицу и не ломаем, как в жесткой битве. Выпускаем пар и помогаем избавиться от лишних эмоций, плюсом ко всему отрабатывая технику.
Лёха лупит по ребрам, пока я отвлекаюсь, но тут же включаюсь в игру и бью два правых в солнышко.
Я люблю драться. Это лучший спорт для меня. Я против насилия, но бокс это что-то другое. Это когда голова от мыслей пустеет и кроме физической боли вообще нихера нет. А физически давно уже не больно. Даже когда рёбра в трещинах и ссадины по лицу.
Мы заканчиваем спарринг, вымотавшись. Дышать тяжеловато, а пальцы от перчаток немного затекают.
Но сука, как же кайфово.
Бьём друг друга перчатками в знак уважения, и уходим с ринга. На сегодня все. У Лехи закончился рабочий день, а я приезжал просто подраться. Леха никогда не отказывает мне в спарринге, хотя мог бы пораньше уходить домой. Как-то раз сказал мне, что это своего рода психология. В целом, я согласен. Мозг это реально лечит.
Через полчаса иду домой. В теле приятная усталость, в голове все ещё почти пусто. Срывается мелкий дождь, ветер прохладный, кайфово очень. Обожаю такую погоду. В сто раз лучше, чем дохнуть от жары.
Выхожу с парковки, сзади выезжает машина, светя в спину яркими фарами. Отхожу вправо, пропуская, но та притормаживает и не едет. Странно.
Иду дальше, стараясь не обращать внимания, но машина едет ровно за мной. Надо быть идиотом, чтобы не понять.
Сворачиваю во дворы — она следом. Черная бэха, я успел рассмотреть. На улице темно, кто за рулём, уже не видно, да и тонировка там походу на все стекла, хер рассмотришь.
Внимания не обращаю. Хотели бы сбить — давно бы сбили, вокруг никого. Поговорить тоже пригласили бы. Тут откровенная открытая слежка. Показать, что я на крючке, и что обо мне им давно все известно. По крайней мере где работаю точно. А сейчас я их ещё и к дому собственными ногами проведу.
В голову приходят разные варианты, кто бы это мог быть. Любой привет из прошлого или всё-таки рогатый муженёк Алёны. Кандидатов много. И в любом случае этот один из них пытается меня запугать.
Я пуганый. Мне плевать на все эти детские уловки. Хотите что-то сказать — скажите. Ударить — пожалуйста, я открыт. А эта херня действует только на тех кто жизни не видел.
А я видел. Самую дерьмовую её сторону. Поэтому тонированной тачкой, которая следует по пятам, меня не напугать. Даже наушники не вынимаю из ушей.
Захожу в свой двор и замечаю за столом уже привычную мне толпу. Яр видит меня и рукой машет, подзывая к ним. Вынимаю наушники и оборачиваюсь: тачки больше нет. Слился, значит. Хер с ним.
— Давай к нами, Али, — снова Яр орёт, и другие кивают. На самом деле не понимаю, зачем они меня зовут каждый раз. Общаюсь я мало с кем, играю тоже без особого энтузиазма. Мне казалось, неактивных из компаний сливают, а не тянут за собой каждый раз.
Думаю пару секунд и всё-таки принимаю решение: иду к ним. Компания та же, только вместо двух девчонок, что были пару дней назад, сидит одна другая. Та, что с Русом, удивительно ещё здесь. Задержалась.
— Здорова, Али, — жму руку по очереди всем, и подхожу к своему привычному месту, но на нём сидит как у себя дома та самая девчонка, которой я чуть башню не снёс. Вот те поворот.
— Задницу двигай свою, — обращаюсь к ней, а она поднимает голову и смотрит на меня так, как будто бы я попросил ее молнию вызвать, или ещё что похуже.
— А если нет? — спрашивает дерзко коза. Бесит меня.
— Подвину.
Стою и смотрю на нее в упор. Обычно это со всеми работает. Взгляд прямо в глаза не все выдерживают, но эта сидит, ещё и бровь поднимает, а потом…
Бля, улыбается!
Да что с ней такое?!
Смотрю ещё пару секунд, но уже не так уверенно, она реально меня своей улыбкой с толку сбивает. И каким-то чудом у меня злость вся пропадает. Темнота вокруг, видно дерьмово, а улыбку её видно. Чё за…
— Попробуй, — отвечает самоуверенно, подстёгивая меня. И я ведусь, сука. Ни секунды не думая подхожу к ней, за руку тяну на себя, над лавкой поднимаю, прохожу на свое место и только тогда её рядом усаживаю. Не вижу в темноте, но почему-то уверен, что она краснеет. По крайней мере, улыбку спрятала. — Варвар, — бурчит себе под нос и отворачивается от меня. Господи, ей что, четыре года?
— А девчонка-то у тебя способная, Рус, — ржет Ярик, пихая того в плечо. — С двух фраз Али из себя вывела, на моей памяти такого не было ещё.
Она опять улыбается, собой довольная, а Рус только плечами жмёт.
Как. Ее. Зовут?!
— Так ты Али? — возвращается ко мне. Перестала обижаться за полторы секунды. Я за ней не успеваю, серьезно. У нее разгон от обиженного ребенка до самой улыбчивой девушки в мире полторы секунды. — Это от какого имени? Александр? Ты Саша?