Субординация (СИ)

— Почему?
— Не делай вид, что ты не знаешь. В Италии тоже есть Интернет.
— Всё так плохо?
— Катастрофично. Суд неизбежен.
— Я могу чем — то помочь?
— Да. Прилетай домой. Я без тебя не справлюсь. Я с ума схожу.
— Хорошо. Я сейчас же закажу билет.
— И ещё, Кир, — следующая фраза даётся ему очень трудно. — Откажись от покупки дома.
Причину его решения он не стал объяснять, Кира и без этого поняла, что деньги, которые он откладывал на дом, Борис пустит на адвокатов. Мечта, снова стала мечтой, побыв реальностью так недолго. И этот факт ранит его намного больше, чем её, он бьет по мужскому эго.
— Хорошо. Я сейчас позвоню риэлтору.
— Извини, любимая.
— Не надо, Борь. Не извиняйся, я всё понимаю. Борис…
— Что родная?
— Не пей больше.
— Хорошо, не буду — он отталкивает от себя бутылку ногой.
— Ты меня встретишь?
— Конечно.
  
Глава 30
 
Три недели Егор находится в Израиле. А неделю назад Яна вышла на работу, и Егор не забывал напоминать ей о себе и в рабочее время. Присылал сообщения, смешные картинки, видео. Кроме этого, каждое утро в офис ей приносили корзину цветов. Её кабинет теперь больше стал похож на оранжерею, только бабочек не хватало. Её назначили исполняющей его обязанности. Дорохов не мог сам заниматься фирмой, хоть и сидел в офисе с раннего утра до позднего вечера.
— Дома? — слышит Яна в трубку, как только отвечает на звонок. И этот вопрос вызывает улыбку на её лице.
— Конечно, — она уже приготовилась ко сну, приняла душ, надела новую пижаму, расстелила постель.
— Что делаешь? — интересуется Егор.
— Лежу в постели, — отвечает Яна, укладываясь на прохладные шелковые простыни.
Ночные разговоры стали ритуалом для них, каждый вечер он набирал её, и они общались по несколько часов подряд. Иногда болтали просто ни о чём, иногда решали вопросы по работе, но в последние дни их разговоры стали более откровенными и обнажающими, хотя до секса по телефону им ещё далеко.
— Соскучилась?
— Очень.
— Очень, очень?
— Безумно.
— Открывай дверь.
Яна замирает с телефоном в руке, в недоумении смотрит на аппарат. Что она должна сделать? Из задумчивого состояния её выводит его смех на том конце провода.
— Любовника в шкаф прячешь? — шутит Егор.
Яна выпрыгивает из кровати и спешит к двери. У Егора есть ключ, но он не воспользовался им, ему безумно хочется, чтобы любимая встретила его. Не успев за собой прикрыть дверь, влюблённые накидываются друг на друга. Объятия, поцелуи превращаются в вихрь.
— Дверь, Киреев, — напоминает Яна, с трудом увиливая от его очередного поцелуя.
Не отрываясь от неё, он захлопывает дверь ногой, протянув руку, поворачивает ключ в замке.
Поддавшись страстному порыву, Егор расстегивает пуговицы на пижамной рубашке девушки, стягивает её с плеч. Дорожкой поцелуев спускается от шеи к обнаженной груди. Слегка прикусывает горошенку соска. Яна теряется от его ласк, замирает тяжело дыша. Черт, он и забыл совсем, что она может быть и не готова… Богдан, сука…
— Киреев, не тормози — шепчет Яна, прикусив мочку его уха.
— Ты уверена? — интересуется он, смотря в любимые глаза.
— Уверена, — она сама впивается в его губы, пробирается ладошками под футболку, ноготками скользят по мужской груди.
Не контролируя себя, он вжимает девушку в стену, ведёт ладонью вверх по её бедру, под пижамными трусиками ласкает обнаженную ягодицу. Яна быстро расправляется с ремнем на его брюках, собственно и с брюками тоже. Он входит в неё медленно, осторожно, не упуская ни одну эмоцию на её лице. Она возбуждена, жаждет ласки, но в тоже время скована. Тело предательски напрягается с каждым толчком. Яна закрывает глаза, чтобы не показать свою слабость. Только прерывистое дыхание выдает её. Егор замирает.
— Егор, пожалуйста, — дрожащим голосом умоляет она не останавливаться. Ей нужно перейти этот барьер. Он ей необходим.
Подхватив девушку на руки, он несёт её в спальню. На постели он снимает с неё остатки одежды, покрывая желанное тело многочисленными поцелуями.
 
Эта ночь будет длинной и сладкой. Он научит её снова получать удовольствие от близости.
***
— Доброе утро, Дашулька, — Егор в приподнятом настроении входит в приемную, дарит секретарю большую шоколадку.
— Спасибо, Егор. Рада видеть.
— Я тоже. Дорохов у себя?
— Нет. Срочно в Министерство Обороны вызвали.
— Ясно. Как приедет, сообщи.
— Хорошо.
Оставив рабочий портфель в кабинете, он направляется в юридический отдел. Все работают, как пчелки, и только стол Алины пустует. И Егор даже знает, где искать её. Постучав для приличия, он входит в кабинет начальника отдела.
— Привет, молодожены, — улыбаясь, приветствует Егор родственников.
— Тише, — возмущается Жаров. Видимо, ещё не все в компании знают об образовании новой ячейки общества. — С приездом. Как там в Израиле?
— Лучше. Юля стойко перенесла операции, сейчас по — тихоньку восстанавливается.
— Олеся и Миша?
— Попросили меня стать её крёстным отцом.
— Ты согласился? — спрашивает сестра.
— А у меня есть выбор? Так мы хоть как — то будем с ней общаться.
— Яна?
— У себя в кабинете, готовит документы для передачи мне. Я собственно, зачем зашёл, приглашаю Вас к нам с Яной на ужин сегодня.
— Есть повод?
— Без повода. Просто хочу пообщаться с другом и сестрой. Есть возражения?
— Нет. Мы будем.
— К восьми, — уточняет Егор, выходя из кабинета.
— Егор, — окрикивает его Дарья, — подпиши приказ на премирование. Дорохова нет, а бухгалтерия требует.
— Цифры согласованы с Борисом Андреевичем?
— Да. Он своей рукой их писал. Могу показать.
— Верю, — он пробегается по списку взглядом, — Тут, Дашуль, ошибка.
— Где?
— Царева.
— Сумма не та?
— Фамилия, — улыбается Киреев. — Она теперь Жарова.
— Как? — удивленно хлопает ресницками секретарша.
— Фотографии хочешь покажу?
— Ещё спрашиваешь!
Егор достает телефон, открывает галерею.
— Вот, конспираторы, — улыбается Даша, любуясь свадебными фотографиями.
— Только пока никому…
— Отдел кадров — то точно в курсе. Вот, Вера Ивановна согласовала мне приказ и даже не исправила, — возмущается Даша.
— Слушай, а может, Алина им новый паспорт не предоставила, — Егор поднимает трубку рабочего телефона, — Алина Дмитриевна, а вы паспорт на новую фамилию получили?
— Да.
— А в отдел кадров сдали копию?
— Нет ещё.
— Бегом, а то останешься без премии.
— Доброе утро, Дашенька, — Павловская с кучей бумаг появляется на пороге кабинета.
— Здравствуйте, Яна Юрьевна. Не буду вам мешать. Как исправлю приказ, зайду.
— Зайди.
— Что — то ты веселый?
— Счастливый. Давай документы сюда.
Дверь в кабинет распахивается, резко ударяясь об стену.
— Оба живо в мой кабинет!
***
— Не ожидал я такой подставы от тебя, Киреев.
Дорохов возмущенно жестикулирует, меряя кабинет широкими шагами. Яна с Егором стоят в полном недоумении у стола, даже присесть не решаются.
— Я не понимаю, о чем вы говорите Борис Андреевич.
— Не понимаешь?! Так, я сейчас объясню, — Борис подходит к исполнительному директору вплотную. — Министерство Обороны отказались от услуг нашей компании. Они выставили нам такую огромную неустойку, что я и не знаю, где мне взять такие деньги.
— Но почему? Мы же выиграли тендер, — произносит Яна, смотря, то на одного, то на другого мужчину.
— Да потому, что мы не выполнили главное условие контракта. Конфиденциальность!!! — кричит на весь кабинет владелец компании. — Проект слили в сеть, в общий доступ. Нас по судам сейчас затаскают.
 
— А я тут причём?
— Не валяй дурака, Киреев. Это сделал ты! — Дорохов тычет указательным пальцем в грудную клетку подчиненного, сверля его прожигающим взглядом. — Я засужу тебя Киреев, тебя по таким статьям посадят, что ты до конца жизни на небо через клеточку будешь смотреть.