Магическая невеста
Так я вновь оказалась в кампусе в комнате семейного общежития. Одна.
Вернуться туда, где все – от пиджака в шкафу до рыжих волосков между зубцами лежавшей в ванной расчески – напоминало о Кристере, было тяжело. Хотелось сжаться в клубочек на кровати, слишком большой для меня одной, и тихо скулить в подушку, вспоминая, как мы с мужем целовались в последнюю спокойную ночь. Но я заставила себя сосредоточиться. Выкинула из головы лишние мысли, достала бумагу и села писать.
Начала с извинений.
«Папа, мама, простите, что так долго молчала…»
Закончила за полночь. Спала плохо, несмотря на пакет успокоительных и снотворных, заботливо выданных доктором. Зато встала вовремя безо всякого будильника – за время, проведенное в больнице, организм успел привыкнуть к ранним подъемам и обязательным физическим процедурам.
Лекция по основам техномагии прошла спокойно. Я ожидала, что эйр Юргенс как-то отреагирует, увидев меня, но нет – профессор кивнул спокойно и равнодушно и, кажется, совершенно не удивился, что его слова оказали на мою больную голову столь чудесный терапевтический эффект. Зато на сокурсников мое явление произвело впечатление, сравнимое с взрывом двухпотокового кристалла.
Каким-то невероятным образом слухи о нашем с Крисом непосредственном участии в спасении Грифдейла от извержения Флейде просочились к студентам и разлетелись по кампусу со скоростью морового поветрия. Во время перерыва вокруг меня собралась немаленькая толпа. Все гудели, наперебой выспрашивая подробности, хвалили, восхищались, хлопали по плечу, совали в кармашки сумки приглашения на спектакли, клубные собрания и дружеские ужины в модной кондитерской «Виссена». В один момент я стала центром внимания, самой популярной эйрой и желанной подругой. Была даже пара предложений начать встречаться – и то, что у меня вообще-то был любимый муж, о котором знал весь Техномагический, молодых людей никак не смущало.
Кое-как вырвавшись из оцепления, я нашла тихое место лишь в компании Неудачника. И, что меня немало удивило, Абнер.
Автоматон сегодня был в ударе. Заглотив монеты Бьянки, он радостно зафырчал и выдал в окошечко стаканчик ароматного кофе. Я тихо сглотнула слюну – в больнице тонизирующие напитки пациентам не полагались. И немало удивилась, когда Абнер вдруг повернулась ко мне.
– Держи, – буркнула она, протягивая стаканчик. – Мне эта черная бурда никогда не нравилась, а тебе еще лет двадцать придется тарелки мыть, пока закроешь кредит на лечение. Если, конечно, город не выплачивает какую-нибудь геройскую премию за великие заслуги перед Флаймом. Хотя постой, твоих-то заслуг там нет. Всю работу, как всегда, сделали муж и умерший триста лет назад старик, а шустрая Рианнон Росс лишь вовремя подсуетилась, чтобы получить лавры спасительницы Грифдейла и заглавную статью в «Флайм Таймс».
– Завидуешь, Абнер? – усмехнулась, забирая предложенный кофе. Если честно, привычные подколки Бьянки нравились мне куда больше, чем внезапное обожание тех, кто еще две недели назад не упускал случая задеть «взрывоопасную Росс». – Тоскуешь об изрядно поредевшей армии поклонников?
– Вот еще, – передернула плечами сокурсница. – Не пройдет и месяца, как всем надоест за тобой бегать. А то и быстрее, если подвернется что-нибудь поинтереснее.
– Не переживай. Если не подтяну хвосты по учебе, меня отчислят раньше. Сможешь устроить праздник по этому случаю и выписать клоунов из ближайшего цирка.
– И вас с мужем приглашу, не сомневайся, – оскалилась в ответ Абнер. – Кстати, это я сдала службе безопасности и Россу твою интрижку с Кордом. Не благодари.
А потом вдруг полезла в сумку. На свет показалась исписанная тетрадка с заголовком «Основы магомеханики» на кожаном переплете.
– Вот. Лекции Виллер, по которым она принимала промежуточный экзамен. Не переживай, не мои. Брат Уве дал, он на два курса старше.
– Спасибо…
Сказать по правде, я растерялась. Но и сама Бьянка, услышав благодарность, казалось, растерялась не меньше.
– Не обольщайся, Росс, все равно завалишь, – бросила она, пряча смущение за резкостью. – И… ты все еще меня бесишь, ясно? Просто… без тебя придется искать другую неудачницу, а я уже привыкла к твоим дырявым платьям и дремучему южанству.
– Смотри не лопни, Абнер, когда увидишь верхние строчки таблицы рейтинга через пару недель, – от души пожелала я.
Хотя на самом деле имела в виду другое.
Но Бьянка поняла.
– Сначала поднимись выше последнего места, Росс, а потом поговорим. И ты должна мне три рена за кофе.
Я молчаливо отсалютовала ей стаканчиком.
Все-таки хорошо, что что-то в новом мире осталось неизменным – пусть даже этим чем-то оказалось заклятое соперничество с Бьянкой Абнер.
* * *Учебная жизнь после почти двухнедельной болезни оказалась тяжелым испытанием. Но это было именно то, в чем я нуждалась для душевного восстановления. Лекции, практикумы, домашние задания, дополнительные отработки и горы литературы в библиотеке отвлекали от мрачных мыслей и давали стимул двигаться вперед. Приближались первые семестровые экзамены, от которых напрямую зависело мое дальнейшее обучение, и я была решительно настроена получить не самый провальный балл.
Вернулась я и в столовую – учеба учебой, а необходимость зарабатывать на столичную жизнь никто не отменял. Отрабатывать полную смену, увы, не получалось – я еще не до конца оправилась от сотрясения и быстро уставала. К тому же, каждый день к пяти я сломя голову неслась в больницу, чтобы все приемные часы провести с Крисом.
Два часа я говорила, не переставая, пусть муж и не мог меня слышать. Рассказывала об учебе, новом декане и готовящемся назначении профессора Марген Виллер на пост ректора Университета Техномагии. Жаловалась на Шелтона, который с упорством, достойным лучшего применения, таскался в столовую и требовал, чтобы я составляла ему компанию за обедом – как я подозревала, исключительно для того, чтобы убедиться, что я вообще хоть что-то ем. Хвасталась, что почти догнала сокурсников по пропущенным темам, и обещала хорошо сдать экзамен, чтобы поехать в Понтерру на зимние каникулы, как мы и хотели. Эйр Штейн сказал, что судебное разбирательство по делу Дона Корда к тому времени должно закончиться, а значит, нам не нужно будет оставаться в Грифдейле, чтобы присутствовать на заседаниях.
Главное, чтобы он, Крис, к этому времени успел поправиться.
А остальное неважно.
Всего-то пара дней – и…
Я ждала пробуждения Криса как самого большого праздника. С тех пор, как врач объявил, что терапия почти закончена, я прибегала в приемный покой на полчаса раньше, лишь бы не пропустить ни секунды из отведенных для посещения двух часов. Сидела как на иголках, гипнотизируя взглядом минутную стрелку, чтобы первой ворваться в распахнутые двери, добежать до заветной двести третьей палаты и наконец увидеть Криса, по которому скучала каждую одинокую секунду длинного-длинного дня.
Семь минут… шесть…
На пол передо мной легла тень. Я повернулась, удивленная внезапным соседством.
– Эйра Росс? – высокий мужчина в потертой кожаной куртке коротко улыбнулся мне поверх букета цветов. Безымянный палец эйра украшало простое золотое кольцо. – Майор Алеф Блинкер. Штейн довольно живо описал тебя, так что узнать оказалось нетрудно. Рад знакомству.
– Взаимно, – я машинально пожала протянутую руку. Бывший начальник Криса оказался приятным мужчиной средних лет, немного похожим на Эриха Штейна выправкой, разворотом плеч и взглядом, усталым, но цепким. Он был примерно вдвое старше Криса – наверное, почти ровесник моего отца – но было в нем что-то подсознательно располагающее, отчего разница в возрасте отступала на второй план. То ли улыбка, то ли выдававшая искреннее волнение неловкость, с которой майор вертел в руках большой букет рыжих лилий. Чувствовалось, что эйру Блинкеру куда привычнее было обращаться с бумагами, рычагами магомобиля или табельным оружием.
– Приехал, как только смог, – тяжело вздохнул он, опускаясь на соседнее кресло. – Дела. После ареста Дона Корда пришлось немало побегать, восстанавливая наши с Эрихом архивные наработки. Но теперь все завертелось, как надо. Обвинения предъявлены, свидетельских показаний на три тома – и это не считая того, что расскажут выжившие, когда придут в себя. Почти две недели в Грифдейле, а вырваться удалось только сейчас. Как Кристер?