Счастье приходит летом

Джоанне стало не по себе, она нервничала и не могла найти нужных слов. Вдруг зазвонил телефон.
— Удар гонга спасает спортсменку от неминуемого поражения, — насмешливо возвестил Майкл.
Джоанна бегом бросилась в гостиную.
— Алло!
— Привет, Джоанна. Это Нейтан.
— Привет. Как дела? — Она включила настольную лампу.
— В общем, ничего, хотя и чувствую себя не в своей тарелке.
— И почему же?
Он тяжело вздохнул.
— Ну, когда сегодня днем я вдруг тебя увидел, то даже не принес свои соболезнования. Я знаю, что у тебя зимой умер муж, но в тот момент от неожиданности у меня из головы все вылетело.
— Да ладно, Нейтан, Бог с тобой. Я даже об этом и не думала.
— Все же нехорошо получилось. Пожалуйста, не сердись на меня.
— Что ты, конечно, нет. — Она оглянулась и увидела в дверях загорелую, мускулистую фигуру Майкла.
— Надеюсь, ты не будешь сердиться, если я спрошу… — продолжал Нейтан. — После смерти твоего мужа уже прошло много времени, так что я подумал… У тебя уже кончился траур?
— Ты имеешь в виду, бываю ли я в обществе мужчин? — напряженно спросила она.
— Ну не марсиан же! — рассмеялся Нейтан своим грудным голосом.
Она тоже рассмеялась, но под пристальным взглядом Майкла смех прозвучал фальшиво.
— В обшем-то, нет.
— А может быть, стоит?
— Мне как-то неловко. Как только подумаю о том, что надо выходить на люди, с кем-то встречаться, так сразу чувствую себя старой, перезрелой матроной. Даже страшно становится. Нелепо это все.
Она видела, как сжались губы у Майкла, и это вызвало у нее раздражение.
— Какая же ты старая и перезрелая? Ты что, шутишь? Я серьезно тебе говорю: давай как-нибудь встретимся.
Джоанна посмотрела на свою руку, лежащую на перилах лестницы. На безымянном пальце не было кольца. Она сняла его еще в апреле, но до сих пор не позволяла себе никаких развлечений. Возможно, надо принять предложение Нейтана. Она собрала все свое мужество и сказала:
— Давай. Я буду рада.
Майкл вернулся на веранду и исчез в темноте.
— Если ты смущаешься, я приглашу еще свою сестру с мужем.
Джоанна почувствовала облегчение.
— Очень хорошо. Когда же мы встретимся?
— Может быть, завтра вечером? Или это слишком скоро?
— Нет, меня устраивает.
— Хорошо. Я зайду за тобой в семь.
Голова у Джоанны шла кругом. Она повесила трубку и вышла на веранду. Майкл стоял в дальнем углу и был мрачнее тучи.
— Значит, завтра идешь на свидание?
— Да. Меня Нейтан Трент пригласил. Помнишь его?
Смех Майкла звучал как приглушенный раскат грома.
— Как же, помню. А ты, однако, зря времени не теряешь.
Джоанна разозлилась:
— Не припомню, чтобы спрашивала на этот счет твое мнение.
— Ты права. — Он поднял руку в знак согласия. — Можно, я спрошу у тебя одну вещь? Куда ты денешь своего сына?
Джоанна упала в плетеное кресло, быстрым движением поправила зеленые шелковые складки.
— Как — куда? Найму на вечер няньку.
— И как же ты собираешься найти няньку за такой короткий срок? Ты же никого тут не знаешь.
У Джоанны вдруг перехватило дыхание, но все же она изобразила улыбку:
— У меня есть кое-какие знакомства.
Майкл едко посмотрел на нее:
— Это неплохо. А то я уж начал бояться, что ты решила сбагрить ребенка мне, раз уж я согласился оставить тебя здесь.
— Что?! — Джоанна ошеломленно смотрела на него, не в силах найти нужные слова. — Знаешь, Майкл, давай-ка сразу договоримся: мне от тебя ничего не нужно. Ничего!
Майкл сверху вниз смерил ее холодным, яростным взглядом.
— Естественно. И никогда ничего не было нужно. — Он повернулся и ушел.
Джоанна так и осталась сидеть, бессильно уронив голову на руки и закрыв глаза. Было слышно, как в столовой Майкл звонит куда-то по телефону.
— Станция? — услышала она нервный голос. — У меня с телефоном что-то не в порядке. Я звоню в Нью-Йорк, но ничего не выходит. Не могли бы вы меня связать с номером…
Джоанна не собиралась подслушивать, это получилось само собой.
— Джойс? Привет. Это Майкл.
Джоанна открыла глаза. Ну конечно, Майкл теперь снова один и снова стал таким же повесой, как и был.
 
— Хорошо долетела? Я беспокоился, что ты летишь частным самолетом. В следующий раз бери билет на рейсовый. Это гораздо надежней…
Голос его зазвучал глуше, и Джоанна даже не отдала себе отчет в том, что встала и подошла поближе к двери. Они уже говорили о каком-то водопроводчике. Как она поняла, соседка по Винъярду просила его найти водопроводчика и починить кран. Кто такая эта Джойс? Говорил он с ней так запросто, что Джоанна ощутила внезапную тревогу.
Она отчаянно ругала себя за то, что так воровски прячется в темноте и подслушивает. И тут же оправдывалась: в конце концов, Майкл первый начал, он самым бесцеремонным образом слушал, о чем она говорила с Нейтаном! Через несколько минут с непринужденным видом, мало соответствовавшим ее состоянию, она вошла в гостиную и стала перебирать старые пластинки, стоявшие в тумбочке у проигрывателя.
— Да, это все, что я хотел тебе сказать, — продолжал Майкл своим проникновенным, зовущим голосом. — И еще хотел поблагодарить за вчерашний вечер. — И он негромко засмеялся в ответ на ее слова.
Вчерашний вечер? Вот откуда он вернулся в три утра!
— В выходные увидимся, Джойс.
Джоанна бросила на проигрыватель исцарапанную пластинку с увертюрой «1812 год» Чайковского. Жалко, что Кэйси уже спит, а то она включила бы звук на полную громкость.
 
ГЛАВА ПЯТАЯ
После еще одной бессонной ночи Джоанна кое-как вылезла из постели, не надеясь, что выдержит напряжение нового дня. Сначала ей нужно было поехать за покупками, а вечером предстояла встреча с Нейтаном. Но чем же заняться все остальное время, которое надо провести в коттедже вместе с Майклом? Она надела свое любимое платье, в котором обычно ездила за покупками: трикотажное, серо-голубого цвета, с короткими рукавами и с поясом на талии. Собрав волосы в пучок, она подкрасила губы. Слава Богу, она не обгорела накануне на пляже, и ее кожа приобрела приятный золотистый оттенок.
К восьми часам, когда Майкл спустился на кухню, она уже запустила стиральную машину, и, пока там стирались вещи, они с Кэйси завтракали оладьями и сосисками.
— Доброе утро, — сухо приветствовал их Майкл, стоя в дверях.
— Есть кофе, — обернулась к нему Джоанна. Она решила, что будет относиться к нему просто как к соседу, который достоин хотя бы обычной вежливости.
Он вопросительно поднял бровь.
— Будешь мне должен, — ответила она, коротко улыбнувшись.
Он выглядел удивленным.
— День, похоже, начинается неплохо. — Майкл обогнул стол и выглянул в залитое солнцем окно.
— По радио говорили, что будет тридцать с чем-то градусов. — Джоанна отпила кофе и посмотрела на него сбоку, вдруг остро почувствовав его присутствие. До сих пор он так и остался самым красивым мужчиной из всех, кого ей доводилось видеть: густые темные волосы, как будто только что немного взъерошенные женской рукой, губы с насмешливо опущенными уголками, легкая и грациозная в движениях, но одновременно такая мужественная фигура.
Она пришла в ужас от того, что до сих пор смотрит на него такими глазами. Нет, нет! Все осталось позади. Просто ей не приходилось встречать мужчин красивее, она лишь отдает дань справедливости. И все же ей не хотелось, чтобы это действовало на нее так сильно.
— Какие у тебя планы на сегодня?
— Постираю и поеду по магазинам. Потом, наверное, на пляж. А у тебя?
Он сказал, что ему тоже надо поехать в город — помочь одному знакомому с ремонтом. Он начал что-то объяснять, но Джоанна потеряла нить — все ее внимание было обращено на солнечных зайчиков, игравших в его волосах, и на тени, косо бежавшие по его широкой груди.
Как странно, думала она, когда-то этот мужчина был смыслом ее жизни. Они приходили в отчаяние, если что-то мешало им быть вместе. А теперь все, о чем они могут говорить, — это о погоде.