Эль и Карамель (СИ)

– А ты не бойся. Я умею быть очень осторожной.
Эль имел на сей счёт гигантские сомнения. Но остановить бывшую едва ли возможно. Не привяжет же он её к батарее? Хотя идея выглядела очень и очень заманчиво.
А в это самое время Кристина подбирала наиболее выгодную одежду под пристальным взглядом старшей сестры.
Своим критическим взором Мада отвергла уже пятый комплект.
– Впечатление для работодателя – это крайне важно, – наседала она, перебирая вешалки. – Как себя покажешь, так и будут относиться. – В сторону полетела очередная белая блузка.
– А разве показывать надо не способности? – зевнула Кристина. Она с шести утра выслушивала лекции сестры и хотела одного – поспать ещё хотя бы пару минут.
– Сначала внешность, сестрёнка. По ней, между прочим, можно сделать вывод и о способностях. Например, – приложила красное платье, – многое расскажет цвет. Жёлтый подчеркнёт твою силу воли, умение концентрироваться и достигать результата. Зелёный покажет острый ум и высокие требования к себе и окружающим. Красный… Кстати, тебе он очень идёт, поведает о лидерских качествах и оригинальных взглядах. А в детективных делах – это немаловажно, видеть не так, как все, – пояснила Мада, помогая надеть Кристине то самое платье и сверху серый пиджак.
– Платье на работу? – в голосе звучало сомнение. Оно же выражалось в скрещенных руках и кривлянии губ. – Ты уверена? Может, лучше официальнее? И выбрать классику?
– Нет, сестрёнка. Работа – это праздник, так что платье самое то. Для формальности у тебя пиджачок. Так что всё должно сработать на «ура». Помни, эта работа нам очень нужна: ремонт делать пора. Взгляни только на крышу! А на дверь?
Кристина устало вздохнула. В принципе с сестрой она была согласна. И в данной ситуации радовало лишь одно, что Мада не заставила надеть что-то яркое из собственной коллекции.
– Так, – наклонила голову Мада. – Всё хорошо, но.
– Что «но»? – очередной Кристинины вздох вызвал тучи на лице старшей сестры.
– Ты почему недовольна? Я для нас обеих стараюсь! Хочешь отправиться на заработки в тот же Питер?
– А чем он плох?
Глаза расширились в агонии ужаса:
– Ты что?! Это огромный, повторяю, огромный, многомиллионный город. Потеряться, как раз плюнуть. Не все жители знают улицы и проспекты, обычно ограничиваются знаниями собственного района – он тоже далеко немаленький. А с твоим ориентированием, сестрёнка, я уже на следующий день побегу в полицию подавать в розыск. Нет. Нет и ещё раз нет. Пока есть шанс остаться и устроиться на приличную работу, ты его используешь.
– Но в Питере ты же рядом будешь, – напомнила Кристина.
– Да, но я же не буду с тобой нянчиться! Давай, крась губы и иди к Асе.
– А губы-то зачем красить?
– Как зачем? Чтобы соответствовать Асе. Работодателю будет гораздо приятнее работать с тем, кто ответственно подходит к каждой мелочи.
Кристина нехотя достала помаду из косметички:
– По-моему, ты перегибаешь и думаешь совсем не о том.
– Ничего-ничего. Возьмёшь эти блинчики с мясом. Угостишь и Асю, и Эля, тогда их злость на тебя поугаснет.
– Ты наложила заклинание? – удивилась Кристина.
– Слабенькое, – подтвердила Мада. – Лишь в помощь тебе. Ты, сестрёнка, вчера опростоволосилась. Надо исправлять. Помни: ремонт. Выведи в своей памяти большими светящимися буквами.
 
Кивнула.
– Удачи. А я на работу. Вдруг, кого-нибудь привлечёт то синее платье? Я нарядила им манекен.
Кристина помахала рукой и вышла из дома. Молча. Она не хотела травмировать душу сестры своей уверенностью. Платье заметят – да, но вряд ли купят. Самое дорогое и выстраданное неделей работы, оно отличалось абсолютной безвкусицей. Розовый лиф с синим переплетением нитей на талии завершался юбкой до колен кислотно-жёлтого цвета. По мнению Кристины, скрасить безобразие цветов можно было лишь одним способом, надев сверху плотный чёрный балахон.
Мада проводила взглядом сестрёнку, и когда тонкий силуэт скрылся из виду, взяла мобильник:
– Сладкий мой, Кристина ушла. Во сколько будешь? А-а-а… Занят? Очень занят? Совсем занят?
– А, может? Не может?
– Тогда… в другой раз? Хорошо. Да, конечно, я расскажу про успехи Кристины. Целую!
Они опять поругались. Ася хмурила брови, перекатывала во рту леденец и закрывала дверь с намного большим усилием, чем это того требовало. Эль, качая головой, что-то бубнил, а затем махнул в сторону Карамелиной. И в сторону Кристины, когда заметил её буквально в паре шагов от себя.
– Привет, – неловко улыбнулась Кристина.
– Что нужно? – в лоб спросил Эль.
Ася обернулась. Радости на её лице не было.
– А я тут… – замялась девушка, – вам блинчики принесла. Извиниться хочу. За вчерашнее. Не обратила я внимание на кристалл, схватила, не подумав. Простите. Я честно всё-всё исправлю. Хотите… – воодушевлённо развела руки, едва не задев сумочкой Эля, – прямо сейчас что-нибудь сделаю? Прибраться могу, поговорить с кем надо. Ещё что-нибудь. Вы только скажите! Я… правда очень виновата и хочу загладить вину.
Бывшие переглянулись. Злость друг на друга подутихла. Эмоции сконцентрировались на гостье. Кристина испуганно прижала сумочку к груди, ощутив ещё теплые блинчики. Облизнулась. Она-то позавтракать из-за примерки-перемерки так и не успела.
– Хорошо, немного подумав, – сказала Ася. – Пойдёшь со мной.
– Да ей нельзя доверять! – всполошился Эль. – От неё одни проблемы!
– А ты, как истинный мужик, не прощаешь ошибки?
– Я, как истинный мужик, знаю, что такое обязательства!
– Да ладно?
– Карамелина, хватит.
– А кто обещал съездить со мной к зубному и не поехал?
– Так у меня ж экзамен был.
Ася посерела:
– Но ты же обещал! Так что не строй умника. Кристина идёт со мной. Да?
Та отчаянно закивала.
– Спасибо за шанс! Я не подведу!
Эль промолчал. Ася с Кристиной удалялись. Караулить двух девушек ему не хотелось. Но что поделать? Не оставит же он взрывоопасных леди наедине? Обратился пустельгой и полетел следом.
– А из-за чего вы поругались? – спросила Кристина, чтобы не идти в тишине.
Эль подлетел поближе.
– О-о-о! – протянула Ася, вытаскивая леденец. – С ним невозможно не ругаться. Я тебе сейчас расскажу. – И с удовольствием пустилась в объяснения. Конечно, с её слов Эль выходил монстром. Только Эль знал: бывшая любит приукрашивать. Впрочем, не меньше, чем он.