Эль и Карамель (СИ)

Спать с Асей в одной кровати было чревато травмами: то руку закинет, то ногу. А в одну из первых ночей, проведённых вместе, Ася, махая всеми конечностями на манер перевёрнутой жужелицы, умудрилась украсить лицо Эля парочкой здоровенных синяков.
Ася улыбнулась болезненному, но такому родному воспоминанию и подтянула одеяло повыше – Элю нравилось укрываться по самый подбородок.
Утреннее солнце прогнало страхи вчерашнего вечера, сбавило яркость новой трагедии.
«Вторая старушка отошла в мир иной, – вздохнула Карамелина, ставя сковородку. – Ужас какой…»
Пока румянились гренки, щедро посыпанные корицей с сахаром, она переоделась. Пока вскипал чайник, накрутила бигуди.
Эль, одетый привычно в одни лишь трусы, зевая прошёл на кухню, когда завтрак уже был готов, а Карамелина ждала в позе крайнего нетерпения.
– Кошмар! Эль, оденься! – прикрыла лицо руками, изобразив смущение.
– Да ладно, Карамелина. Ты что меня в трусах не видела? Я же «в», а не «без». Хорошо-хорошо, не будем ругаться. – Через минуту вернулся в футболке и джинсах.
– Сколько можно спать? – поинтересовалась Ася, накладывая гренки. – Я уже тысячу дел переделала, а ты дрыхнешь.
– Тысячу – это завтрак и бигуди? – уточнил бывший.
– Не придирайся, – налила чай.
– Я восстанавливал силы после применения магии, если тебя это интересует.
Вопросительно подняла бровь.
– Да-да, Карамелина. А ты, что думала? Прочитать заклинание – это так, ерунда какая-то?
Она не ответила.
– Ты не знакома с волшебством и ничего не знаешь. Но поверь, обращаться с магией совсем непросто.
– Не сомневаюсь.
– Зря ёрничаешь.
– Зря не ешь гренки.
– Боюсь несварения.
В глазах Аси вспыхнул испепеляющий огонь.
– Я не то хотел сказать! – отодвинулся от стола.
Бывшая вскочила, зависнув над ним скалой:
– А что ты хотел сказать?!
– Карамелина, успокойся. Говорю же, ты не смыслишь в магии, а любое превращение ухудшает пищеварение.
– Стихами заговорил? – ухмыльнулась, скрестила руки на груди.
– С тобой ещё не так заговоришь, – выдохнул. – Я тут подумал, если тебя как следует подготовить, любого мага, убийцу, маньяка, самого отъявленного психа одолеешь. Магия и твой взгляд сотворят чудо.
Села обратно:
– Ладно, умаслил. Так что ты говорил про желудок?
– То, что магия – штука своеобразная и действует на организм не всегда положительно. Точнее, почти всегда причиняет дискомфорт. И уж так сложилось, чаще всего она затрагивает пищеварительный тракт. У любого спроси: если ты поел мучного, даже немного перед тем, как принять иной облик – ожидай неприятностей. А если ты поел между превращениями, то вообще караул.
– Правда?
– Честное пионерское.
– Ты не был пионером.
– А в честное волшебное поверишь?
– Нет.
– Ась, я не вру. Ты готовишь замечательно, я говорил об этом не раз и могу повторить. Дело не в тебе, дело…
 
– В своеобразной магии, – закончила Ася. – Допустим, хотя звучит коряво. Но, может, тогда по-быстрому котлет? У бабушки в морозилке остались.
– Можно. И яичницу.
Карамелина достала яйца.
– И помидоры туда с лучком и сыром.
– Да помню я… – хмыкнула Ася, – поесть ты любишь.
Пока готовился новый завтрак, обсудили планы. Эль пояснил, что собирается стать птицей и послушать чужие разговоры. Вторая смерть за столь короткий промежуток времени неминуемо вызовет тревогу, должна вызвать. Ведь несмотря на возраст соседок, обе скончались при странных обстоятельствах. Одна от газа в исправной плите, другая во время полёта. Бред? Совершеннейший.
Эль напомнил, что на эмоциях люди часто сдают свои тайны, а в том, что тайны есть, он не сомневался. Вчерашняя вспышка тоже должна была привлечь внимание – пропустить взрыв, а по-другому без знаний тот звук истолковать никак нельзя – горожане не могли. И столп ярко-алого цвета, наверняка, заметили. А, значит, у любопытных и просто зрячих возникли вопросы. И их немало.
– Вопросы не дают ответов, – заметила Ася.
– Ошибаешься, Карамелина. Именно вопросы порой способны рассказать очень многое.
Встретил взгляд сомневающихся серых глаз. Как же он любил эти глаза… Пояснил:
– К примеру, возьмём твоё наследство. Сочувствующий поинтересуется, как ты себя чувствуешь, и тяжело ли находиться в пекарне покойной бабушки. Замешанный в убийстве или что-то знающий об этом проявит недюжинный интерес к твоим собственным знаниям о пекарне. Начнёт расспрашивать о секретах покойной, о вашей близости. Всеми силами будет пытаться выяснить степень твоей осведомлённости. И всё это произойдёт в ходе разговора, когда вы будете обсуждать что-то совсем другое.
– Эм-м-м. Не знаю. По-моему, притянуто за уши.
– Возможно, не самый точный пример. Я говорить не мастак. Объяснять лучше практикой. Сама увидишь. Просто имей ввиду то, что я сказал. Обращай внимание на вопросы знакомых.
– Подожди, – пузатый черри едва не выскочил из рук. – Ты подозреваешь кого-то?
– Лишь напоминаю о размерах городка и о том, как он питается сплетнями.
Тут Карамелина согласилась: они с Элем расстались в Питере, а на следующий день с сочувствием уже звонила не только бабушка, но и Раиса Павловна.
– Хорошо. Буду слушать, – посыпала яичницу солью. – Кстати, я ведь тоже не собираюсь сидеть в доме. Для чего ты думаешь, сделала причёску, нарядилась? – повертелась перед бывшим.
– По привычке, – улыбнулся Эль, но не получил улыбки в ответ.
Ася была серьёзна:
– Буду общаться с медиками и этими... – скривилась, – из труповозки.
Эль напрягся:
– Будь осторожна. А лучше вообще не вмешивайся.
– Эль! Бабушка оставила мне детективное агентство и кучу загадок! Как я могу остаться в стороне?
– Я надеялся, что после вчерашнего, ты будешь… как бы… участвовать в расследовании, – честно признался Эль. – Я… боюсь за тебя.