Корнуолльские Ведьмочки и Аномальные Материалы (СИ)

— Постройтесь в шеренгу — скомандовала ведьма, обращаясь к будущим ученикам, — и идите за мной!
Первокурсники гуськом вышли из комнаты, пересекли холл, в котором уже побывали при входе в замок, и, пройдя через двойные двери, оказались в Большом зале.
При входе Эрин не удержалась и раскрыла рот. В огромном зале стояли четыре длинных стола, за которыми сидели старшие ученики. Пустая золотая посуда, стоящая перед ними загадочно сияла в неровном свете тысяч парящих свечей. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. А сверху, много выше свечей на бархатном чёрном потолке загадочно мерцали звёзды. Казалось, что Большой зал находится под открытым небом.
— Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — прошептала Грейнджер. — Об этом написано в «Истории Хогвартса».
Профессор МакГонагалл подвела первокурсников к столу преподавателей и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам. Среди ученических столов то здесь, то там мелькали отливающие серебром расплывчатые силуэты привидений.
Тем временем, как и предсказывала Элли, профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную ведьминскую шляпу, точь в точь как в старых фильмах про колдуний. Всю в заплатках, потёртую и ужасно грязную. На несколько секунд в зале воцарилась полная тишина. А затем шляпа пошевелилась.
В следующее мгновение в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела:
 
 
Может быть, я некрасива на вид,
 
Но строго меня не судите.
 
Ведь шляпы умнее меня не найти,
 
Что вы там ни говорите.
 
Шапки, цилиндры и котелки
 
Красивей меня, спору нет.
 
Но будь они умнее меня,
 
Я бы съела себя на обед.
 
Все помыслы ваши я вижу насквозь,
 
Не скрыть от меня ничего.
 
Наденьте меня, и я вам сообщу,
 
С кем учиться вам суждено.
 
Быть может, вас ждет Гриффиндор, славный тем,
 
Что учатся там храбрецы.
 
Сердца их отваги и силы полны,
 
К тому ж благородны они.
 
А может быть, Хаффлпафф ваша судьба,
 
Там, где никто не боится труда,
 
Где преданны все, и верны,
 
И терпенья с упорством полны.
 
А если с мозгами в порядке у вас,
 
Вас к знаниям тянет давно,
 
Есть юмор и силы гранит грызть наук,
 
То путь ваш — за стол Рейвенкло.
 
Быть может, что в Слизерине вам суждено
 
Найти своих лучших друзей.
 
Там хитрецы к своей цели идут,
 
Никаких не стесняясь путей.
 
Не бойтесь меня, надевайте смелей,
 
И вашу судьбу предскажу я верней,
 
Чем сделает это другой.
 
В надежные руки попали вы,
 
Пусть и безрука я, увы,
 
Но я горжусь собой.
 
 
Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырем столам. Её рот исчез, она замолчала и замерла.
— Значит, и правда нужно будет всего лишь её примерить? — пробормотал рыжий неряха. — Я убью Фреда! Он мне заливал, что придётся бороться с троллем!
— Мне уже заранее нравится этот Фред, — прошептала Эрин.
— Похоже, он весёлый парень, — согласилась Элли.
Профессор МакГонагалл вышла вперёд. В руках у неё был длинный пергаментный свиток.
— Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнём! Эббот, Ханна!
 
Девочка с белыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села.
Шляпа была явно рассчитана на взрослого, потому что оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже её глаза. А через мгновение…
— Хаффлпафф! — громко крикнула Шляпа.
Крайний правый стол разразился дружными аплодисментами. Ханна встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место. Эрин заметила, что крутящийся там призрак толстого монаха приветливо помахал девочке рукой.
— Боунс, Сьюзен!
— Хаффлпафф! — снова закричала Шляпа, и Сьюзен поспешно засеменила к соответствующему столу, сев рядом с Ханной.
— Бут, Терри!
— Рейвенкло!
Теперь зааплодировали за вторым столом слева. Несколько старшекурсников встали со своих мест, чтобы пожать руку присоединившемуся к ним Терри.
Мэнди Броклхёрст тоже отправилась за стол Рейвенкло. Лаванда Браун присоединилась к Ханне и Сьюзен. Миллисента Булстроуд стала первой новой ученицей Слизерина. Эрин заметила как демонстративно поморщились рыжий недотёпа и темноволосый очкарик.
Отбор продолжался.
— Финч-Флетчли, Джастин!
— Хаффлпафф!
Иногда Шляпа, едва оказавшись на голове очередного первокурсника или первокурсницы, практически молниеносно называла Дом, а иногда она задумывалась. Так, Шимус Финниган, светловолосый мальчик, стоявший в шеренге рядом с Эрин, просидел на табурете почти минуту, пока Шляпа не отправила первого ученика в этом году за стол Гриффиндора.
— Голдштейн, Энтони!
— Хаффлпафф!
— Грейнджер, Гермиона!
Гермиона с нетерпением ждала своей очереди и не сомневалась в успехе. Услышав свое имя, она чуть ли не бегом рванулась к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу.
— Гриффиндор! — выкрикнула Шляпа.
— Кто бы сомневался… — негромко произнесли хором Эрин и Элли. После чего переглянулись и захихикали.
Рыжий застонал. Похоже, несмотря на все сомнения, он верил, что попадёт к грифонам. Но вот учиться вместе с настырной отличницей ему явно не хотелось.
Эрин вдруг пронзила неприятная мысль одна из тех, которые всегда появляются, когда слишком нервничаешь. «А что, если Шляпа решит, что я не подхожу для Слизерина?». Она представила, как садится на табурет, надевает Шляпу, а та вдруг кричит «Гриффиндор!». Это было бы настолько ужасно, что было бы лучше сразу сесть на обратный поезд до Лондона!
— Киттлер, Эрин!
Эрин стукнулась кулаком с Элли — на удачу — и сделала шаг вперёд. Этот жест они обе подсмотрели у тёти Рейчел, которая привезла его из Канады. Да и мисс Снайд он тоже очень нравился…
Последнее, что увидела Эрин, обернувшись, прежде чем Шляпа упала ей на глаза, была улыбающаяся Элли. А затем перед глазами встала чёрная стена.
— Хех, — задумчиво произнес прямо ей в ухо тихий голос. — Впервые вижу такое яростное нежелание. Можно спросить, почему? Ты бы неплохо вписалась на Гриффиндоре.
— Ни в коем случае! Это ужасный Дом! — закричала Эрин… и поняла, что произнесла эти слова не вслух, а в своей собственной голове. И что отвечала она, похоже, самой Шляпе.
— Это я уже поняла, — сообщила Шляпа. — Мне интересно — почему.
— Потому что они тупые и наглые, разумеется!
— Интересная теория. И многое объясняет. Но, во-первых, она ошибочна. Тупых и наглых учеников хватает во всех Домах, даже на Рейвенкло — просто они там лучше маскируются. А во-вторых, мне почему-то кажется, что дело вовсе не в этом!
 
— С чего Вы взяли?
— Для этой церемонии — довольно глупой, кстати, если кому-то интересно моё мнение — мне нужно проникнуть в память ученика. Оценить характер, склонности, желания. Понять его душу, проще говоря. Разумеется, ничего из этого я не помню, как только покидаю очередную голову — Годрик наградил меня душой, а не памятью. Так что… Можешь не спешить с ответом, здесь время течёт гораздо быстрее, чем снаружи.