Новый мир. Книга 5. Возмездие (СИ)

В данном случае наемники боролись не только за заказчика, но и за свои интересы. Ведь под властью Патриджа, который своим указом запретил деятельность ЧВК, они больше не смогут зарабатывать себе на хлеб. Однако перспектива быть живым безработным все же не выглядела настолько безрадостной, как верная смерть.
— На что они вообще рассчитывают? — спросил я, не обращаясь ни к кому конкретно, глядя на бойцов Сил обороны Мериды сквозь окно.
Но ответила мне по радиосвязи Мей.
— В тактическом плане — они надеются на то, что войска Латиноамериканской федерации, которые, судя по спутниковым снимкам, приблизились к кольцу блокады извне, придут им на помощь в случае штурма.
— Не думаю, что эта надежда оправдана, — возразил я. — Кабрера понимает, что у его самодельной «армии» нет шансов против миротворцев в общевойсковом бою на открытой местности. Если они ввяжутся в это — их уничтожат с воздуха и с орбиты за считанные часы.
— Почему ты говоришь — «его» армия? — удивилась Мей. — Я не сильна во внешней политике. Но, если мне не изменяет память, то президент Латиноамериканской федерации — Мария Кабрера, женщина.
— Я говорю не о ней, а о ее брате, руководителе «Бразилиа трупс» Родриго Кабрере, который там реально всем заправляет. Потому и — «его», — объяснил я.
— Тогда уж говори об Анатолии Де Вонг, владелице «Бразилиа трупс», которой подчиняется этот Родриго Кабрера, и которая реально всем заправляет. Все равно получается — «ее».
— «Плохо разбираешься в политике», говоришь? — хмыкнул я иронично.
— Но я ведь не утверждаю, что я совсем безграмотна, — не смутилась кореянка. — Продолжая же ответ на твой вопрос — в стратегическом плане эти наемники, ну а точнее — их хозяева, думаю, надеются на то, что власть Патриджа падет под бичом глобального экономического и политического кризисов, спровоцированных олигархами, скорее, чем он успеет задавить их анклавы военной силой.
— Тоже довольно сомнительно.
— А вот я бы на это как раз поставила. Но, боюсь, это произойдет все же не так скоро, как им хотелось бы. Мерида, очевидно, обречена. Это дело считанных часов. Так что заканчивайте поскорее, Дима. И не задерживайтесь.
— Добро, — кивнул я. — Конец связи.
§ 28
Улицы Мериды выглядели совсем пустынно. Несколько месяцев осады нарушили обычный уклад его жизни: большая часть общественных заведений были закрыты, и город покинуло больше половины его 150-тысячного населения; на дорогах почти не осталось гражданского транспорта, а на тротуарах — беззаботных прохожих. Пока колонна ползла по одной из улиц, небо несколько раз озарялась вспышками взрывов. Один из них прогремел, по ощущениям, меньше чем в миле от нас. Земля содрогнулась. В ближайших к нам зданиях задребезжали оставшиеся стекла. В небо взметнулся огромный гриб из огня и дыма — как будто взорвалась бензоколонка или даже небольшой склад горючего.
— Ничего себе! — воскликнул я. — Здесь становится все жарче
— Дороги назад уже нет, — жестко ответила на это Лейла. — Нет смысла повторять, что я была против этой затеи. Теперь нам остается лишь довести ее до конца.
Колонна разделилась на одном из перекрестков. Три БТР-а, в числе которых и наш, свернули в сторону, устремившись по наклонной дорожке в направлении квартала элитных особняков, утопающего в пальмах, окружающих бассейны.
Мы были уже близко.
— Первая группа — приготовиться, — велел я, нацепляя на голову шлем.
— Казак готов, — повторив движение со шлемом, доложил Джером.
— Скандинав готов, — повторил за ним Донни.
— Медведь готов, — передергивая затвор на ручном пулемете, гаркнул здоровяк.
Немая Тень просто молча кивнула.
— Вторая группа тоже готова, — подтвердила Лейла, получив отклик от Ронина, Ши, Гэвина и Киры.
— Будем ждать от вас сигнала, что вы на позиции. Начинаем действовать синхронно.
— Таков план, — согласно кивнула она.
В наушнике, тем временем, раздался голос Мей:
— Ситуация вокруг города резко накаляется. Растет активность авиации Содружества. Нас убеждали в обратном, но такое впечатление, что штурм начнется с минуты на минуту.
 
— Сам вижу, — буркнул я, покосившись взглядом в сторону, откуда вырвались несколько зенитных ракет, преследуя какой-то скрывающийся среди облаков дрон.
— Дима, наши люди не смогут вас ждать ни одной лишней секунды. Если вас не будет в точке эвакуации точно в оговоренное время — сможете дальше рассчитывать только на себя.
Она предупреждала об этом сейчас, так как после выхода из БТР-а связь со мной поддерживать больше не сможет — за пределами оснащенной шифровальными системами техники слишком велик был риск «прослушки». Евразийцы будут, скорее всего, наблюдать за происходящим с помощью разведывательного спутника — но не более того.
— Принято.
— Удачи.
Наш БТР, замыкающий в тройке, притормозил на круто уходящей вниз живописной улочке, застроенной красивыми фазендами, утопающими в тенистых садах. Пейзаж имел бы идиллический вид, если бы не отголоски разгорающегося сражения. Несколько группок мечущихся в панике людей продолжали туго набивать свои машины вещами, причитая и голося себе под нос, опасливо глядя на небо и пригибаясь от грохота далеких взрывов.
С негромким хлопком от БТРа по улице прокатился электромагнитный импульс. Он был призван вырубить любые камеры видеонаблюдения, которые тут находились, чтобы те не зафиксировали момент нашей высадки, и у Евразийского Союза остался шанс формально отрицать свою причастность к тому, что случится дальше.
— Пошли! — скомандовал я.
Мы впятером высыпали на улицу. Раньше, чем испуганные люди начали тыкать пальцами в вооруженных людей — мы нырнули в узкий тенистый переулочек между двумя особняками, соединяющий эту улицу с соседней. Здесь мы замерли — на пару секунд, которые понадобились Тени, чтобы активировать заготовленный заранее комплект из четырех мини-дронов. Словно майские жуки — переростки, наша мини-эскадрилья с жужжанием разлетелась по сторонам.
— Отлично, Тень! Шикарная картинка, — кивнул я, наблюдая за изображением с их камер на четырех вспомогательных мини-дисплеях, которые выдавала мне встроенная в шлём тактическая система управления боем.
Тень кивнула. Затем, разбежавшись, она с ловкостью акробатки перепрыгнула забор справа, скрывшись на частном участке, поросшем эвкалиптами. Ей предстояло вломиться в стоящий на этом участке четырехэтажный дом (к счастью для его владельцев — покинутый ими заблаговременно) и забраться на его плоскую крышу, где были установлены солнечные панели. Это была едва ли не единственная высокая точка, откуда открывался хороший обзор на особняк Окифоры (если, конечно не считать еще более удобной в этом плане колокольни католической церквушки, которая высилась на холме с противоположной стороны особняка — однако церковь, по данным спутникового наблюдения евразийцев, все еще функционировала и могла оказаться полна прихожан — так что от ее использования пришлось отказаться). Со своей позиции Тени должна была управлять нашими дронами и, по возможности, поддерживать нас снайперским огнем.
— Вперёд! — поторопил я остальных.
Мы преодолели остаток переулка — и замерли перед выходом на улицу, на которой стоял особняк Окифоры. К счастью, здесь было совсем безлюдно. Отсюда мы уже могли увидеть забор особняка на противоположной стороне улицы — вычурную конструкцию из природного камня высотой никак не меньше девяти футов и протяженностью гораздо больше, чем мог охватить взгляд. Из-за забора невозможно было увидеть даже краешка крыши двухэтажного особняка, который, как я знал, стоял на дальней от нас стороне громадного земельного участка.
К счастью, у нас были дроны. С помощью их камер мы могли увидеть практически весь земельный участок. Почти пяти акров были засажены идеально покошенным пышным зеленым газоном с редкими художественно подстриженными кустиками, которые отлично ощущали себя под озоновым куполом, который все еще мерцал над Меридой. Здесь располагались: теннисный корт, мини-поле для гольфа, конюшни, манеж для верховой езды, множество уютных беседок, спа-комплекс, отдельно стоящий комплекс домиков охраны и обслуживающего персонала, и, конечно же, сам особняк. Двухэтажный дом был выполнен в современном стиле. Большая часть стен и многие сегменты потолка были выполнены из стекол с изменяемым уровнем тонировки, обеспечивая внутри отличное освещение.