Корнуолльские Ведьмочки и Аномальные Материалы (СИ)

Дети шли вслед за профессором МакГонагалл по вымощенному булыжником полу. За одной закрытой дверью Эрин услышала шум сотен голосов — должно быть, там уже собрались все ученики. Но профессор МакГонагалл повела первокурсников не туда, а в дальний маленький пустой зальчик. Там было очень тесно, и дети сгрудились, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь.
— Добро пожаловать в Хогвартс, — торжественно и немного мрачно поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнётся банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на Дома. Отбор — очень серьёзная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы…
— Профессор МакГонагалл, можно вопрос? — в размеренную, хорошо поставленную речь вклинился любопытный голосок маленькой ирландки. — При отборе важнее личные качества, или желание будущего ученика?
Строгая ведьма нахмурилась, хотя и немного растерянно.
— Кгм… Если желание быть зачисленным в конкретный Дом полностью противоречит качествам, традиционно ему присущим, то его будет недостаточно. Если же ученик подходит нескольким Домам, то это другое дело… Как я уже сказала, ваш Дом станет для вас второй семьёй! Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего Дома. Их четыре — Гриффиндор, Хаффлпафф, Рейвенкло и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы…
— Профессор МакГонагалл, можно ещё вопрос? — Эрин вновь стала объектом заинтересованных взглядов остальных детей. — У учеников из разных Домов будут разные предметы, или у всех одинаковые? И если разные, то можно будет узнать их список до церемонии отбора?
Старая ведьма еле слышно вздохнула.
— У всех Домов одинаковые списки изучаемых предметов, как обязательных, так и факультативов, которые вы сможете себе выбирать. Итак, пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года…
— Профессор МакГонагалл, а очки снимаются только за нарушение распорядка? И что считается успехом, оценки на занятиях? А внеурочная работа? И можно помогать учителям за дополнительные баллы? Если вот я…
Профессор вздохнула уже явно. И нахмурилась.
— Баллы начисляются и снимаются преподавателями и префектами ваших Домов на их усмотрение. Если баллы начислены или сняты незаслуженно, подобное решение отменит директор Дамблдор. А в конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — и это огромная честь!
МакГонагалл сделала паузу и посмотрела на мисс Киттлер. Та ответила ей искренней улыбкой — пока у Эрин вопросов к старой ведьме не было.
— Я надеюсь, что каждый из вас станет достойным членом своей семьи! Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями.
Её глаза задержались на мантии Невилла, которая сбилась так, что застежка оказалась под левым ухом, затем на задумавшейся Эрин, потом на чьём-то грязном носу. Один мальчик дрожащей рукой попытался пригладить непослушные волосы.
— Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами, — сообщила профессор МакГонагалл и пошла к двери. Перед тем как выйти, она обернулась. — Пожалуйста, ведите себя тихо!
Она уже приоткрыла дверь, когда из толпы прозвучал ещё один вопрос.
— Профессор МакГонагалл, — Элли присела в полагающемся при представлении книксене. — Элли Преддек. У меня вопрос не по церемонии. Я правильно понимаю, что использование волшебства несовершеннолетними волшебниками и ведьмами за пределами Хогвартса или мэноров является преступлением?
— Не совсем так, — профессор не очень поняла цель вопроса, но всё же полагала неправильным оставлять учеников без ответов. — Такие случаи расследуются Министерством Магии. Есть ситуации, когда использование вами заклинаний будет оправданным — например, при спасении себя или родственника при падении с обрыва. Но если колдовство не вынужденное, а тем более, происходило на глазах у магглов — вас могут исключить из школы, а палочку сломать. И запретить приобретать и использовать её впредь.
 
— Большое спасибо, — Элли церемонно поклонилась.
МакГонагалл ещё раз осмотрела шушукающихся учеников и вышла из зала.
— А как будет проходить этот отбор? — донеслось откуда-то сзади.
— Наверное, нам придется пройти через какие-то испытания, — ответил вихрастый рыжий мальчик. — Фред сказал, что это очень больно, но я думаю, что он, как всегда, шутил.
Эрин огляделась и заметила, что многие дети напуганы. Гермиона Грэйнджер, которая стояла рядом с вихрастым Уизли, наверняка очень хотела рассказать всем вокруг о том, какие заклинания она уже выучила, но после ответов профессора МакГонагалл явно боялась признаться в подобном нарушении. Эрин знала подобных мальчиков и девочек и они ей не нравились. Она даже улыбнулась, представляя, как тяжело заучке сейчас не хвастаться перед всеми остальными.
Её улыбку поняли неправильно.
— А ты ведь знаешь, что за испытание будет? — негромко спросила плотная девочка, при первом же взгляде на которую на ум мисс Киттлер пришло прозвище «Перекормленная».
Эрин про себя выругалась такими словами, за которые папа — если их слышал — мыл дочери рот с мылом. Ей очень не хотелось в первый же день попасть в такое глупое положение, в котором она вот-вот могла оказаться. Мисс Киттлер уже начала придумывать какой-нибудь многозначительно-туманный ответ, но тут на помощь подруге пришла Элли.
— Это будет шляпа.
— Что значит — шляпа?
Остальные начали прислушиваться к разговору.
— Волшебная шляпа. Её надевают на головы ученикам, и она произносит название самого подходящего им Дома.
— Да ну, глупость какая! — громко рассмеялся Уизли. — Мне братья рассказывали — там будет тролль, с которым надо справиться! Самые быстрые и смелые отправляются на Гриффиндор, кстати. А кто убегает, тех подбирает Слизерин!
— Что ты сказал?!.. — ощерился прилизанный блондинчик.
Внезапно воздух прорезали испуганные вскрики и мальчишки подпрыгнули от неожиданности.
— Что?.. — начал было рыжий, но осёкся, широко раскрыв рот. Как, впрочем, и большинство остальных детей.
Через противоположную от двери стену в комнату просачивались призраки — почти два десятка. Жемчужно-белые, полупрозрачные, они скользили по комнате, переговариваясь между собой, делая вид, что вообще не замечают первокурсников.
Судя по всему, они спорили.
— А я вам говорю, что надо забыть о его прегрешениях и простить его, — произнес один из них, похожий на маленького толстого проповедника. — Я считаю, что мы просто обязаны дать ему еще один шанс…
— Друг мой, разве мы не предоставили Пивзу больше шансов, чем он того заслужил? Он позорит и оскорбляет нас, и, на мой взгляд, он, по сути, никогда и не был призраком…
Призрак в трико и круглом пышном воротнике замолчал и уставился на первокурсников, словно только что их заметил.
— Эй, а вы что здесь делаете?
— Ждём профессора МакГонагалл, — Элли вновь осторожно поклонилась. — Она должна отвести нас на церемонию отбора.
Толстый призрачный монах улыбнулся.
— Надеюсь, вы попадете в Хаффлпафф! Мой любимый Дом, знаете ли. Я сам там когда-то учился.
— Барсуки — достойный Дом, — вежливо согласилась Элли. — Не самый популярный, но — достойный. Спальня Вашего Дома ведь рядом с кухней, да?
— Да, буквально через поворот, — монах улыбнулся ещё шире.
 
Первокурсники задумались. Похоже, что среди детей, за целый день так как следует и не пообедавших, популярность Хаффлпаффа вдруг выросла.
— Идите отсюда, — произнес строгий голос. — Церемония сейчас начнётся.
Вошедшая профессор МакГонагалл строго посмотрела на привидения, и те поспешно начали просачиваться сквозь стену и исчезать одно за другим. Монах напоследок помахал детям рукой.