Не стать зверем (СИ)
Юлька кивнула.
— И что я должна там увидеть?
— Для начала посмотри днем, когда он в сознании и активен, — объяснил Кольер. — Есть ли у него слепок в Мааре. Он яркий, нестандартный тип, у него вполне может быть проекция. Если она есть — то скорее всего слабая, потому что он не элементал, дара у него точно нет. Я не буду говорить тебе, что именно ты можешь увидеть, для чистоты эксперимента. Завтра ночью, когда он встанет, пойди за ним следом и посмотри снова. Если картина будет отличаться, зови меня, если я не выйду вместе с тобой, и попробуй показать ее мне.
— Вы тоже можете ходить в Некрос? — спросила она с подозрением. — У вас нет дара, или я его не вижу.
— Могу, — кивнул Кольер. — Но не так, как те, кто владеет силами или управляет стихиями. Я его просто вижу иногда, но не сам, мне нужен толчок. Ты носишь ожерелье-щит, надень его ночью, оно поможет и тебе, и мне.
— Хорошо, — согласилась она. — Но почему вы за ним следите?
— А почему это делаешь ты? — спросил он.
— Я увидела его случайно и хочу понять, что с ним происходит, — даже в полутьме коридора было заметно, как сурово она на него смотрит. — Он мне не чужой.
— Вот и я поэтому, — ответил Кольер. — Хотя он мне — чужой. И я знаю больше, чем ты. Если мои подозрения подтвердятся, тогда…
— Что тогда? — голос ее неожиданно задрожал, выдавая волнение.
— Все плохо, — вздохнул он.
— Что именно? — нервным шепотом спросила Юлька.
— Объясню, если подтвердится, — Кольер протянул руку, чтобы поправить сползающий с ее полуобнаженного плеча плед, но девушка в испуге отшатнулась. — Не бойся меня. Ворон поклялся в присутствии Вечных, что убьет меня даже из-за тени подозрения, что я причинил тебе зло, а я хочу жить, — усмехнулся он. — Теперь мне выгоднее пылинки с тебя сдувать.
— Спасибо, — в ее голосе прозвучала насмешка, маскировавшая облегчение. — Надеюсь, я еще не запылилась. Завтра меня не будет в Наган-Кархе, занятий много. Я попробую послезавтра. А вы… — ее голос жалобно дрогнул. — Вы присмотрите за ним завтра? Вдруг что-то случится?
— Присмотрю, — пообещал он твердо, вдруг остро пожалев, что год назад так опрометчиво выбрал ее в жертвы. Был бы у него сейчас верный союзник, не такой уж слабый, как это кажется на первый взгляд.
Глава 33. Не стать зверем
Два дня я бродил по террасам, ночуя в технических помещениях, наблюдая чужую жизнь и собирая по кускам обрывки своего прошлого. Они приходили ко мне словно бы из разных времен, из жизни «до» и жизни «после». А ночью, стоило мне закрыть глаза, приходил ворон и пытался стать мной. Я смотрел, как его лицо и тело обретают все больше моих собственных черт, как с каждым нашим слиянием он, впитывая часть моих воспоминаний, копирует, повторяет меня все точнее и точнее. Что будет, когда он полностью перельет меня в себя? Я исчезну, а это тело, которое я регулярно вижу в зеркале, получит другого хозяина, другую душу? И зачем вообще нужен я, если я ничего не помню и не могу осознать, зачем я вообще есть?
Я медленно поднимался с террасы на террасу, исследуя жизнь этого чуждого мне мира. Там, где я родился, было много зелени, много солнца, много воды. Здесь люди жили среди пластика, камня и металла, но при этом они были неотличимо похожи на тех, кого я видел во сне. Такие же. Они были удивительно добры ко мне. Ни разу я не встретил агрессии, жестокости, недружелюбия по отношению к себе. Я точно знал, что кажусь им странным, но обо мне скорее пытались позаботиться, чем задержать или прогнать прочь. Несколько раз ко мне привязывался СОС, пытаясь выяснить, на какой террасе я проживаю и куда направляюсь, но мне до сих пор удавалось выкрутиться. Ключ-отмычка помогал мне беспрепятственно передвигаться и проникать в магазины, чтобы утолять голод и жажду. Там же я и ночевал — в сухих, теплых и почти комфортных подсобных помещениях. Жизнь тут менялась от террасы к террасе. Чем выше я поднимался, тем комфортнее и благополучнее становились условия существования. Меньше людей, меньше транспорта. Движущиеся дорожки и эскалаторы вместо длинных, унылых и тусклых коридоров. Много растений, высаженных в насыпной грунт, стены зачастую сплошь укрыты цветущими вьюнами. Большие окна в жилых помещениях, большие балконы. Вечером верхние террасы освещаются ярко и нарядно, везде ресторанчики с музыкой, магазинчики, народ выглядит более ухоженным и лучше одетым. Доступ к лифтам наверх только по специальным карточкам, просто так в этот рай для избранных не попасть, но ключ до сих пор выручал меня, открывая все двери.
Бродя по вечерним улицам, я ощущал тень ворона, проникающую в сознание. Он уже был здесь, не дожидаясь ночи, рвался ко мне, наглея с каждым разом, с каждой попыткой захватить надо мною власть. Я еще удерживал его образ на расстоянии, но мне становилось все тяжелее и тяжелее это делать.
Дом. Нет, не дом — башня. Квадратная, краснокирпичная, на опушке леса. Просторная… Я взлетаю и сажусь на ее верхнюю площадку. Там меня ждет женщина — хрупкая, тонкая, словно тростинка, темноволосая и темноглазая. Смотрит строго, осуждающе — я опять долго. Она не любит оставаться одна в башне, башня ей чужая. Она зовет меня вниз, в деревню неподалеку, в дом, построенный мною для нас и для нашей будущей дочери. Я не хочу, мне некогда… У меня еще множество дел, и я отмахиваюсь, обещая, что скоро приду.
Она погибла по твоей вине, говорит мне демон моего сознания. Твои игры с равными за власть над разумными, за контроль над землями были тебе дороже, чем близкие люди. Ты до последнего пытался что-то выиграть. До последнего вел двойную игру. Тебя заботил твой престиж, твоя власть, твое влияние, а не ее жизнь. Ты промедлил, пытаясь обмануть, пойти на сделку, переиграть противника, и проиграл. Что ты получил взамен? Ты выиграл ту войну, получив то, что хотел, но проиграл себя, заплатив больше, чем смог. Оно того стоило, да?
Демон на краю сознания усмехался. Я — это ты. Мы оба — убийцы и мы — одно целое. Ты ведь привык убивать? Привык… Сколько их было, уничтоженных тобой во время охоты, или во время войн со своими, конфликтов с бреннами, для устрашения, казненных за нарушения законов? Смирись. Сопротивляться бесполезно. Я сильнее. Я могу убить тебя, но мертвый, ты будешь бродить тут, в Мааре, кормиться кровью жертв и доставать меня, тоскуя по своей утраченной жизни. Лучше нам стать одним целым. И ты жив, и я обрету ипостась — реальное воплощение.
Иди к дьяволу, кричу я ему и бросаюсь врукопашную. У него уже нет перьев на голове, они превратились в волосы, у него человеческое, до последней морщинки мое лицо, но все еще крылья вместо рук и он успешно поднимается в воздух, избегая моих попыток достать его. В конце концов он пикирует на меня и все заканчивается так же, как и в прошлый раз — я вижу перья-сабли, пронизывающие мне грудь, и выпадаю в ничто…
Прихожу в себя от того, что рассветное солнце слепит мне глаза. Неужели тут бывает солнце? Оказывается, да. Оказывается, я вырубился на окраине террасы, в зеленой зоне, заставленной кадками с деревьями, и спал полусидя, привалившись к одной из них. Хорошо, что меня никто не нашел, а то бы точно загребли в СОС. Смотрю вверх… сквозь серую облачную пленку прорываются настоящие солнечные лучи. Я чувствую их тепло на лице, чувствую влагу в воздухе и легкий, ставший уже привычным запах металла и гари. Здесь, на верхних террасах он почти не ощущается.
Осталось всего три уровня, и я окажусь на самом верху города. Верхние террасы небольшие, зеленые, уютно устроенные. Тут, наверно, живут сильные мира сего — правители, совет, градоначальник, руководство полиции, армии и СОС, самые богатые и обеспеченные люди Фрейфена. А я? Где живу я? Та девушка в больнице сказала, что на верхних террасах. Нет, точно не здесь. Башня, каменная, круглая, высокая, окна которой выходят на океан и на небольшой уютный старинный город. Книги до потолка. Забавные фигурки на камине. Тяжелое кресло, обитое кожей, укрытое шерстяным пледом. Тревожный звук гвора из кабинета, крик зеленоглазой женщины в сознании, верхняя площадка и стремительный прыжок в небо… Воины в черной с синим форме, паук на груди, кровавая щель через все небо, грязные бесформенные существа, ползущие в разные стороны — сабли крошат их в мелкие куски, и я сам опускаюсь на землю и принимаюсь за самых крупных и самых шустрых. Две сабли в моих руках действуют быстрее, чем успевает мой разум. Я делаю шаг в огненную расселину, переходя на ту сторону, упреждая наглых гранеедов и срезая их еще на подходе к нашему миру. Возвращаюсь к своим, и за моей спиной затягивается огненная прореха…