Легион павших. I - III Акт (СИ)

Но сокрушить его смогли. Глядя на его останки, совершенно безжизненные, но все еще вызывающие трепет, Къярт думал о том, что повергло такого гиганта. И как им суметь превзойти подобную мощь?
— Впечатляет, да? — Райз не отрывал взгляд от исполина. Святилище, возведенное между его рук, в сравнении с гигантом казалось совсем крохотным. — В нем должно скопиться еще больше энергии, чем в том, в пещере.
— Нет, — сказал, как отрубил Къярт. — Я не буду ее поглощать.
— Почему?
— Она… мне кажется, это не просто какая-то условная энергия. Что, если внутри останков исполинов находятся их души? Если они там заперты?
— Душа в сосуде как правило означает, что этот сосуд жив, разве нет?
— О них толком ничего не известно. Это всего лишь гипотеза, но если она верна…
— Тогда паладины, похоже, отрывают кусочки исполиньих душ и с их помощью делают себя супер-бойцами, — Райз перебил его и усмехнулся. — Что сказать: каждый вертится, как может.
— Если она верна, — с нажимом продолжил Къярт, — мне не нужна сила, полученная такой ценой.
— Как и победа над Ордой, я так понимаю?
— Пока мне некуда тратить даже ту эссенцию, что уже есть. Если ее будет недостаточно, и иной источник не получится найти…
— Когда припечет, у нас может не оказаться времени на поиски другого источника.
— Ты обещал, что не будешь просить меня делать то, что идет вразрез с моими убеждениями. Уже забыл?
— Вот же уперся, — Райз вздохнул и, заметив, что Къярт продолжает сверлить его взглядом, покачал головой. — Ладно-ладно. Не трогаем здоровенные куски камня, а то вдруг внутри них души бедных исполинов. Проклятье, Къярт, это даже звучит бредово!
— Только потому, что тебе удобно, чтобы оно так звучало.
— А, чтоб тебя! — Райз бросил в его сторону короткий взгляд, хмыкнул, и двинул Клыка пятками.
Гривов пришлось оставить на подъезде к святилищу. Конечно, реши они закусить кем-то из цепочки паломников, что тянулась по тракту к останкам, их не остановило бы какое-то поле. Да даже десяток километров не стал бы препятствием. Так что Когтя с Клыком с тем же успехом можно было привязать к растущему неподалеку от исполина вязу. Но чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, так как люди и без того провожали их недовольными взглядами, гривов было решено оставить под сенью рощи чуть поодаль. Къярт пригрозил им рукой в перчатке, если те вздумают сдвинуться с места, и вместе с Райзом направился в сторону останков.
Вблизи исполин выглядел еще величественнее. Перламутровые прожилки, толщиной с запястье, мерцали в лучах солнца, так что порой казалось, что гигант ожил и зашевелился. В небе над ним кружила стая птиц, но ни одна из них не смела сесть на исполина.
Желающие посетить святыню приходили не с пустыми руками: подступы к исполину устилали цветы, среди которых был заметен блеск драгоценных камней — отличное место, чтобы поживиться мелким воришкам, но, похоже, их трепет перед гигантами был настолько велик, что никто не смел осквернять останки. Или же дело было в страже, виднеющейся то тут, то там.
— И как найти в этой толпе Дамериона? — Къярт обвел взглядом людей, толпящихся возле рук исполина.
— Мусака говорил о святилище. В него и заглянем.
На удивление внутри не набралось и десятка человек: три барышни, сидящие на скамье в первом ряду, седой старик и обритый наголо парень — единственный, кто обернулся, когда Енкарты ступили под крышу святилища. Хотя крыши как таковой в здании не было. Чтобы святилище не походило на деревянный ящик без крышки, свод немного сужался, после чего обрывался, открывая взглядам присутствующих нависшее над ними лицо исполина.
— … и дарует вам Его лик защиту и благоденствие, и унесете вы с собой свет, что живет внутри него, и не тронет вас ни болезнь, ни горе, так как видели вы Его, и возносили вы хвалу Ему, и помните, что сделал для всех нас род Их, — голос священнослужителя, мужчины средних лет, одетого в светло-серый балахон, разливался по святилищу.
— Думается, мы нашли того, кого искали, — на губах Райза появился намек на ухмылку.
 
— Что? Он? — Къярт покосился на священнослужителя. — С чего ты взял?
— Всего лишь догадка. Но, окажись она верной, было бы забавно, согласен?
Къярт не находил ничего забавного в том, что паладины назначили некроманта толкать проповеди в святилище исполина. Иначе как надругательством это назвать было нельзя, и объяснить подобный поступок со стороны тех, кто, казалось бы, больше всех должен был чтить силу исполинов, он не мог.
— Нет, это не он, — Къярт отрицательно качнул головой.
— Подождем немного и узнаем, — Райз опустился на скамью в последнем ряду.
Священнослужитель продолжал говорить возвышенные речи, в которых Къярт не находил ни капли смысла, как, собственно, и в поклонении останкам. Конечно, у людей этого мира было достаточно поводов, чтобы обожествить исполинов, и, наверное, он и сам бы так делал, если бы родился здесь. Так что сейчас Къярт не знал, почему именно слова священнослужителя вызывают в нем неприятие. Потому что он не верил? Хотя как можно не верить в то, что очевидно существовало? Или же он отвергал идею поклонения чему-либо как таковую. А может все дело было в высказанной Райзом догадке, глупой и гадкой, но почему-то с легкостью прижившейся в голове.
В святилище заходили люди: кто-то просто постоять и поглазеть на лицо исполина, а кто-то посидеть на скамье и послушать священнослужителя. Троица в первом ряду слушала затаив дыхание, тогда как на Къярта с каждой минутой его речь нагоняла все больший сон. Он не знал, оказывает ли она такое же воздействие на Райза, но сидящему в паре рядов перед ними бритоголовому парню она точно надоела. Он был первым, кто поднялся и вышел из святилища, на мгновение встретившись с Къяртом взглядом.
Священнослужитель произнес несколько заключительных слов, и слушатели заметно оживились. Зашуршали одежды, заскрежетали отодвигаемые скамьи.
— Господин Онцо, можно задать вам несколько вопросов? — тройка девиц вспорхнула со своего места и облепила отошедшего к столу священнослужителя-некроманта.
— В яблочко, — Райз усмехнулся. — Что я говорил, а?
— Как ты узнал?
— Всего лишь догадка.
— Из всех возможных вариантов ты выбрал самый маловероятный и оказался прав. Поразительная точность.
— Скажем так: у меня нюх на тех, кто притворяется не тем, кто он есть на самом деле. Пойдем отсюда.
Они отошли от исполина к одиноко стоящему невдалеке вязу. Несмотря на жгучее солнце, больше желающих отдохнуть в его тени не нашлось. Да и зачем, если исполин отбрасывал тень куда большую и, наверняка, куда более благостную.
— Сейчас к нему приближаться не стоит, — откручивая крышку фляги с водой, Райз не спускал взгляд со святилища. — Слишком много свидетелей. Подождем, пока все разойдутся, и он останется один.
— Думаешь, никто из приезжих не останется ночевать?
— Без понятия. Но сейчас мы в любом случае можем только ждать.
Ждать пришлось долго. Во второй половине дня даже тень вяза перестала спасать от жары, а, учитывая еще и жгущую внутри энергию, Къярт и вовсе мечтал о скором наступлении зимы. Но все, на что он сейчас мог рассчитывать, это наступление вечера.
С приближением заката толпа вокруг исполина поредела, и в сторону Месцера потянулись телеги. Нашлось и четыре группы людей, решивших остаться на ночь. Костры разгорались в сумерках один за другим, рисовали на исполине глубокие тени.
Все это время Дамерион не показывался из святилища, и Къярт размышлял о том, как Райз собирается пройти внутрь и не привлечь к себе лишнего внимания.
— Он уходит, — коротко сообщил тот. — В чащу на север от исполина. Пойдем.
Всю дорогу Райз держался на значительном расстоянии, ориентируясь на энергию духа, так что Къярт не видел и даже не слышал Дамериона. Иногда Райз останавливался, вероятно, когда сам некромант решал сбавить ход и поизучать окрестности на предмет преследователей.