Антология советского детектива-45. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Вот, значит, кого оставили сторожить дом, пока вся шайка-лейка разыскивает нас. Стало быть, судьба. Я снова пригнулся и добежал до крыльца. Прислушался а потом на цыпочках поднялся по ступенькам и достал из кармана пистолет. 
Да, два года назад я поклялся больше никогда не стрелять в людей. Но ведь из каждого правила бывают исключения. Думаю, Валя Дыскин на моем месте поступил бы точно так же. Я ударом ноги распахнул дверь. Белобрысый успел вскинуть не только голову, но и автомат. Однако выстрелить я успел раньше. Магнум хлопнул не сильнее, чем пробка от шампанского. Пуля попала белобрысому в переносицу - неплохо, если учесть, сколько времени у меня не было практики. Я обшарил его карманы и нашел ключи от машины. Через пять минут, когда я распахнул ворота, в свете фар возникла Марина, трясущаяся как осиновый лист на ветру. 
Не знаю, сколько времени мы колесили какими-то проселками и объездными дорогами, пока я не въехал в город почему-то по Ленинградскому шоссе. Было около четырех часов утра, когда я позвонил в дверь квартиры Невмянова. 
- Кто там? - спросил сонный Шурик. 
- Плохо организованные преступники, - сказал я. Узнав мой голос, он открыл дверь и обомлел, увидев нас: грязных, ободранных, мокрых. Не давая ему опомниться, я с порога сообщил: 
- Даме срочно нужна ванная, а мне срочно нужен магнитофон, бумага и ручка. Потом мы оба хотим жрать, а если есть что, то и пить. Задание поняли? Выполняйте! 
18 
По дороге в аэропорт я остановился на мосту через Москву-реку и выбросил вниз оба магнума. Все равно с ними в самолет не пройдешь. Во Внуково я первым делом отправился в линейный отдел милиции, нашел там старого приятеля Алешку Симакова и через полчаса имел билеты на ближайший рейс до Сочи. Но перед отлетом мне предстояло сделать еще два дела. 
Из автомата я набрал номер Лерика. Подошла заспанная Лялька. 
- Здравствуй, - сказал я. - Муж дома? 
- Конечно, - сказала она шепотом. - Только он спит. Ты чего звонишь в такую рань? 
- Разбуди, - потребовал я. И, почувствовав, что она колеблется, добавил: Разбуди, а то он потом жалеть будет. Через минуту трубку взял Лерик. 
- Что вы сделали с трупом? - спросил я. 
- Не твое дело, - грубо ответил он. - Звонишь позлорадствовать? 
- Нет. У меня есть сообщение. 
- Какое еще сообщение? 
- Один мой знакомый одолжил мне специальное записывающее устройство, компактное и очень качественное. Так что весь наш разговор в машине записан на пленку. 
- Скотина, - сказал после паузы Лерик. - Ну и что дальше? 
- От скотины слышу, - остроумно парировал я. - Дальше я эту пленку вместе со своим подробным рапортом отправил в прокуратуру города. Это заставит их задуматься, прежде чем осудить Витьку. А что касается тебя... 
- Что касается меня, - перебил он, - то магнитофонная пленка - не доказательство. 
- Для кого как, - заметил я. 
- Что ты имеешь в виду? 
- Я имею в виду, что сделал с этой пленки копию. А через десять минут у меня назначена встреча с одним человеком. 
Я мстительно замолчал. 
- Каким человеком? - угрюмо спросил Лерик. 
- С таким, который как две капли воды похож на Кешу Черкизова из сорок четвертой квартиры. Того, что вы с Глобусом убили и ограбили. 
Теперь замолчал Лерик. Когда он заговорил, голос у него был севший, как спущенное колесо. 
- Сколько он тебе платит? 
- Нисколько." 
- Ты не должен этого делать, - сказал он убежденно. - Ни в коем случае. 
- Почему? 
- Ты... ты не представляешь себе, что будет, если ты это сделаешь! 
- Очень даже хорошо представляю, - сказал я. 
- Не делай этого! - заорал он в трубку. - Не делай! Я тебя умоляю! Я... Он был на грани истерики. 
- Не надо меня умолять, - сказал я, не чувствуя в этот момент ничего, кроме гадливости. - Я звоню для того, чтобы дать тебе шанс. Беги, Лерик. Бросай все и беги. Спасайся, если можешь. У тебя есть время. Немного - но есть. 
- Хорошо. - Он уже, кажется, взял себя в руки. - Хорошо. Давай поговорим, как деловые люди. Сто тысяч за кассету тебя устроит? 
 
Я молчал. 
- Полмиллиона, - сказал он. - Полмиллиона за паршивую кассету! 
- Спрячься куда-нибудь, Лерик, - вздохнул я. - Заройся поглубже. Ну а кто не спрятался - я не виноват. 
- Миллион! - заорал он. - Ты знаешь, у меня теперь есть эти деньги! 
- Передай Ляльке, что мне очень жаль, - сказал я. - Жаль, что жизнь сложилась именно так... 
- Два! - крикнул он. 
Я тихонько повесил трубку и подошел к Марине. 
- У нас ведь даже зубных щеток нет, - жалобно сказала она. 
- Я снял все, что было на моей и на дедовской книжках. Мы имеем кучу денег, - успокоил я ее. 
На площадь выехало роскошное иностранное авто и остановилось около нас. Черкизов-второй вылез из своего "вольво" и легкой походкой, без всякой палки направился к нам. Я представил ему Марину, и он галантно поцеловал ей руку. После этого мы отошли в сторонку, и я передал ему кассету. 
- Вы прослушаете и все поймете, - сказал я. 
- Спасибо, я сделаю это сейчас же, - ответил он. - У меня в машине есть магнитола. 
Он внимательно посмотрел на меня и спросил: 
- Вы уверены, что я вам ничего не должен? 
- Уверен, - ответил я. - Тут, видите ли, дело принципа... 
- Как хотите. 
На прощание он еще раз поцеловал Марине руку, сел в свой сверкающий лимузин и отчалил. 
- Кто этот очаровательный старикан? - спросила меня Марина, глядя вслед машине. 
- Палач, - ответил я. 
Уже в самолете, когда кругом были только белые облака и голубое небо, а все дома, деревья, люди и дела остались внизу, став маленькими и незначительными, Марина положила мне голову на плечо и сказала: 
- Я тебя люблю. Неужели ты правда заплатил за меня пять миллионов? 
- Черта с два! - фыркнул я. - Перед тем как пойти к Лерику, мы с твоим папа изготовили на ксероксе четыреста восемьдесят пять копий одного и того же вкладыша - по ним нельзя получить ни копейки. А настоящие я вместе с рапортом отправил в прокуратуру. 
Она сняла голову с моего плеча и откинулась в кресле. Лицо у нее было непередаваемое. Боже мой, а я-то еще думал, что разбираюсь в женщинах! Вы мне не поверите - но она была разочарована! 
  
Михаил Дмитриевич Федоренко
 
Портрет героя - Туман-озеро - Случай на фронте - Яснов - Зелёный  экспресс
 
ОДЕССКОЕ ОБЛАСТНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
1958
  
ПОРТРЕТ ГЕРОЯ
 
1
Ивана Терехина до самой заставы провожал дождь. Связисты показали молодому бойцу дом, обнесенный зеленой оградой, а сами заспешили дальше: на линии повреждение.
Новичок осторожно открыл калитку и заулыбался,— на него так и пахнуло давно знакомым, домашним.
Двор заставы мало чем отличался от обыкновенного сельского двора. На конюшне мирно пофыркивали лошади. У коровника по-весеннему исходил паром навоз. В будках лежали калачиками собаки. Одна из них вылезла из конуры, потянулась... Казарма — обыкновенная сельская хата. Над ее черепичной крышей свисал мокрый флаг. Сквозь открытые окна виднелись кровати.
 
Терехин невольно зевнул до хруста в скулах. В отсыревшем воздухе он уловил теплый запах стиранного в хвое, разогретого спавшими пограничниками постельного белья, всем телом ощутил прохладу простыни...
Во дворе послышался смех. Иван понял, над кем смеются. У него за плечами неуклюже горбился вещевой мешок, зеленая фуражка, в дороге измятая и размокшая, осела блином, шинель в грязи чуть ли не до колен... А тут еще Амур уперся, натянул поводок, в ворота идти не хочет.