Не стать зверем (СИ)

Я не убийца. Да, я убивал, но я не убийца.
Поднимаюсь на очередном лифте наверх, пользуясь ключом, что сделал мне друг. Белоголовый, сероглазый, башковитый, прямолинейный и грубоватый мужик. Он старше и одновременно моложе меня. Во многом мудрее. И гораздо решительнее.
Отсюда открывается причудливый вид на окрестности. Там, за серыми скалами, виднеется лес, редкий и чахлый, но все же лес. Он простирается достаточно далеко, а там, за дальней группой валунов, далеко-далеко, виднеется еще одна такая же многоярусная башня — еще один город.
Иду по краю террасы. Здесь тихо и уютно, везде скамейки, клумбы с цветами. Уборщик в элегантной форме моет дорожки специальными щетками. Двое строго одетых, тяжеловесных мужчин с большими портфелями не спеша идут куда-то, один из них бурно жестикулирует, смешно размахивая портфелем. Аппетитная блондинка выгуливает на засаженном травой газоне какую-то забавную мелкую зверушку с помпоном на шее. Две чинные девочки с нарядными сумочками через плечо вприпрыжку бегут к ближайшей движущейся дорожке и едва не падают, теряя равновесие, ступив на самый край. Пожилая женщина в очках косо смотрит на меня, провожая недобрым взглядом.
Поднимаюсь на лифте на самый верх. Там, надо мною, теперь только штыри антенн да облака. Ветер, сильный и свежий. Ну что же ты, шепчет демон из глубины сознания. Что же ты стоишь? Разучился? Давай вместе. Следующий шаг — наш совместный. Ты и я. Ты станешь мной, а я — тобой. Этому миру тоже нужен Ворон — сильное, могущественное существо, способное управлять здешними ветрами перемен. Способное двигать людьми, как стихиями. Холодный разум, которому подчиняется не только пространство идей, но и сами грани мироздания.
Иди ты к черту, сказал я, глядя на облака. Надоел. Оставь меня в покое. Моя задача — не подчинять и не править, а защищать. Защищать мою Ар Соль. В том числе и от таких, как ты.
И он опять бросился на меня, а я едва увернулся. Теперь мне казалось, что мы оба находимся прямо здесь, на верхней площадке Фрейфена. Он раскинул ножи-крылья, опасно чиркнув ими прямо передо мной, а я отпрянул, физически ощутив, как они опять пронзают меня насквозь. Да сколько же можно… Ярость подымалась во мне, ярость и ненависть к этой отвратительной твари с моим собственным лицом. Все, хватит. Этой твари не место в моей Ар Соль. Функция Ворона — защищать от всего, что приходит извне и изнутри, с других миров, с Маара, с неба, из-под земли, со дна океана… Защищать, а не губить. А значит, даже если он — это я, мне придется его уничтожить. Даже если это означает — уничтожить себя самого.
Развернувшись к демону лицом, я почувствовал тяжесть металла в ладонях. Вот они, две нигийские сабли. Не зря же Шандр возился со мной так долго. Я-человек сильнее этого хитрого и хищного демона с моим лицом и с ножами вместо перьев. Я атаковал его так молниеносно, как мог, и стал теснить назад, не давая ни малейшей возможности снова развернуть крылья или подняться в воздух. Сталь звенела и билась о сталь. Он пятился, что-то бормоча и уворачиваясь от сабель, но потом стал оступаться, а я отсек один нож, затем другой, третий… Из его рта сыпались проклятия, но мне некогда было вникать в их смысл — я шел, я давил, наступая, ускоряя движения и усиливая напор. В конце концов одна из сабель отсекла ему голову, и я увидел, как лицо — мое лицо — исказилось гримасой удивления. Вторая сабля разрубила его туловище пополам, а потом — еще пополам, словно мелкого нэрга. Сделав шаг вперед, я несколько мгновений смотрел, как закрываются глаза на все еще живой голове и как судорожно дергается рот. Преодолев панический ужас пополам с тошнотой, я в последний раз рубанул ее, точно вдоль носа, отшвыривая в разные стороны половинки, чтоб уж наверняка, а потом долго стоял над останками, видя, как они проваливаются в кристально-прозрачную землю Маара, проваливаются и тают, размываясь по мере погружения в хрустальную бездну под моими ногами…
Демона-ворона больше не существовало.
Из оцепенения меня вывел окрик охраны.
 
— Стоять! Повернись!
Я медленно повернулся. Передо мной находились двое в форме СОС, один из них держал шок-бич наизготовку.
— Руки за голову. Руки, я сказал!
Я оглянулся назад, туда, где заканчивалась терраса. Нет уж, ребята, мне точно нечего вам сказать, а если и скажу, вы меня не поймете. Я поднял руки, как они хотели, но при этом стал медленно пятиться назад.
— Стой на месте! — гаркнул тот, что держал бич.
— Можно я подберу очки? — сказал я, продолжая отступать. — Я без них не вижу. Они упали там, за моей спиной.
— Подбери и стой, где стоишь, руки за голову, — разрешил другой.
Я уже был у самого края. Медленно нагнувшись, я подобрал мелкий камешек из-под ног и швырнул его в сторону, отвлекая внимание, и тут же стремительно вскочил на парапет, шагнул на сетку безопасности, сделал несколько шагов к краю и прыгнул вниз.
Знакомое чувство холодного ожога, ломота в плечах и ветер под крыльями. Я лечу, стремительно лечу прочь от этого дурацкого нагромождения металла, пластика и камня, а в голове безумным калейдоскопом проносится вся моя жизнь. Наконец я помню, кто я такой. Домой, срочно домой. Шандр, наверно, опять хватается за голову, сыпя виртуозные проклятия на голову своего бестолкового Верховного.
Конец второй части.