Секретный мур-гредиент!

– Ты за это поплатишься, – пригрозил с хитрой усмешкой Тулуз.
– А ты меня сначала поймай! – Серый братец показал ему язык и припустил бежать по кафе. Тулуз бросился догонять.
Котята стали носиться между столами, то и дело их задевая. Мари вздохнула и покачала головой.
– Приношу извинения за моих братьев, – обратилась она к посетителям. – Ох уж эти котята, не обращайте внимания.
Наконец Тулуз загнал Берлиоза в угол у входной двери.
– Ты в ловушке!
– Мряу-у! – завопил Берлиоз и замахал на брата когтистыми лапками.
Вдруг дверь кафе резко распахнулась.
– А-А-А-У-У-У-У!
Берлиоз и Тулуз замерли от испуга, распушив хвосты и выгнув спины.
В дверях стоял песочно-коричневый щенок бассет-хаунда с короткими ногами и длинными-длинными ушами.
– А-У-У-У-У-У! – снова завыл он во всё горло.
Мимо него в дверь протиснулась вторая собачка – щенок бладхаунда с тёмно-шоколадной шерстью.
– Тсс, Леон, – шикнула новая гостья. – Вовсе не обязательно делать это всякий раз, когда заходишь в новое место. Давай-ка лучше я.
Она уселась на пол и уверенно расставила большие передние лапы перед собой.
– Внимание, кафе «Пушистое трио»! Мы ищем трёх котят, которые были похищены в Париже злобным дворецким. Они здесь?
Мари, Тулуз и Берлиоз обменялись взволнованными взглядами. Кто эти странные щенки и что им от них нужно?
  
Глава 2
 
Тулуз и Берлиоз бросились на кухню и вместе с Мари сбились в кучку за прилавком.
Мари обратилась к Пьеру, их самому осведомлённому другу среди собак:
– Пьер, вы знаете этих щенков?
Бульдог озадаченно покачал головой.
– Сладкие косточки! Нет! Я бы непременно запомнил этот вой.
– Кому-то из нас надо выяснить, чего они хотят, – сказал Берлиоз. – Мари, у тебя лучше всего получаются такие штуки.
Кошечка задумалась на мгновение.
– Да, ты прав, я ведь и правда гораздо... смелее вас.
Тулуз возмущённо зыркнул на ухмыляющуюся сестрёнку.
– Смелее? Сейчас я тебе покажу, кто тут...
– Ну так что? – снова послышался громкий голос щенка бладхаунда, гулко отразившийся от стен кафе, ведь все вокруг удивлённо замолчали. – Котята здесь? Это же их кафе?
Прежде чем Мари успела вымолвить хоть слово, Тулуз собрался с духом, распушил шерсть и вышел из-за прилавка.
– Здравствуйте, – заговорил он, стараясь, чтобы его голос звучал ниже и взрослее. – Я Тулуз, один из котят, которых вы ищете. Чем могу помочь?
Собака вздёрнула бровь и внимательно посмотрела на рыжего котёнка большими карими глазами. Тулуз уставился в ответ, не моргая, только тяжело сглотнул.
И тут морда бладхаунда растянулась в довольной зубастой ухмылке.
– Леон! Мы их нашли!
Псы окружили Тулуза и стали его разглядывать, довольно виляя хвостами. Бассет-хаунд понюхал левое ухо котёнка, а его подруга взлохматила малышу шерсть на голове своей большой тяжёлой лапой.
– Мы просто счастливы с тобой познакомиться, – сказала она. – Меня зовут Надин.
– А я Леон, – представился второй пёс. – А ты – кот. Я ещё никогда прежде не видел кота так близко. Ты забавно пахнешь.
– Эй, не будь грубым, – одёрнула его Надин и снова повернулась к Тулузу. – Мы проделали большой путь, чтобы увидеть тебя и твоих брата и сестру. Мы прибыли прямо из пригорода Парижа.
Надин окинула взглядом кафе, погружённое в тишину с того самого момента, как щенки вошли. Все животные вокруг затаив дыхание наблюдали за этой странной сценой.
Заметив незаконченную картину Тулуза на мольберте, Надин направилась к ней.
– Пятки-куропатки! Да это же вылитый берег реки, возле которой мы живём. А это, должно быть, дикая лилия?
– Да! – обрадовался Тулуз. – Ты поняла, что это она?
– Конечно, – кивнула собака. – В этом месте вы оказались в ту ночь, когда вас похитили, верно?
– Откуда ты знаешь? – удивлённо спросил Тулуз.
– Мой отец, Наполеон, и папа Леона – Лафайет, нашли вашу корзинку. Ну, ту, в которой дворецкий привёз вас из дома. А потом мы увидели рассказ об этом в газете. Всё сошлось один к одному.
 
– Ты хотела сказать, четыре к одному? – уточнил Леон. – Четыре кота и один злобный дворецкий.
– Это просто выражение такое, ушастая ты голова! – Надин закатила глаза. – И дай мне уже закончить. В прошлом месяце мы как-то раз рылись в мусорке на ферме. Это, знаешь ли, лучше всего делать утром, так как... Ну, неважно. Так вот там мы повстречали пару гусей, которые только что прибыли из Парижа. И они рассказали нам, что трое котят открыли здесь кафе для животных! И ещё сообщили, что это самое чудесное место, которое они посещали в городе.
– И тогда мы решили разыскать вас и увидеть всё своими глазами, – закончил за неё Леон. – Так где же остальные котята?
– Привет! – тут же послышался голос Мари, а вскоре и она сама показалась из-за прилавка. – Я Мари. Добро пожаловать в «Пушистое трио».
Спустя мгновение вышел и третий хозяин кафе, смущённо пробормотав:
– Здравствуйте, я Берлиоз.
– А я их подружка Клоди, – как ни в чём не бывало поздоровалась бульдожка, совсем не испугавшись своих соплеменников.
Надин ещё раз посмотрела на Тулуза, затем на Мари и Берлиоза.
– Так это правда? Вас всего трое?
– А что случилось с остальными котятами? – спросил Леон.
– Леон! – толкнула его в бок подруга. – Помнишь, что говорил нам папа? Нужно вести себя в Париже прилично.
Тулуз храбро выпятил грудь.
– Нас всегда было только трое.
– Ого, – покачал головой Леон, а потом почесал за ухом. – А вот я старший из десятерых щенков.
– Я тоже, – гордо добавила Надин.
Клоди кивнула.
– Да, с щенками так чаще всего и бывает. У меня вот четверо братьев и сестёр, только всех нас взяли к себе разные семьи.
– Значит, вас было всего лишь пятеро? – удивился Леон. – А теперь ты совсем одна?
Мари заметила, как погрустнела Клоди, и решила сменить тему:
– Ну, прямо сейчас нас тут очень много! И раз вы прибыли издалека, мы хотим угостить вас чем-то особенным. Не зря же вы проделали такой путь! Присаживайтесь за столик, а я буду через минуту.
Тулуз, Берлиоз и Клоди проводили гостей к самому большому столу – голубому, в солнечном углу. Там щенки продолжили беседу (и наконец обнюхали друг друга, ведь только так можно как следует познакомиться).
– Так, значит, ты живёшь в человеческой семье? – спросил Леон Клоди. – Тебе не бывает скучно?
– Я очень люблю мою семью, – ответила собачка. – И я ещё ни разу не скучала с ними. Они везде берут меня с собой. У нас большая машина, и мне даже разрешают высовывать голову из окна, когда мы путешествуем.
– О, я это тоже просто обожаю, – обрадованно тявкнул Леон. – Я уже ездил на целой куче машин. Даже на грузовиках! А ещё на повозках и один раз в экипаже.
– У нашей Мадам тоже есть экипаж, – вставил Тулуз. – Трясёт, конечно, зато весело.
– А наша подруга лошадь Фру- Фру как-то прокатила нас на своей шляпе, – добавил Берлиоз.
– Но самое лучшее – это, конечно, ехать в открытой коляске мотоцикла, – мечтательно сказала Надин. – Это веселее всего на свете!
Леон согласно кивнул.
– Нам вообще отлично удаётся пробираться в человеческие машины так, чтобы никто не заметил. Мы в этом настоящие знатоки!
– Ой, мы тоже один раз так сделали! – радостно воскликнул Тулуз. – Ну, когда нас похитили.
– Тогда вы знаете, как это захватывающе, – произнесла Надин с улыбкой, а потом опять повернулась к Клоди. – Эй, а сколько всего ты уже успела погрызть у своих людей? Я вот растерзала пару тапочек, сапог, чемодан, старый зонтик...
– А я порвал, в клочки... хм-мм... А, точно, резиновый мячик! – не отставал Леон.
Клоди опустила глаза.
– Я никогда не грызу человеческие вещи. Это нехорошо.
Надин вскинула бровь и удивлённо посмотрела на Леона. Тот ответил ей таким же взглядом.
– Но я, эм, делаю много других классных вещей, – поспешно продолжила Клоди, приподняв уши. – Например, могу унюхать кусочек колбаски с противоположного конца дома!