Маленькая хозяйка большой таверны (СИ)

Дернула головой, пытаясь окончательно прийти в себя. Затем основательно встряхнула память Лорейн. Выходило, что если мы и ехали в таверну, то каким-то слишком длинным путем, делая порядочный круг через квартал Фрогслат.
Прислушалась к себе. Пожалуй, этот факт меня не слишком-то тревожил.
Так и есть — вообще не тревожил!..
  
Глава 17
 
Первым заговорил все же Высший Маг.
— Как ваше самочувствие, госпожа Дюваль? — поинтересовался он у меня.
— Спасибо, — ответила ему, — с вашей помощью и моими молитвами к Святой Эрдине сегодня уже значительно лучше, чем вчера. К тому же, перед выходом я выпила капли, которые прописал мне доктор, да и к этому времени повязка немного ослабла. Так что я уже могу…
Моментально захлопнула рот, обругав себя за дурость, потому что, как оказалось, я уже больше ничего не могу. Маг вскинул бровь, и в следующую секунду мою правую руку, которая вполне вольготно и комфортно себя чувствовала на моих коленях, неведомая сила снова притянула к животу.
И я выдохнула от разочарования.
— Так же нечестно! — заявила ему. — Зачем я вам это сказала, ведь все было почти хорошо! Как я теперь… Ну вот как мне теперь купить свой бордель?!
Сплошное расстройство, что тут еще сказать!
— Всего лишь один сутки, госпожа Дюваль! — улыбнулся он, кажется, нисколько не поверив в существование мифического заведения, которое я все никак не приобрету. — К завтрашнему утру повязка исчезнет, и вы сможете наконец-таки завершить свою сделку века.
И я украдкой вздохнула.
— Так и быть, — сказала ему, — подожду до завтра. Хотя, с другой стороны, кому он нужен, этот бордель?! Подозреваю, в этой области еще большая конкуренция, чем среди заведений общественного питания, так что лучше уж я… Лучше организую библиотеку! Со всем тем, что вы мне накупили, сделать это будет проще простого.
И Эдвард Блейз согласился, что, пожалуй, это вполне здравая мысль.
Смотрел на меня с легкой улыбкой — да и я, украдкой рассматривая красивые, мужественные черты его лица и ярко-синие глаза, думала о том, что настроение у мага заметно улучшилось.
Впрочем, наше молчание снова затягивалось, поэтому, не придумав ничего лучшего, я поинтересовалась у него о… работе.
— И чем же закончилась для вас прошлая ночь? Думаю, спрашивать, удалось ли вам немного поспать, было бы довольно неуместно с моей стороны. Но быть может, все эти… гм… факельные шествия и метания булыжников на расстояние и во славу Клинков… — Прикусила язык, решив, что таким образом я договорюсь и о цитадели. — Быть может, хотя бы убийцу это остановило, и никто не пострадал от его рук этой ночью?
Эдвард Блейз качнул головой, и я поняла, что надеялась совершенно зря.
— Выходит, еще одна?!
— Еще одна, — согласился он. — Некая Доррис Хикс, проживавшая и работавшая в квартале Зоррон.
На это я кивнула.
Память Лорейн подсказывала мне, что квартал Зоррон — не самое лучшее место в городе. Если уж быть точной, то настоящая клоака Виллерена, которую, подозреваю, даже народные мстители прошлой ночью обходили далеко стороной.
Но маньяка это не остановило — ни вонь на улицах, ни покосившиеся деревянные дома, ни специфический контингент, в них проживавший. Он нашел и убил еще одну женщину, которая, подозреваю, «работала» вовсе не на мануфактуре или же в лавке художника.
У нее было совсем другое занятие.
— Ясно! — пробормотала я. — Значит, в наш квартал он не пошел и вокруг моей таверны не ошивался. Скорее всего, у нас для него было слишком оживленно.
Маг склонил голову, но не сказал мне ни да, ни нет. Вместо этого заявил, что Доррис Хикс убили, когда та возвращалась домой. Филигранная работа — преступник заманил ее переулок и прикончил буквально в нескольких метрах от оживленной улицы, по которой как раз проходила группа моряков.
Именно они что-то и услышали. То, что привлекло их внимание.
Но оказалось, что уже слишком поздно. Женщина была мертва, а преступник преспокойно ушел.
— Значит, погибла очередная ночная бабочка, — отозвалась я. — А ведь он себе не изменяет!
 
— Не изменяет, — согласился со мной Эдвард Блейз. — Судя по всему, это семнадцатая его жертва из тех, чьи тела или же записи об убийствах у нас имеются. Хотя я думаю, что жертв было намного больше и тянется это значительно дольше, чем последние пару месяцев. Но некоторое время у нас не было возможности заниматься расследованием.
Судя по всему, что речь шла о времени, когда в Арвейне хозяйничали Лилии.
— Это должно было быть на совести мятежников, — произнесла я. — Но совести за ними, как известно, не водилось, так что до убийств проституток им попросту не было дела.
На это Высший Маг согласно склонил голову.
Тогда я закрыла глаза, задумавшись…
И тут же, охнув, их открыла, потому что коляску порядком встряхнуло. Оказалось, одно из колес угодило в дыру, похоже, образовавшуюся в ходе ночных беспорядков — об этом свидетельствовали не только проплешины в мостовой, из которой выковыряли булыжники, но еще и выбитая витрина одной из лавок, возле которой почесывали голову два стекольщика.
— С вами все в порядке, госпожа Дюваль? — встревоженно поинтересовался у меня Эдвард Блейз, и я кивнула, подтвердив, что со мной все хорошо.
Огляделась — получалось, мы уже свернули в квартал Солейр, забирая в сторону Грездена, где находилась улица Ремесленников, на которой стояла моя таверна. Маг все-таки вез меня домой, и до «Королевского Клинка», по моим прикидкам, оставалось ехать около десяти минут.
И этот факт, признаюсь, меня немного расстроил.
То, что мы очень скоро с ним расстанемся, и непонятно, когда встретимся в другой раз.
Пусть я прекрасно понимала, что мы с Эдвардом Блейзом слишком разные, и мне из-за своего Черного происхождения стоит держаться от него как можно дальше, но чашу весов, которая означала «против», с легкостью перевешивала другая.
Та самая, на которой лежали мои чувства.
Он мне нравился, и я ничего не могла с этим поделать.
Ну вот что мне со всем этим делать?!
Немного подумав, но так ничего и не решив, я решила вернуться к нашему разговору. Раз уж до этого речь зашла об убийствах, о них следовало и продолжать.
Я хотела вызнать побольше, потому что ситуация казалась мне вопиющей из-за… своей ужасности.
Семнадцать только известных следствию трупов, — одну из этих девушек я знала, — но сколько их было на самом деле?! При этом убийца не собирался останавливаться на достигнутом, каждую ночь добавляя в свою копилку еще одну жертву.
К тому же, мне казалось, что я вполне могу поддерживать связный разговор даже на подобную тему, потому что у меня был опыт, подчерпнутый из просмотра детективов в своем мире. Бывший муж оказался любителем, и я иногда составляла ему компанию.
Поэтому, взглянув на мага с умным видом, я спросила:
— Его первая жертва, кем она была? Самая первая из тех, кого он убил… Мне почему-то кажется, что это очень важно.
Почему это было важно, сейчас я уже не помнила, но в детективах всегда искали ту, с которой все началось. Кажется, в этой женщине обязательно должна была быть загадка.
Вернее, разгадка.
То, из-за чего маньяк сорвался с катушек. Что-то произошло, из-за чего он убил в первый раз, и это пришлось ему по душе. Затем он убил и во второй раз.
Сперва делал перерывы, возможно, смаковал или даже ужасался тому, что он совершил.
Вероятно, боялся возмездия — небесной кары или же земной справедливости. Но затем уверовал в собственную безнаказанность, и жажда крови обуяла его до такой степени, что он перестал останавливаться.
 
Больше уже не делал перерывов. Это стало для него работой.
Новая ночь — новый труп.
Но кто же его остановит?!
Возможно, Эдвард Блейз, возглавивший расследование.
— Первая жертва? — маг взглянул на меня удивленно. — Но зачем вам это знать, госпожа Дюваль?! Или же вы что-то вспомнили?