Антология советского детектива-45. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– И это был дьявол.
– Кто же еще?
– Так. Чем же кончилась эти пляска? Змей заговорил?
– Нет. Дальше не помню ничего. Очнулась только ночью, парализованная.
– Вы хорошо разглядели огненного змея?
– Да.
– Он что же, дышал огнем?
– Да. И весь был огненный.
– Почему же ничего у вас в комнате не загорелось?
– Холодный огонь, люциферский.
– Понятно, Вера Фабиановна, от холодного огня ничего, конечно, не воспламенится. И какого же цвета был огонь?
– Желтый с зеленью. Самый змеиный такой, люциферский.
– И свет от этого огня был?
– Да. Только не сильный.
– Ровный или же мигающий?
– Ровный, скорее.
– Попробуем восстановить, как все это произошло. Вы сказали, что хотите подтверждения, а он задернул шторы, погасил свет и в темноте – подчеркиваю: в темноте! – стал развязывать мешок. Так?
– Нет.
– Как же тогда?
– Задернул шторы сперва, потом зажег лампу настольную.
– Эту? – Люсин указал на небольшую лампу в виде гриба-мухомора.
– Да.
– Прекрасно… Итак, он задернул шторы, включил вот эту лампу и погасил люстру. Так?
– Да.
– Что было дальше?
– Взял лампу и полез под стол, где лежал мешок.
– Ага, мешок лежал под столом… Что же делал там этот ваш посланец с лампой?
– Точно не скажу. Вроде сначала мешок развязал, потом лампу туда сунул.
– Лампу? В мешок? Зачем же это, как вы думаете?
– Может, искал что в мешке… – выдвинула предположение Вера Фабиановна.
– Дьявола искал… – развил ее мысль Люсин. – Боялся, что не найдет, что тот в мешке затеряется. Он ведь малюсенький, этот ваш дьявол?
– Нет. Большой мешок был. Тяжелый и полный.
– Значит, дьявол облика своего не менял и в мешке находился в той же змеиной ипостаси? Так вас следует понимать?
– Так, наверное.
– Зачем же посланец засунул в мешок лампу?
– Не ведаю.
– Что же было потом?
– Подержал он лампу в мешке, повозился там минут с пяток, и лампа вдруг погасла.
– Погасла или ее выключили?
– Не знаю. Темно, одним словом, стало. Тут вдруг что-то зашипело, застучало так, что мои коты вой подняли.
– Интересно. Что же дальше?
– Выпрыгнул он и заплясал на хвосте посреди комнаты.
– А вы не думаете, что все это было только ловким фокусом?
– Нет.
– Почему?
– Змей настоящий был. Каждая чешуйка его огнем горела… Пасть опять же, зубы и жало раздвоенное… И шипел он страшенно.
– Может, гипноз?
– Я к гипнозу не чувствительна. Сам Мессинг пробовал – отказался.
– Не гипноз, значит…
– Нет. Он же Олечку мою проглотил.
– Кто это – Олечка?
– Кошка сиамская. Светлая вся, ушки черненькие, глаза голубые…
– А Саскию кто задушил?
– Саскии нет в живых?
– Да.
– Бедное животное… Зачем только я его на воспитание брала? Жил бы себе на лестнице…
– Так вы не видели, как был задушен Саския?
– Нет.
– Хорошо. Большое спасибо вам, Вера Фабиановна. А теперь расскажите мне, чем, собственно, замечателен ваш ларец? Почему даже сам дьявол проявляет к нему такой интерес?
– Это долгая история. Ее по буквам не расскажешь.
– Ладно. Подождем, когда к вам вернется речь. Но, может быть, вы все же сумеете объяснить, почему за этот сундук вам готовы были заплатить столь много?
– Древний он очень.
– И это все?
– Он еще у Марии Медичи был. Это ее приданое.
– А у кого он находился до этого?
– Не знаю… Может, забыла.
– Как же он здесь, в России, очутился?
– Не то его Калиостро сюда привез, не то царь. Не помню точно…
– Какой царь?
– Русский.
– Это я понимаю, что русский. Но кто именно?
– По-разному говорили.
– А отец ваш как рассказывал?
– Он и сам не знал. Ларец-то хозяину принадлежал, у которого батюшка в управляющих служил. Хозяин же вроде по-разному объяснял. То ли Павлу его подарили масоны, то ли Александр его масонам подарил.
– Допустим, верно первое предположение. Но тогда вновь возникает вопрос: как ларец попал к государю императору Павлу?
– Не знаю. Про Павла ничего не знаю. Может, Калиостро еще до Павла его сюда привез. Он же бывал в России… А вот про Александра говорили, будто бы ему этот ларец преподнесли французские дворяне.
 
– В честь победы над Наполеоном?
– Может, и так.
– Как же эта историческая реликвия очутилась вдруг у хозяина вашего отца? Он кто был?
– Действительный статский советник Всеволод Юрьевич Свиньин, помещик и бывший Тверской губернатор.
– Он, конечно, был важной шишкой. Это я понимаю. Но ведь не настолько же, чтобы прямо от царя получить сундук французской королевы?
– Нет. Ларец у них в семье хранился. Прадед Всеволода Юрьевича был большим масонским начальником. Ему-то царь и передал этот ларец.
– За особые заслуги? Или просто в дар?
– Чего не знаю, того не знаю. Батюшка покойный рассказывал, что это масонская тайна.
– А он, случайно, не был масоном?
– Был, и еще каким! Казначеем ложи «Белый лотос» в губернском городе Твери он был. А Всеволод Юрьевич – Мастером ложи, предводителем, значит.
– Выходит, Свиньины все масоны? Это что же, наследственное у них?
– Я только про Всеволода Юрьевича знаю и про ихнего прадедушку, который от государя сундук получил. Потом он пострадал за декабристов.
– Ну что ж, в истории сундука мы с вами немного разобрались… И все же, Вера Фабиановна, мне не совсем понятна непомерная его ценность. Он очень древний, побывал у французских королей и русских царей, у графа Калиостро и тверских масонов – все это так. Но согласитесь, что одного этого мало. Почему за этот ларец буквально с ходу готовы были заплатить вам десять тысяч долларов? Более того: вы сами мне сказали, что он стоит гораздо дороже. Откуда вы это взяли?
– Так батюшка завещал. Он говорил, что в нем все наше состояние.
– Может, здесь какая-то масонская тайна?
– И тайна. Но суть-то не в ней. У ларца секрет есть.
– Какой же?
– Этого никто не знает. Сам Всеволод Юрьевич не знал.
– У вас есть какие-нибудь догадки на этот счет?
– Догадок никаких нет. Только знаю, что ларец этот волшебный.
– В чем же выражалось его волшебство?
– Всякое волшебство к одному сводится.
– Любопытно узнать.
– Власть, деньги да любовь – ведь этого от волшебства ждут. Оно и дает.
– Дает?
– А как же! Если знать, как спросить, то все получить можно… Только недобрая эта сила. За нее потом расплачиваться приходится. Оттого все волшебники и ворожеи такие несчастные. Плохо они кончают. Со мной тоже плохо будет… Сбылось уже.
– Э нет, Вера Фабиановна, вас мы в обиду не дадим! Мы вас подымем… Скажите-ка мне лучше, откуда вы знаете, что сундук был волшебным?
– Об этом все знали.
– Кто же именно?
– Всеволод Юрьевич, батюшка-покойник, люди – все.
– Люди – это значит слуги?
– Да, все говорили, что сундук волшебный. Только секрет к нему утерян. Его, говорили, Калиостро с собой унес. Он с этим сундуком большие чудеса выделывал.
– И неужели никто ни разу не пытался отыскать этот секрет?
– Многие пытались. Всеволод Юрьевич из-за этого в отставку ушел и большие деньги потратил.
– На что именно?
– Этого не знаю.
– Что случилось с Всеволодом Юрьевичем после революции?
– За границу уехал. Боялся, что его, как губернатора, в ЧК расстреляют. Только он хороший человек был, никому зла не делал.
– Он с семьей уехал? С женой, детьми?
– Вдовый он был. Жена рано умерла от скоротечной чахотки – чуть больше года вместе прожили. Кажется, сын у него был маленький.
– Братья, сестры у него были?
– Только кузены да кузины. По прямой линии он последний был.
– А из-за границы он вестей о себе не подавал?
– Не знаю. Лично я никаких связей с заграницей не поддерживаю.
 
– Выходит, что хозяева сундука перемерли, а секрет его утерян… Зачем же тогда явился этот ваш посланец? И от чьего имени?