Вслед за ветром

— Наварро, я ненавижу убийства, но сейчас ты прав. Мы знаем, что они виновны и заслуживают смерти. Смоки в могиле, а Пита придется лечить несколько недель. Я рад, что вы с Мэттом охраняли моих дочь и сына. Если бы не вы, они тоже могли бы быть мертвы.
— Не думаю, сэр, что Флетчер нападет на членов вашей семьи. Он пытается отпугнуть от вас ваших работников, думает, что после этого вы передумаете.
— Джесс убедила меня, что надо продолжать борьбу. Подобные случаи только убеждают меня в ее правоте. Я уверен, что этот негодяй обманет меня, если я приму его последнее предложение. Ему нельзя доверять.
— По крайней мере, у Флетчера недостает уже четверых людей. Двое погибли в прошлый раз, двое сегодня. У нас пока один убит, другой в страхе бежал. Мистер Лейн, я приложу все усилия, чтобы больше потерь у нас не было.
— Спасибо, Наварро. Рой сказал, что известит, когда доберется до Сан-Антонио. Я не могу винить его за то, что он уехал. Здесь его руку не вылечить как следует. И это не его земля, чтобы он боролся за нее и погиб. Может быть, когда он будет в безопасности, он напишет шерифу, что же произошло на самом деле.
— Не рассчитывай на это, папа. Рой очень напуган. — Джесс вздохнула. — У Смоки есть сестра в Браунвуде. Надо написать ей о смерти брата и отослать его вещи.
— Джесс, не могла бы ты сделать это за меня? — устало спросил Джед.
— Конечно, папа. Я сделаю все сегодня вечером, — ответила она. Когда все уходили, она улыбнулась Наварро, словно хотела сказать: я рада, что ты вернулся невредимым.
В конце апреля устроили праздник в честь окончания клеймения. От Флетчера не было никаких неприятностей вот уже две недели, в течение которых сами Лейны и их работники работали до седьмого пота, выполняя сразу по нескольку обязанностей. Коров и бычков отправили на пастбища, в саду и огороде все начинало интенсивно расти, ожидался неплохой урожай. Скоро сушеные и консервированные овощи должны были заменить свежие.
Большой Джон починил насос, и теперь воду в дом не нужно было носить из колодца. Плечо Пита почти зажило, и он смог заняться нетяжелой работой. На ранчо Бокс Эль воцарилось затишье, гнев и страх постепенно исчезали из жизни людей.
По вечерам Наварро учил работников разным трюкам: как надо быстро и метко стрелять, как устраивать взрывы и тому подобное. Том повсюду ходил за Наварро и ловил каждое его слово. Но Джесс боялась, что ее возлюбленный специально готовит работников к тому, что скоро уедет.
Когда работники сыграли с Наварро одну из своих излюбленных шуток, Джесс поняла, что они действительно приняли этого бродягу в свои ряды. Наварро, похоже, чувствовал себя на ранчо легко и свободно. Джесс видела, как он смеется и шутит с ребятами. Он провел на земле Лейнов уже шесть недель. Даже семь, если считать то время, что они провели с ней вдвоем. Джесс думала, на сколько его еще можно убедить остаться.
Во время праздника Джесс болтала с Наварро. Она сказала:
— Вижу, шутка ребят не обидела тебя. Это говорит о том, что они тебя принимают, как своего. Я рада, что ты завоевал их уважение и дружбу. Ты заслуживаешь именно этого, Наварро. Ты так много для нас сделал, рисковал своей жизнью. Это не оплатишь теми грошами, что мы обещали тебе.
— Хорошо, что ты заранее предупредила меня об их шуточках. Я бы мог подумать, что они делают из меня дурака и хотят от меня избавиться. — Он кивком поприветствовал Мигеля и продолжал: — Ох! Это было самое острое чили, которое я когда-либо ел! Я же видел, что все они едят, и не хотел оскорблять чувства Хенка. После этого я целое ведро воды выпил, чтобы погасить тот пожар, что разгорелся у меня во рту и в горле. А живот тлел еще несколько часов.
Мигель, одетый этим вечером в национальный мексиканский костюм, подошел к ним как раз на середине рассказа Наварро.
— Мы не думали, amigo, что до тебя так долго будет доходить, что это была наша шутка. Я уже даже хотел было предупредить тебя, особенно когда заметил дым, который валил у тебя из ушей и ноздрей. А твои глаза вообще были на мокром месте. Но ты к нам привыкнешь. Мы хорошие hombres.
 
— Это точно, — широко улыбаясь, сказала Джессика.
— Мы с Карлосом хотели узнать, не научишь ли ты нас обращаться с ножом и луком, как научил Тома и Джесси?
— Конечно, Мигель. Думаю, вам может понадобиться бесшумное оружие. Однажды я выполнял кое-какую работу в Аризоне, которая не требовала излишнего шума, и я применял именно это оружие, — сказал Наварро, пожалев, что эти слова сорвались у него с языка. — Но так как вы оба мексиканцы и в прошлом имели неприятности с индейцами, я не был уверен, что вам захочется пользоваться индейским оружием.
— Amigo, с этим у нас не будет никаких проблем.
К ним подошла Мэри Луиза.
— Наварро, ты не хочешь потанцевать? — спросила она. — Там ребята играют такую замечательную мелодию. Не хотелось бы ее пропустить.
Наварро почувствовал себя неуютно от этого приглашения и чувственной улыбки девушки.
— Простите, мисс Лейн, но я не танцую. Я вообще никогда не танцевал.
Мэри Луиза ободряюще дотронулась до его мускулистой руки.
— Я с радостью научу тебя. Это очень легко и весело.
— Мэри Луиза, Наварро сказал нет, — обратилась Джесс к сестре. — Так что не дави на него. Мигель любит размять ноги, пригласила бы его.
Мигель положил руку себе на бедро и локтем подтолкнул блондинку.
— Я сочту за честь потанцевать с вами, моя дорогая сеньорита.
Джесс видела, что всем своим видом ее сестра хотела сказать: «Мое воспитание не позволяет мне отказывать».
Мэри Луиза взяла Мигеля под руку, и они ушли.
К Джесс и Наварро подошла бабушка.
— Вы развлекаетесь?
— Это замечательно, бабушка. Ты приготовила такое вкусное угощение. Ребята просто в восторге.
Праздничный стол состоял из барбекю, сушеных груш, жареной кукурузы, оставшейся с прошлого урожая, и помидорной запеканки. Джед даже не поскупился на виски и вино.
— Ребята заслужили хороший отдых, Джесси. Они так много работали. А почему вы не танцуете?
— Наварро не танцует, ба.
— Тогда я составлю ему компанию, пока ты будешь танцевать. Я же знаю, девочка, ты очень это любишь. Иди, — подтолкнула она внучку.
Джесс почувствовала, что ей надо идти танцевать, а то бабушка начнет интересоваться причиной отказа. Она извинилась перед Наварро, подошла к танцующим и попросила Джимми Джо быть ее партнером. Джимми Джо, двадцатилетний светловолосый паренек, был очень рад. После этого все остальные, а Мэтт даже дважды, приглашали Джесс на танец.
Глядя на веселящихся работников, Марта заметила.
— Она замечательная девушка.
— Да, мэм, это так, — ответил Наварро, глядя, как Джесс отплясывает техасский степ.
— Не представляю, как мы будем жить без нее, если она когда-нибудь уедет от нас.
— А зачем Джесс уезжать из дому, миссис Лейн? — спросил Наварро, делая вид, что не понимает намеков старой женщины.
— Джесс двадцать четыре года. В ее возрасте многие женщины покидают дом, чтобы создать свою семью. Мой сын сильно зависит от нее. Да и мы все тоже. Джесси — наша сила и гордость.
— Насколько я понял, она не из тех, кто может потерять голову, так что на вашем месте я бы не беспокоился.
— Сколько ты еще пробудешь у нас, Наварро?
— Пока все не утрясется. Надеюсь, это не займет много времени. Я теряю покой, когда мне приходится сидеть на одном месте больше, чем несколько недель. Я люблю все время быть в движении. Когда я соглашался на предложение Джесси, то не думал, что это займет столько времени.
— Думаешь, Флетчер отказался от борьбы? Мы нанесли ему несколько сильных ударов, и он затих на две недели.
— Он просто хочет, чтобы мы расслабились и утратили бдительность. Он не изменил своих намерений. Такой человек, как он, не отступит от своей Цели.
— Наварро, мало кто будет продолжать борьбу после того, как поймет, что все тщетно.
После этого они еще немного поболтали о хозяйственных делах и прочих мелочах. Во время разговора Наварро не сводил глаз с Джесси, которая заметила его напряженный взгляд. Она подошла к нему, взяла за руку и сказала со смехом: