Приманка для демона (СИ)

Больше она ничего не говорила, ждала, пока я помоюсь, и потом принесла чистые вещи. Я набралась смелости и попросила ее еще побыть со мной, посмотреть вместе фильм.
Правда, фильм мы смотрели все равно не вдвоем, а под надзором агентов, которые расселись по комнате. Все ждали возвращения Рена и появления демонов, но никто не показывался. Я пыталась сосредоточиться на сюжете, не вглядываться в тени. После того что произошло в кузне, я не должна бы скучать, но жутко тосковала. По Рену, который решил стать человеком, а не по обезумевшему монстру. Но разве он сам справится с безумием?
После фильма я жутко проголодалась и пошла с Афиной на кухню в сопровождении телохранителей. В коридоре меня дернуло что-то в тень, ко рту прижалось нечто тонкое и шелковистое, всего лишь ткань, но она перекрыла мне воздух. Я задыхалась, брыкалась, Афина поймала меня за руку, кричала, чтобы ей помогли.
Все произошло слишком быстро. Раз — и я рассеялась на мириады черных частиц, провалилась во тьму, а окружающий мир улетел от меня со скоростью света.
Глава 29. Охотник
— Ее похитили! — кричал в трубку Фил. — Прямо на наших глазах!
У меня будто выбили почву из-под ног. Я стиснул смартфон так, что он затрещал в руке.
— Уроды хреновы! Как, твою мать, на ваших глазах? Вы ослепли?!
Ник подскочил от моего ора и повернулся ко мне от компьютера с перепуганным лицом.
— Ее утянули в тень, Герман. Никто этого не ожидал.
— Как ее могли утянуть в тень? Вы точно в глаза не долбитесь?!
— Герман, успокойся! Я тебе говорю то, что было! Она просто исчезла и…
— Как она могла просто исчезнуть?! Что ты несешь?!
Горло запершило от крика. Я схватил чью-то жестянку с газировкой и влил в себя ее за несколько крупных глотков. Остальные хакеры, работающие под руководством Ника, повернули головы в мою сторону. Я вышел в коридор, чтобы не разнести тут все со злости, и, придерживая смартфон плечом, засунул стик в нагреватель.
В трубке послышался шум, чья-то приглушенная ругань. Мои пальцы тряслись как у алкоголика. Я не должен был оставлять ее с демоном… И утащить с собой не мог, и сам быть с ней!
Не явись я к боссу сам на ковер, он бы уволил меня к чертям собачьим. Или отослал в командировку на север пожизненно — плевал он на мое желание все исправить. Но так как я пришел уже с готовым планом решения проблемы, мне удалось оттянуть на время казнь, пока отделался только крупным штрафом.
Если мой план провалится — я должен буду уехать туда, где нет интернета, на три года и, естественно, не приближаться к Анжеле.
— Герман, я ее за руку держала… — трубку взяла Афина. Ее голос, похоже, осип от слез и дрожал. — Я не отпускала ее руку, пока она не превратилась сама в тень. Не знаю, как это случилось… Но я заметила, что Лике к лицу платок прижали. Перекрыли им нос и рот. Черный платок с белыми закорючками. То ли странные буквы, то ли узоры.
Боль запульсировала в висках. Я затянулся сигаретой и поморщился, собирая мысли в кучу. Анжелу украли демоны или Рен? Если бы он не слинял из кузни, как вор, которого застигли на месте преступления, я подумал бы на них.
Значит, он? Но как? Демон снял с себя платок? Нет, вряд ли, он как-то говорил, что снять его физически не может. Да и снимать его нельзя. Когда я увидел утром демона на кухне, он что-то писал. Освободил свою рабочую руку и склепал еще один платок, расписал его магическими символами, чтобы утянуть за собой Анжелику? Куда?
Он потерял рассудок. Плюнул на все, о чем мы договаривались. И теперь в его руках моя девочка, неизвестно где.
Почему он раньше так не делал, не пользовался возможностью утащить кого-либо в тень? А что если он не просто разрисовывал Анжелу, а это было частью ритуала? Он решил сделать из нее демоницу?!
— Афина, ты должна мне рассказать каждую мелочь, все, что видела.
Ник выглянул в коридор.
— Подожди, — попросил коллегу. — Что?! — гаркнул я другу. К счастью, он понимал мое состояние и не огрызался в ответ.
— Мы еще нашли данные тех, кто смотрел видео.
 
Я тяжело вздохнул, прикрыв глаза. Мне нужно сейчас звонить в другие города, договариваться с командирами, перечислять им деньги за то, что они отправят своих агентов изменить воспоминания тем, кто посмотрел видео в их городе.
— Я сейчас подойду.
Но Ник вышел в коридор, закрыл за собой дверь и подошел ближе.
— Езжай ее искать. — Он хлопнул меня по плечу. — Само видео мы вычистили, нигде следов не осталось, а те, кому еще не поменяли воспоминания… ну забудут они через пару дней, какое лицо было у девушки! Тем более там полумрак, нечетко видно, крупных планов не было.
— Нет, Ник. Удалить следы видео — это уничтожить его в головах у всех! — махнул я рукой и случайно выронил нагреватель со стиком. — Черт!
Он чудом не разбился, грохнувшись о стену. Я подобрал его и выключил. Без никотина я вообще озверею.
— Ладно, я понял. Тебе это очень важно. Но найти Анжелику важнее. Езжай. — Он подтолкнул меня в плечо, но не сдвинул ни на сантиметр. — Я сам сяду за телефон и буду обзванивать командиров. Иди.
Я приобнял друга и, похлопав его по спине, сказал:
— Спасибо.
По дороге к стоянке я выслушал Афину, попросил ее несколько раз все повторить, но ясности ее рассказ не придал — ясности того, как найти мою девочку. В Скиалир он ее не потащит, значит, найдет бесхозное помещение… и что будет делать? Нет, лучше не думать об этом, не то ярость дико туманила рассудок.
Послать людей по всем незанятым помещениям по всей России? И что ему стоит потом снова Анжелику утянуть в тень, едва я появлюсь? Я опустил лоб на руль. Вообще не представляю, как ее найти. В груди болело, будто о сердце тушили окурки.
Задребезжал телефон.
— Герман, мы нашли Влада, — отчитался агент, работающий на меня. — Перетрясли всех его друзей-бандитов, и один выдал его местоположение. Сидит сейчас в нашей машине в отключке после снотворного. Что с ним сделать?
Убить, просто убить суку. Не сними он то видео, я бы не бросил свою девочку ни на миг. И если бы у меня было сейчас время, я бы сам его расстрелял в упор. Нахер ублюдка, пусть мои люди с ним расправятся. Мне нужно думать о том, как найти Анжелику.
Кстати. Он как раз может стать той ниточкой, которая приведет меня к ней.
— Ничего с ним не делайте. Я сейчас подъеду.
Глава 30. Анжелика
Возможность говорить — золото, которое у меня пока есть. Им нужно распоряжаться разумно. Сто раз подумать прежде, чем сказать, ибо он снова заткнет мне рот.
Демон и так привязал меня к стулу. Чтобы я ему не мешала? Или ему просто хотелось меня связать? Он почему-то последние сутки постоянно злился на меня, в его глазах истлевали ко мне чувства — только горела ярость.
Не знаю, что со мной будет, я почти потеряла надежду. Рен не задерживался на одном месте долго, собирал свои вещи, цеплял мне на лицо платок и уносил меня в тень.
В ней жутко. Страшнее, чем в морге или на кладбище. Нет ничего материального, нет чувств, нет опоры, только отголоски звуков и размытые цвета реальности, будто за стеклом.
И самое худшее — в ней нельзя дышать. Платок забирает эту способность. Это не разрисованная ткань, это мощный артефакт. И чем чаще Рен прижимал его к моему лицу, тем сложнее было с ним расстаться.
Снова дышать после него — словно приходить к жизни после остановки сердца.
Я хотела домой, но Рен меня не слушал. Говорил, что сделает для нас новый дом. Он уже выбрал новое место, мне пришлось ему помочь, найти в интернете территории на планете, где горы и мало людей. Не знаю, на чем именно он остановился. Но, видимо, какое-то место ему очень понравилось и он с воодушевлением творил сейчас артефакты в заброшенной мастерской.
В какой мы стране? Неизвестно. И Герман нас никогда не найдет. Мне нужно самой как-то спастись. В сон клонило жутко. Я не спала больше суток, не ела. Рен убеждал, что скоро мне ни сон, ни еда не понадобится, поэтому не стоит тратить на это время.